Чтение онлайн

Как там Юля? Они запретили мне к ней приезжать. Мне все о ней рассказывает Леша, но все же… Я вся на нервах.

Почему… Почему Сергей молчит? Поверил похитителю насчет меня? Я не стала лезть, разбираться и что-то ему доказывать, что в доме Вольского, что потом в больнице. Сейчас совсем другое важно. Чтобы Юля выжила! Ему и так сейчас тяжело с сестрой. Я знаю, что жто такое, когда мучительное ожидание и неизвестность съедает изнутри…

Но я не смогу полноценно жить, если потеряю Громова. А сейчас я злюсь из-за его поведения и одновременно переживаю за него из-за состояния сестры, люблю его и скучаю.

Через полтора часа я все-таки заставила себя подняться, еще раз приняла душ и поехала в частную женскую консультацию. Там сидела в очереди и нервно перебирала край своей джинсовой юбочки.

— Цветкова! — выкрикнули из кабинета.

Я подскочила на стуле, пошла на прием и тихонечко прикрыла за собой дверь.

— Здравствуйте, Арина Петровна! Что вас беспокоит? — спросила врач-гинеколог, женщина средних лет.

— Я… У меня задержка. Я хотела бы знать… — ответила нерешительно.

Она кивнула мне и повернулась к компьютеру. Пока мы заполняли документы, я успела ответить на ряд стандартных вопросов, после которых немного покраснела. Доктор кивнула и направила меня в кабинет УЗИ. Там не было очереди и меня пригласили сразу.

— Здравствуйте, раздевайтесь до пояса и ложитесь.

Я легла на кушетку. УЗИстка посмотрела мои документы, кивнула и повернулась ко мне. Тут же мне на низ живота капнул холодный гель, и врач стала водить по нему датчиком. Она клацала на клавиатуре и двигала прибором мне по животу в разные стороны.

— Та-а-ак, — поправляя указательным пальцем очки, женщина пожилого возраста внимательно всматривалась в монитор.

Я вся напряглась, пальчики на руках и ногах похолодели, сердце взволнованно стучало. Взгляд блуждал по белому потолку и круглой лампе. Весь мой слух был направлен на щелкание компьютерной мышки врача.

— Да, есть! Одноплодное яйцо. Беременность шесть-семь недель, — улыбаясь, выдала она свой диагноз.

«Вот так, здравствуйте!» — мой мозг на несколько секунд перестал работать.

Меня тут же окатило горячей волной. Беременна! Я беременна! Ох ты…

— Поздравляю вас, Арина Петровна! Вот, возьмите справку со снимком и пройдите обратно к своему врачу, у которого вы наблюдаетесь.

Я вернулась к гинекологу и передала ей все, что мне дали в кабинете УЗИ.

— Да! Как мы и предполагали, беременность подтвердилась! — врач что-то напечатала на компьютере и вновь повернулась ко мне. — Так, Арина Петровна, вы оставляете ребенка?

— Что? — не сразу поняла ее вопрос. — Конечно! — повисла небольшая пауза. — Конечно! — вновь повторила и рефлекторно обняла свой плоский живот, в порыве уже сейчас защитить своего малыша.

— Хорошо, вот вам назначения, сдадите анализы. Следующий прием желателен через неделю.

— Хорошо, спасибо вам большое! — я вышла из клиники и несколько минут просто стояла на крыльце и разглядывала в руках темный снимок с УЗИ, пытаясь рассмотреть на нем маленькую горошинку эмбриона.

И конечно, погруженная в свои мысли и прислушиваясь к новым ощущениям, я не могла заметить охрану Громова, которая располагалась в черной машине с тонированными стеклами на другой стороне улицы.

Через пару минут я села в машину, включила радио и поехала домой. А в это время из черной машины вышел человек в темном костюме и скрылся в дверях женской консультации.

Мои мысли кружились вокруг новой информации. Во мне словно что-то щелкнуло и изменилось. Я не могла понять свое состояние.

Снимки с УЗИ лежали на соседнем сидении, тут же валялся мой молчаливый телефон.

Беременна! Я беременна! У меня будет малыш! Улыбка растянула мои губы. Но мысли вновь вернулись к Громову. Нет, я не буду ему ничего говорить. Я не из тех, кто пытается удержать мужчину ребенком! Но я очень хочу к нему… Почему он забыл про меня? Или выкинул… из своей жизни.

По радио начала играть песня NILETTO «Я стану простым», и моя улыбка совсем сошла на нет. Эмоциональная песня и слова певца, которые шли с надрывом из самой души, задели меня. Я посмотрела на снимки и вновь на дорогу. Из груди к горлу поднялся ком. Глаза защипало и все стало расплываться. Свернула направо и остановилась у обочины. Поток горячих слез хлынул из глаз. Я стала плакать в голос! Все, что сдерживала за эти несколько часов вне дома, все эмоции за эти страшные дни сейчас целым потоком выходило наружу. Обняла руль и опустила голову на руки. На меня накатила такая волна эмоций, что между всхлипываний, тело содрогалось и каждый вдох давался с большим трудом.

«Во мне накопилось так много любви!

Зла и воды! Зла и воды!» — доносилось по радио.

Через несколько минут мои всхлипы стали стихать. Я начала дышать глубже.

«Да… Не надо так. Нельзя расстраиваться. Мне есть для кого держаться. У меня есть ребенок. И пусть Громов делает, что хочет!» — мысленно нагло врала сама себе.

Я успокаивала себя и когда мне стало легче, вытерла слезы, восстановила дыхание и продолжила путь домой.

Я

Глава 31. Покой и здравомыслие

Громов.

— Она пришла в себя! Только, пожалуйста, не долго, ей нужен отдых! — пытался донести врач до Сергея, когда тот летел по коридору в палату сестры.

— Юля, — тихо позвал он и медленно подошел к койке.

Лицо девушки было бледным и худым. Она медленно моргнула, повернула голову и посмотрела на брата. На сухих губах появилась еле заметная улыбка.

— Сережа… — хрипло и еле слышно прошептала она.

— Не надо, молчи! Пока молчи, набирайся сил, — Громов погладил ее по волосам.

С уголков глаз Юлии скатились слезы.

— Не надо, сестренка, не плачь! Все хорошо. Он отомщен! Вольский предстал перед твоим мужем на том свете!

Юлия моргнула и еле заметно кивнула. У нее не было сил много говорить.

Врач, стоявший неподалеку, попросил Громова дать ей поспать. Но Сергей не обращал на него внимания.

— Ди-ма, — прошептала ослабленная девушка на выдохе.

— Он дома с бабушкой. С Лидией Тимофеевной. Не переживай, все хорошо!

Юлия с облегчением выдохнула, прикрыла веки и начала проваливаться в сон.

— Все хорошо, — уже тише повторил Громов и погладил сестру по волосам. — Я буду часто тут. Поправляйся. Отдыхай, я скоро снова приеду, — поцеловал родственницу в щеку и вышел из палаты.

«Ну наконец-то! С души как-будто валун убрали. Очнулась! Значит должна поправиться. Просто обязана! Все будет хорошо!» — Громов выдохнул с облегчением. В его жизни это были самые тяжелые двое суток ожидания.

Сергей в голове прокручивал, что нужно дать распоряжения на работе и опять потом вернуться к сестре. Последнее время он не мог сосредоточиться на делах. Поэтому временно все переложил на помощника. Но несмотря на это, важные вопросы нужно контролировать самому.