Чтение онлайн

На смену ему прибежала горничная, сумевшая привести мою полусонную персону в порядок за рекордных двадцать минут. Что дало мне возможность прибежать в лазарет к назначенному времени и, вдобавок, твердо решить при первой же возможности научиться телепортироваться хотя бы в пределах замка.

После получения очередной порции знаний по целительству, мне пришлось убедиться, что положение хозяйки замка имеет и свои отрицательные стороны. Прислуга, здраво рассудив, что в отсутствие герцога все возникающие вопросы должна решить герцогиня, то бишь я, прислала ко мне разведчика в виде управляющего. Наверное, сочли его наименее ценным членом коллектива. Через час, потраченный на добывание распоряжений у госпожи, упорно не желающей их отдавать, управляющий ретировался, оставив мне головную боль и стойкий комплекс неполноценности, так как выяснилось, что в делах хозяйственных я понимаю еще меньше, чем в магии.

После всего этого я с трудом вспомнила, что еще не завтракала, а мой внешний вид после посещения лазарета мало соответствует моему нынешнему положению. И потащилась в сторону замка, благодаря Стихии за то, что, по крайней мере, Баал справляется с гарнизоном самостоятельно и ничего от меня не требует.

Моя горничная, человеческая девушка с удивительно земным именем Глаша, и на этот раз оказалась на высоте, оперативно обеспечив меня ароматной ванной, прекрасным нарядом и аппетитным завтраком, сервированным на маленьком столике в Тусиной комнате. И все это без дополнительных распоряжений!

Увы, настроение, слегка улучшившееся после созерцания себя в зеркале, вновь стало портиться, стоило мне увидеть подругу, по-прежнему пребывающую в сне-обмороке. Хоть маг и уверял, что ее жизнь вне опасности, и сейчас она просто спит, глубина этого сна меня пугала.

Я заставляла себя есть, но кусок не шел в горло. Воспоминания о наших завтраках, о Тусиных шуточках-прибауточках над моей неисправимой совиной натурой, непрошенными гостями вторгались в мои мысли, заставляя слезы опять наворачиваться на глаза.

Как бы я хотела опять услышать ее голосок, елейно выводящий: 'Марыся, дорогая, опять ты соль в кофе сыпешь…'

Глотая завтрак пополам со слезами, я поминала тихим проникновенным словом и подружкин талант находить себе неприятности; и того, кто этой самой неприятностью оказался, в красках расписывая, что именно его ждет в недалеком будущем; и то, что я устрою своей непутевой подружке, если она еще раз попробует учудить что-то подобное, и, вообще, не очнется сию же минуту…

Прервал этот грозный монолог исчезающее слабый голос, не лишенный, впрочем, фирменного ехидства:

–  Жадюга. Опять одна жуешь. Нет, чтоб с подругой поделиться…

Туся. День… Начало новой жизни.

Что-то прикоснулось к моей щеке, вырывая меня из беспамятства. И хотя было оно легким, мимолетным, его хватило, чтобы царившая в моей душе тьма отступила, выпуская меня из своих чертогов.

Я поторопилась, лучше бы продолжала наслаждаться обволакивающим меня покоем. К тому, что предстало моим глазам, я оказалась не готова.

За небольшим столиком, рядом с кроватью, на которой я лежала, сидела Марыся и, глотая слезы вперемешку с едой, монотонным голосом повторяла слова, которых никогда не позволяла себе в той, нашей прежней жизни. И хотя некоторые из них мне были неизвестны - некоторое время она жила в одной из бывших союзных республик, смысл их улавливался без труда.

Сводился он к одному: если я немедленно не открою глаза, то лучше мне этого никогда не делать.

Не знаю, кто как, но лично я в этом противоречия не видела.

Так что не это смутило меня, а слезы, которые текли из ее покрасневших глаз. Такого на моей памяти еще не было.

Сказав себе пару ласковых о том, кем надо быть, чтобы довести свою подругу-ученицу до подобного, я посчитала, что чем быстрее привлеку ее внимание, тем быстрее услышу все, что она обо мне думает, раскаюсь, клятвенно заверяя, что такого больше не повторится и вымолю ее прощение.

–  Жадюга! Опять одна жуешь. Нет, чтоб с подругой поделиться.
– Мой голос был неприятно слабым и хриплым. Но не это было важным - она меня услышала.

–  Ах ты…

Все остальное я решила пропустить мимо ушей, посчитав, что недостаточно самокритична для того, чтобы это услышать.

Затем меня мяли, душили, снова мяли, опять душили, сопровождая все это всхлипываниями, вытираниями носа и угрозами прибить, если я еще раз вздумаю ее так напугать и… весьма подробным рассказом о том, как меня возвращали к жизни.

Судя по всему, самое интересное я пропустила.

Потом на шум прибежал лекарь-целитель-мега-супер-маг, да еще и эльф.

Длинноухих я еще в этом мире не видела, но слышала о них много. Лестного и, одновременно, не очень.

Красавцами они были, утонченными и возвышенными, что полностью соответствовало действительности. Смазливый тип, тут же получивший от меня весьма нелестную кличку 'душка'. Продержалась эта кличка недолго. Вторая часть мнения об этой расе тоже оказалась правдивой - язвительность эльфа вполне могла спорить с его красотой. Но, возможно, это было к лучшему. Я не заметила, как начала огрызаться в ответ, тут же перестав ощущать себя только что вернувшейся с того света.

Жаль, но даже это мне не помогло.

Короче, меня снова начали мять, душить, и задавать множество глупых вопросов о моем самочувствии. Он этих самых вопросов мое самочувствие поднялось еще на один порядок, что я и решила продемонстрировать этому самому мега-супер-магу. Пока до него не дошло, что с теряющими над собой контроль бабками-йожками лучше не связываться и он, отчитавшись перед Марысей (Марысей?!) в том, что я в его услугах больше не нуждаюсь, исчез за дверью.

Весьма своевременно, потому как терпение, с которым у меня в последнее время были большие проблемы, уже закончилось.

Пока моя стажерка в перерывах между всхлипами пыталась передать мне события последних дней, она как-то не сочла нужным упомянуть о том, где мы находимся, почему одета так, словно она жена шейха из Саудовской Аравии, и все ли в порядке с повелителем. Судьба Кирана меня тоже интересовала. Но значительно меньше.

Так что исчезновение третьего-лишнего оказалось вполне своевременным. Пора была напомнить этой юной бабке-йожке, кто из нас двоих старший.

Стажерка поняла это раньше, чем я успела что-либо сказать. Предупредив, что только распорядится по поводу еды (этот момент мне тоже показался очень любопытным), выскочила за дверь, вернувшись подозрительно быстро. Было похоже, что те, кому она отдавала распоряжения, находились сразу за ней.

Присела рядом, скромно разгладила несуществующие складочки на юбке шикарного платья, тяжело вздохнула и…

Это же надо было столько наворотить! Вот и оставляй стажерку без надзора.

Отбросив все эмоции и попросив Марысю помолчать немного (что для нее никогда не создавало сложности), я еще раз прошлась по основным событиям, выделяя из них те, над которыми стоило серьезно подумать.

Первым оказалось то, о котором менее всего было известно. Пророчество! Упоминаний о нем моя подопечная, ныне герцогиня, пока не нашла, но судя по тому, что ее муж был несколько взволнован этим фактом, его текст нам с ней должен быть интересен. Правда, пока возлюбленная Эндрика была в руках Кирана, можно было слишком не напрягаться, но… я предпочитала не ждать неприятностей, а разбираться с ними задолго до того, как они обещали зайти в гости.