Чтение онлайн

— Мне кажется, все дело в этой безупречности. Словно они одержимы идеей невинности.

— Думаю, того требует бизнес.

— Вероятно, все к этому и сводится.

— Мне это тоже не нравится, но я вижу, зачем они так поступают.

— Знаю.

Кирстен скрещивает руки и переводит взгляд на потолок.

— Если бы кто-то девять месяцев носил моего нерожденного ребенка, я бы хотела удостовериться, что она не наркоманка со склонностью к грязному сексу с незнакомцами.

— Именно. И что у нее хорошие гены.

— Боже, да.

— Если СурроСестра передает ребенку свои гены, то ты захочешь ту, что с хорошими.

— С лучшими.

Кеке громко вздыхает и отпивает от своего напитка. Моргает, словно желая прояснить взгляд уставших глаз.

— Все это хреновая ловушка, скажу я тебе.

— Что все?

— Весь этот бред с продолжением рода. С самого начала ты становишься рабом этого ребенка.

— Это слишком мелодраматично, не находишь?

— Я серьезно. Ты будешь все время одержима мыслью, что должна дать своему ребенку все самое лучшее. Не похоже на счастливую жизнь.

— А ты знаешь, что такое счастливая жизнь, о, Мудрейшая?

— Нет, но я знаю, чего хочу. Кем хочу быть… и это уж точно не включает маленьких спиногрызов, висящих на моих ногах и требующих, чтобы я купила им то, что нельзя. Вот поэтому ты не увидишь меня сюсюкающейся с младенцем в ближайшее время.

Кеке забрасывает ноги на ближайший стул.

— Без обид.

— Я не обижаюсь.

— Я слишком эгоистичная и не смогу стать СурроСестрой.

— Только представь весь этот грязный секс с незнакомцами, от которого тебе придется отказаться.

Кеке смеется.

— Именно.

Кирстен смотрит на мертвое растение на подоконнике.

— Ладно. Так значит, у тебя есть видео, на котором белый дрон доставляет бомбу?

— Не просто белый дрон. Сурродрон.

— Без разницы. Это мало что доказывает, разве не так?

— Доказывает. Объясню тебе почему. Другим дронам не позволено залетать в воздушное пространство монастыря. Их уничтожат автодетекторы. Спроси любого папарацци, пытавшегося заснять сестер.

— Ясно.

— И никто не может проникнуть в комплекс Монастыря.

— Но ты же проникла.

— Да, но мне помогал биохакер. У меня были еб*ные силиконовые отпечатки пальцев и радужки, настолько современные, что их практически еще не изобрели. Послушай, это маловероятно, ясно? Вот что я пытаюсь сказать.

— А я хочу сказать, что у тебя нихера нет.

Кеке хмурится и играется со своим бокалом.

Стук-стук-стук-стук-стук.

Кирстен права.

— От всей их секты мне тоже не по себе, — говорит Кирстен, — но где-то глубоко внутри я понимаю, что это не они. Мне кажется, у них нет мотива. Кроме того, есть более легкие… более тихие способы убить кого-либо.

— Тогда… что? Кто-то хакнул дрона извне?

Кирстен кивает.

— Это же очень даже возможно, так?

— Они должны иметь доступ к весьма продвинутым технологиям, чтобы такое провернуть.

— Так кто имеет доступ к технологии удаленного взлома и управления дроном со взрывчаткой и желает причинить зло такому невинному человеку, как Джони?

— Не думаю, что это личное, — говорит Кеке.

— Бомба, взорвавшаяся у тебя перед лицом, недостаточно личное?

— Я хочу сказать, что любая из СурроСестер могла поднять то яйцо. Его же не подкинули ей в комнату.

— Ладно. Так значит, мы имеем дело с хакером, ненавидящим людей и изготавливающим бомбы, и который недолюбливает всех СурроСестер. Никакие колокольчики не звенят?

Кеке чешет лоб. У нее болит голова. Ей нужно пить больше воды.

— Мне кажется, я чувствую запах горелого, — шутит Кирстен, и Кеке бросается в нее своим бокалом. Кирстен ловит его.

Журналистка чувствует, что ответ близок, но сложно мыслить ясно, когда в мире творится такой хаос. В последнее время, по долгу службы она постоянно обнаруживает, что сложно прийти даже к простым выводам, потому что между точкой А и точкой Б возникает множество препятствий. Но затем ее осеняет.

— Подожди, — просит Кеке. — Мне пришла идея.

Она берет свой лэптоп и ищет группы хейтеров или угрозы, адресованные «СурроТрайб».

— Ну, это слишком легко, — говорит она, разворачивая лэптоп экраном к Кирстен. — Мы могли бы догадаться.

Кирстен с круглыми глазами читает заголовок первых десяти поисковых результатов, забыв, как дышать.

— Матерь божья.

— И не говори.

Глава 13

Суррошлюхи

— Нам нужны доказательства, — говорит Кеке.

— Это будет сложно.

— Не так уж и сложно, — возражает Кеке. — Я кое-кого знаю.

— Меня это не удивляет.

— Дрон, подложивший пасхальное яйцо… у него есть виртуальный черный ящик, так?

— Понятия не имею, — отвечает Кирстен. — Я держусь подальше от таких вещей.

Кеке закатывает глаза.

— Технозавр.

— И горжусь этим!

— Чем тут гордиться, — Кеке пожимает плечами.

— Я лишь отношусь к технологиям с подозрением, которого они заслуживают. Вот и все.

— Технологии будут развиваться все быстрее и быстрее, — говорит Кеке, — и ты не поспеешь за ними.

— Мне все равно.

— Они раздавят тебя на своем пути! Ты станешь удобрением.

— Ты снова драматизируешь, — смеется Кирстен. — С тобой не соскучишься, подруга.

Кеке печатает на тачпаде короткое сообщение Марко. Он отвечает практически сразу же.

ММ: Еще раз привет, красавица.

КК: Даже красивее Хеди Ламарр?

ММ: Ты нравишься мне больше.

КК: Сложно конкурировать с первой женщиной, изображавшей оргазм на экране.

ММ: Чуть раньше ты неплохо справилась с этой задачей.

КК: Я не изображала.

ММ: Ты лучшее, что со мной случалось.

Кеке не может сдержать улыбку.

КК: Мы знаем друг друга всего пару часов.

ММ: Нематериально.