Чтение онлайн

— Прекрасно. Конечно. Порешили. Хотя я бы и без вас попробовал.

Кы Дам позволил себе слабую улыбку — может, по поводу моей решимости, а может, ввиду возможности добавить Могабе неприятностей.

Как только стемнело, мы, убедившись, что бунт начался, отправились навестить Могабины склады провизии.

Началось все, словно хорошо отрепетированная пьеса, в коей Могаба со второстепенными персонажами отчаянно старался снискать аплодисменты почтеннейшей публики. Бунт был в самом разгаре. Мы с дядюшкой Доем, для удобства, сформировали по отряду и тихо проникли в хранилища; десять человек из Старой команды и столько же нюень бао. Так, в двадцать пар рук, мы принялись перетаскивать к себе мешки с рисом, мукой, сахаром и бобами. А бунт с самого начала пошел зверский — смятение охватило всю южную половину Деджагора. Все до единого Могабины люди были по горло заняты, пытаясь единым махом подавить мятеж. А каждый джайкури — вплоть до малолетних пацанов, похоже, жаждал добраться до паров, хотя бы для этого пришлось истребить весь первый легион.

Мои люди находились в боевой готовности, задолго до наступления темноты закрепившись на выгодных позициях. Как и нюень бао, которым, впрочем, пока никто не угрожал. Одну из толп мы накрыли. Град дротиков и стрел с фронта, с флангов, а также с крыш живо отбил охоту соваться к нам.

Люди Могабы встретили куда больше трудностей. Они были не готовы к битве. Хуже того, они были раздроблены — кто в рабочих отрядах, кто в патрулях…

Поначалу наши шутили да умничали, рассуждая, что скажет Могаба, когда после боя увидит разграбленные склады.

Вернувшись с добычей во второй раз, я столкнулся с Бадьей.

— Бобы, — сказал я, сваливая наземь громадный мешок, — Разнообразие в рационе нам отнюдь не повредит.

— Мурген, на этот раз там вправду море крови. Могаба дважды запрашивал помощь. Мы отвечали, что тебя никак не найдем.

— Вот так и продолжайте. Пока не ночуете, что для нас может выйти хуже, если не поможем.

— Да это вряд ли. Он сгреб под себя большую часть оружия в городе. Его солдаты сбрасывают людей со стен сотнями. Там уж бунтовщик не бунтовщик, мужик, женщина, дитё…

— На то он и Могаба… А что там за пожары?

— Так… Свое же добро палят.

— Значит, все идет замечательно. Только приглядывайте тут.

И я, как в поговорке, вернулся к радостям разбоя. Это может прикончить Могабу.

Уже на складе меня разыскал дядюшка Дой.

— Часть таглиосских солдат бросила посты ради обеспечения безопасности цитадели. Если будем продолжать набег, нас могут застать здесь.

— Ага. А если нас не заметят, Могаба будет грешить на местных, кто знал об этих подземельях.

То бишь набег мог лишить нас возможности засылать соглядатаев на штабные совещания.

Хотя дело того стоило.

Но буду ли я и завтра думать так же? На сытое-то брюхо?

— У нас возникли незначительные затруднения, знаменосец, — сказал дядюшка Дой чуть погодя.

Оба мы тащили наружу по последнему мешку риса. Все наши уже успели уйти вперед.

— Что такое?

— Весть о нашем успехе, несомненно, станет всеобщим достоянием.

— Каким образом? Ведь знают всего несколько человек… Им это дело разглашать — никакого интереса.

— Кто-то проболтался о том, что я недавно показал тебе.

— Чего?

— Темный ритуал. Кто-то пустил слух. Из искры этого слуха возгорелся сегодняшний бунт.

— Не может быть. Слишком организованно действуют.

— Естественно, некоторые приготовились загодя, по после этих слухов восстал весь город. Теперь бунт неуправляем.

Ну, раз говоришь, значит, знаешь.

Он провел весь вечер со мной. Не было у него, возможности наблюдать за бунтовщиками.

Прежде чем он успел ответить, из темноты туннеля возник Тай Дэй. Он что-то тараторил и для такого тесного пространства вел себя уж слишком оживленно. Загасит мне свечку — удавлю. Как только нащупаю.

— Что стряслось?

— Черные люди пытаются взломать северные ворота и затопить город.

— Они… Что?! Ну да, это может положить конец бунту. Но это ведь даже для Могабы — слишком… Или — как?

Мы с дядюшкой Доем понеслись изо всех сил, как только позволяли мешки с рисом. Могу спорить: вид у нас был — глупее некуда.

— Масло, Ведьмак, Одноглазый, Гоблин, Ишак, Лошак, Бадья, Шандал, вы идете со мной. Аль-Хульская рота поможет нам. Сопатый пошел поднимать их. Идем прямо по стене. Если нары попробуют помешать, растолкаем. Будут драться — убьем. Всем все ясно?

Даже Гоблин с Одноглазым, против обыкновения, не принялись умничать. К утоплению Могаба, наряду с прочими, наметил и нас.

Подошли таглиосцы. Были они веднаитской веры и вообще — лучшими из преданных Отряду. Они заслуживали доверия и были нам почти друзьями. Из шести сотен таких, несколько месяцев назад пошедших с памп на юг, теперь остались лишь эти шесть десятков.

Я объяснил им, что происходит, что мы намерены предпринять и в чем должна заключаться их помощь. Им надлежало быстро оттаскивать всякого, кто будет пытаться открыть ворота, после того, как Гоблин с Одноглазым этого всякого обработают.

— Только никому не причинять вреда, если не вынудят защищаться.

— Это почему же? — заупрямился Шандал, — Они-то пытались нам вред причинить…

— Могаба — да. А эти просто подчиняются приказу. Могу спорить: возле ворот не окажется ни единого пара. А еще — на то, что, открыв ворота, они и себе причинят вред вместе со всеми прочими. Могабе они будут больше не нужны.

— Пошли уже, — буркнул Гоблин. — Или уж давайте вернемся да пивка выпьем.

Я повел людей к воротам.

Может быть, из-за провалов во тьму у меня появился дар пророка. Наров у Северных Ворот не оказалось. Стычка вышла столь краткой и беспорядочной, что ее, можно сказать, и вовсе не было. Таглиосцы, разбиравшие баррикаду, бежали. Проклятье! Теперь Могаба узнает, из-за кого провалилась его последняя подлость.

Я сказал Одноглазому:

— Это значит, мы больше не разыгрываем закадычных дружков.

— Ага. Слушай, покажи, как пробраться в цитадель. Я на них наложу сонные чары, а после камня на камне не оставлю от их дурацкого храма.

Идея отнюдь не казалась плохой…

Но осуществить ее мы не успели.

Снизу кто-то заорал, зовя меня. Всмотревшись во мрак, я узнал дядюшку Доя. В дело с воротами я не стад втягивать нюень бао. Не было нужды настраивать Могабу и против них.

— Что?! Это обман! — прокричал он. — На самом деле потоп начнется от…

— А, ну конечно… — Могаба достаточно хорошо знает меня, чтобы предвидеть мое вмешательство, — Идем! Все!

Мы вихрем понеслись вниз.

— Где? — спросил я Доя.

— Восточные Ворота.

Может, Могаба предусмотрел и то, что я смогу пройти через весь город, сквозь толпы восставших джайкури, чтобы помешать его игре?

Вполне. А мог и понадеяться, что мы застрянем и задержимся, а то и вовсе поляжем. Теперь остается только гадать, что у него на уме. Он — безумен.

Одноглазый с Гоблином провели нас и сквозь джайкури и сквозь таглиосцев. С джайкури мы дважды вступали в бой, но оба раза наша численность и волшба сказывались быстро.