Чтение онлайн

— Арина! Ну давай же, проснись! — услышала уже более четко.

Толчки в мое бедро продолжались. Немного придя в себя, стала осматриваться. Когда получилось фокусировать взгляд, повернула голову в ту сторону, откуда доносились шумы и неприятные толчки в ногу.

— Юля?

Сестра Громова сидела напротив меня, одна ее рука пристегнута наручником к спинке кровати. Девушка вытерла слезы и продолжала толкать меня ногой.

— Просыпайся! Ты как? Ничего не болит? У тебя кровь на лице, Арина! — затараторила она.

Я села из полулежачего положения, рукой пыталась докоснуться до лица, но услышала звон. Сразу почувствовала жжение на запястье. Повернула голову и увидела, что тоже пристегнута ко второй спинке кровати, напротив Юлии.

— Что это? Где мы? — мой голос хрипел, во рту было сухо, как в пустыне, виски болезненно пульсировали.

Растерла онемевшую руку и села удобнее, чтобы ослабить натяжение от наручников.

— Я не знаю! Я не знаю, Арина! — у Юльки начилась истерика, она вновь стала плакать и ерзать на кровати.

Ну как на кровати... На старом сером матрасе, который был брошен на облезлую пружинную кровать.

— Тихо, Юля, тихо, подожди! Не кричи. И говори помедленнее, прошу тебя, — убрала волосы от своего лица и облизала сухие, треснутые губы.

Очень хотелось пить. И привкус во рту был неприятный, металлический. Видимо из-за крови. По моим ощущениям, внутри щека была прикушена. Еще и голова трещала и болезненно реагировала на все громкие звуки.

Когда мне стало немного полегче, я стала осматриваться вокруг. Но от того, что увидела, мне стало еще хуже. К горлу подкатила тошнота. Не известно, это от той дряни, которой меня усыпили или у меня сотрясение мозга? Не хотелось бы, конечно. Да я и не припомню отчетливых ударов по голове. Возможно меня подташнивает просто от стресса. У меня такое бывает. Сделала несколько глубоких вдохов и стало немного легче. В голову закралась мысль о том, что лучше бы я продолжала и дальше оставаться в бессознательном состоянии.

Мы находились в подвале.

Вокруг темно и только маленькое деревянное окошко на противоположной от нас стене, давало возможность хоть что-то разглядеть. Находилось оно почти под самым потолком и размером было с голову. Как вариант для свободы, к сожалению, не получится использовать.

Стала рассматривать дальше. Под нами голый цементный пол. Какие-то коробки в углу. Недалеко от нашей кровати — старая небольшая тумбочка. На потолке на одном проводе висела выключенная лампочка. Справа, вдали от нас, находилась массивная металлическая дверь ржавого цвета.

Все.

По моим ощущениям, в подвале было немного прохладно. И это не удивительно. А может меня от страха так колотит…

— Успокойся! Думаю мы скоро все узнаем, — пыталась успокоить Юлию, но кто бы сейчас успокоил меня.

— Может сейчас кто-то пытается у Сережи потребовать за нас выкуп? О, Боже! Во что мы вляпались, Арина?

Несмотря на животный страх и адреналин в нашей крови, чем дольше мы здесь находились, тем больше мы замерзали. Наши носы, кончики пальцев рук и ноги, были холодными.

За дверью, справа от нас, послышались шаги и скрежет металлической двери. Она открылась и вошли два амбала. У каждого из них на боку висела кобура с пистолетом. Один мужчина держал в руке бутылку с водой, которая невольно притягивала мой взгляд.

— Жека, они проснулись, погляди-ка! — весело произнес один из них.

— Пить, хотите, барышни? — к нам обратился тот, кто держал бутылку.

— Кто вы? Что вам нужно? — пропищала Юлька.

К ней подошел Жека и схватил ее за лицо, больно сдавливая пальцами щеки.

— Смотри, какие хорошенькие, а? Может успеем их оприходовать?

Юля сжалась и стала поскуливать.

— Не трогай ее, мразь! — на автомате крикнула я и, не думая, со всей силы пнула его в бедро.

Он отшатнулся и отпустил Юльку, которая тут же сжалась в стену, выставила перед собой руки и часто задышала.

— Ты смотри, какая львица! Пить-то хочешь? А? Надо заслужить! — он грубо схватил меня за волосы.

— Жека, хорош тебе, пошли! Нужно сообщить, что они уже пришли в себя.

— Ну мы же не трогаем их, она просто хочет отработать воду, — ответил подельнику и вновь повернулся ко мне. — Правильно я говорю? Ведь ты слишком смелая и языкастая, — потянул меня за волосы к своей ширинке.

Свободной рукой я вцепилась в его пальцы, чтобы ослабить хватку на волосах.

— Да пошел ты! Только попробуй и сразу останешься евнухом! — прошипела сквозь зубы.

Второй мужик громко заржал. Жека поднял голову и сердито посмотрел на него. Повернулся обратно ко мне и злобно оскалился. Бросил бутылку с водой на пол возле кровати и руками начал шарить у меня на груди. Я вырывалась, пытаясь бодать его головой и отбрыкиваться ногами.

— Оставь тёлок, пошли уже!

— Может все-таки проучим их? Особенно вот эту, языкастую, — кивнул на меня.

— Ден уже пытался, — он снова заржал. — Вон, с ожогом теперь ходит на табло и от шефа еще получил потом, что фейс ей подпортил. Пошли, я тебе говорю! Пока сам еще не нарвался.

— Ну ладно. Увидимся, крошки! — снова кинул в меня злой взгляд.

Они вышли из подвала и заперли дверь.

Настала полная тишина.

Юлия начала всхлипывать. Меня саму не слабо потряхивает от страха. Хоть я и пыталась всеми силами этого не показывать.

Наклонилась и нашла на полу бутылку с водой. Подтянулась к ней и подкатила к себе правой ногой. Подняла свободной рукой, вернулась на место и открыла крышку.

— Держи, — протянула Юльке.

Она отпила и вернула мне. Я с жадностью сделала несколько больших глотков. Во рту сразу же защипало. Языком докоснулась до разбитых губ и нахмурилась.

— Больно? — сочувственно посмотрела Юля.

— Ничего… Нормально.

Я все вытерплю. Я смогу. Меня так воспитала жизнь. Да и не только меня. Ее тоже жизнь не особо баловала.

— Мы переживем это, Юля. Нужно держаться...

Закрыла бутылку в которой еще оставалось половина жидкости и положила между нами.

— В туалет хочу... Сколько мы тут, интересно? — сморщилась подруга, растирая себе плечи.

— Не знаю, Юль. Сколько мы могли проспать? Не знаю… — я закрыла глаза и прохладными пальцами помассировала виски.

— Они не сказали, что им нужно от нас.

— Один из них говорил про какого-то шефа. Видимо, нужно ждать его...

Мы придвинулись ближе и взяли друг друга за руку. Нас окутывала прохлада и беспощадно съедал страх неизвестности.