Чтение онлайн

«Когда все вернулись на палубу после чаепития, то увидели, что эта необычная линия все еще там. Она шла параллельно с нами уже четыре часа! Теперь, правда, не совсем параллельно, а скорее, наперерез нашему пароходу… Когда мы приблизились к этой загадочной линии, то, к своему удивлению, обнаружили, что она состоит из великого множества морских змей, тесно свившихся в одно целое. Они были оранжево-красные и черные. Во всей этой линии их, должно быть, было миллионы; говоря „миллионы“, я нисколько не преувеличиваю, потому что линия эта была футов 10 (3 м) в ширину, и мы шли параллельно этой линии уже миль 60. Я могу только предположить, что либо это была какая-то миграция, либо брачный сезон… Да это вряд ли когда-нибудь забудется».

Змеи, которых видел Лау, были, скорее всего, желтобрюшки, и из-за своей потребности собираться вместе их могут принять — хотя вероятность не так уж и велика — за морского монстра.

Несомненно, рептилии, с их довольно доисторической внешностью и примитивными движениями, занимают первые места в списке претендентов на роль морского чудовища, но, переходя к млекопитающим, мы обнаруживаем немалую группу животных, которых тоже можно принять за морского монстра.

Если мы начнем с добродушных гигантов океана — китов, мы поймем, что этих животных, несмотря на их неимоверные размеры, довольно легко идентифицировать. У китов очень большие хвостовые плавники, которые они иногда выставляют высоко над поверхностью воды — перед глубоким нырком, например, или же сильно бьют по поверхности, поднимая тучи брызг, — это называется «дать свечку». У китов есть дыхало, и каждый вид этих животных выдыхает через дыхало, то есть выбрасывает струю воздуха вперемешку с водяными брызгами, в строгом соответствии со свойственной этому виду манере. Китобои и ученые-специалисты по китам узнают тех или других китов прежде всего по типу выброса. И спина у кита выгибается очень характерно, когда животное плывет по поверхности. Наверное, кита вообще довольно трудно спутать с каким-нибудь другим морским существом. Бывают, однако, определенные обстоятельства, когда киты ведут себя не как киты.

Доктор Мартин Энджел из Института океанографических наук в Уормли, что в английском графстве Суррей, рассказывал мне о том времени, когда он, находясь на борту исследовательского судна «Дискавери», видел своих первых «морских монстров». Это были карликовые полосатики [44] , и головы у них чуть-чуть высовывались из воды — такое поведение называется «подпрыгивание-подглядывание». Именно так себя ведет большинство китов и дельфинов, чтобы видеть, что делается на поверхности воды перед ними. Доктор Энджел обратил внимание, что покровительственная окраска нижней части головы и на горле создавала впечатление, что верхушка головы сидела на «узкой» шее.

В канадском Университете провинции Манитоба доктор Вальдемар Ленн из департамента электронной техники и его коллега Ирмгард Шрудер объясняют феномен «подпрыгивания-подглядывания» несколько глубже, а именно с учетом изучения оптических искажений в атмосфере при различных погодных условиях.

Ученые начали исследовать этот феномен после ознакомления с манускриптом середины XIII века под названием «Зеркало короля», в котором описывается «водяной»:

«Монстр этот высок, и великого размера, и восстает прямо из воды… Плечи у него, как у мужчины, но рук нет. Тело его сужается от плеч вниз, и чем ниже вы сможете рассмотреть его тело под водой, тем оно будет тоньше и стройнее. Но никто не видел формы той части его тела, что остается всегда под водой… Никто не смог рассмотреть тело так близко, чтобы сказать, покрыто ли оно чешуей или гладкое, как у человека. Каждый раз, когда появляется этот монстр, люди знают: будет шторм».

Ленн и Шрудер заинтересовались описанием и, копнув чуть поглубже, обнаружили еще одно, более раннее описание в книге «История Норвегии», год издания 1170-й: «…есть кит, и есть водяной, самый большой дикий зверь, но без головы и хвоста, и он похож на ствол дерева, когда он подпрыгивает вверх-вниз, и если он показывается, то потом обязательно случится какая-то опасность для моряков и прибрежных жителей».

Скорее всего, это были единственные два упоминания. Исследователей поразило, что в обоих случаях авторы связывали появление существ с наступлением шторма. И тогда они решили ввести всю имеющуюся информацию об атмосферных условиях перед штормом в компьютер и создать хорошую программу, которая бы воспроизводила картину штормовой погоды. Объектом исследования они взяли касатку, у которой есть привычка «подпрыгивать-подглядывать», и моржа, стоящего в воде вертикально. Результаты получились очень интересные. При определенных обстоятельствах оба животных, если смотреть на них с расстояния больше километра, казались значительно выше, чем они есть на самом деле, с тонкой шеей или с тонким основанием туловища. Касатка превращалась в правдоподобного морского монстра, а морж — в «водяного».

Причина оптических искажений заключается в температурной инверсии, которая происходит, когда массы теплого воздуха движутся над холодным воздухом. Лучи света, проходящие сквозь колеблющийся воздух, искривляются в вертикальном плане, проще говоря, объект «вытягивается», а в горизонтальном плане остается тем же, что на самом деле.

В этой экспериментальной программе Ленн обнаружил, что температурной разницы примерно в 7,5° при высоте слоя температурного скачка в 2,2 метра над поверхностью воды бывает вполне достаточно, чтобы существенно исказить внешний вид касатки. Если при этих условиях глаза наблюдателя будут расположены на высоте 2,1 метра над уровнем моря — типичная высота для моряка, стоящего в галере викингов, — то вместо кита он увидит таинственного монстра.

Интересно, что погодные условия, в которых происходят подобные эффекты, случаются обычно на последних стадиях прохождения теплого фронта — это, как правило, затишье перед бурей. Граница между теплыми и холодными массами воздуха в дальнейшем будет опускаться ниже к поверхности воды. При отсутствии ветра эта граница будет ровной, а образы ясными, но искаженными. Таким образом, норвежцы ничего не выдумывали. Они искренне верили, что это были какие-то странные существа, и благодаря исследовательской работе Ленна мы теперь относительно этого вопроса не заблуждаемся.

Ленн сумел также сравнить результаты своего компьютерного исследования с реальным феноменом в природе. Как-то в теплый день он прогуливался по берегу озера Виннипег, хотя вода еще была покрыта льдом. Температура воздуха была градусов 28, а температура воды — ближе к 0. Он увидел «водяного» и сфотографировал его. Пройдя еще с километр, он понял, что его видение — всего лишь глиняная глыба.

Канадские исследователи были не первыми, кто обратил внимание на эти атмосферные эффекты. Английский знаток китов Вильям Скорсби, избороздивший арктические воды, отмечал вертикальное удлинение корпусов кораблей — и как будто они еще немного кренились — при определенных атмосферных условиях.

Мне тоже привелось наблюдать странный атмосферный эффект наподобие миража. Это было в Стокгольме, на берегу моря. Те, кто бывал в этом городе, знают, что море близ Стокгольма усеяно островами. Так вот, мне казалось, что эти острова плавают в воздухе, или же изображение казалось вытянутым, и деревья на островах выглядели гораздо выше, чем они были на самом деле.

Опираясь на исследование Ленна и Шрудера, можно совсем по-другому взглянуть на все сообщения о морских монстрах, с совершенно иной точки зрения. В конце концов, описания монстров, дошедшие до нас из XIII века, совершенно неправдивы, хотя люди тоже «видели все своими глазами» и описывали с максимальной точностью, искренне веря в увиденное. В книге «Зеркало короля» есть также описание «хафгуфы», или Кракена-монстра, без каких-либо отличительных особенностей, но громадных размеров — в море близ Исландии. В XIX веке считалось, что Кракен — это гигантский кальмар, животное с очень яркими «отличительными особенностями». А не могло ли случиться так, что на протяжении веков слово «кракен» стало постепенно применяться по отношению совсем к другому животному, а первоначально этим словом обозначалось что-то совершенно иное? Это предположение кажется вполне оправданным. Что, если первоначально слово «хафгуфа» обозначало подводное извержение вулкана — обычное явление, которое могло происходить в исландских водах и которое могло вызвать сильнейшее возмущение поверхности, как будто какое-то гигантское существо бьется на поверхности. Это могло бы объяснить описание Кракена — с легкой руки Олауса Магнуса и Понтопидена в XVI веке — как существо величиной с остров. Вот что писали Ленн и Шрудер в журнале «Нэйчер»:

«Современные ученые, как правило, игнорируют изучение таких аномальных видений, частично потому, что считают данные проблемы неразрешимыми, а частично оттого, что предмет изучения очень нематериален и неудобен для научного исследования».

Остается надеяться, что и другие ученые, по примеру Ленна и Шрудера, выйдут из своих солидных кабинетов и удивят всех нас рациональным и глубоким объяснением хотя бы некоторых из этих многочисленных загадочных видений.

В отношении тюленей и морских львов оптические искажения тоже могут иметь место. Вторая компьютерная программа Ленна была посвящена моржам. Опять-таки голова моржа, возвышающаяся над поверхностью воды на 16 дюймов (40 см), трансформируется в изображение 10-футового гиганта (3 м) со страшной мордой, расположенной на самой верхушке длинной и тонкой шеи или длинного и тонкого туловища.

При условиях, более приближенных к нормальным, тюлени очень легко могут предстать для неискушенного наблюдателя в виде морского монстра. Самый крупный из существующих тюленей, между прочим, сам по себе морской монстр, без всяких оптических искажений. Речь идет о самце морского слона. Крупная особь может весить до 3 тонн, а в длину достигать 21 фута, или 6,5 метра.

1. Морж и его искаженное изображение, похожее на водяного. С рисунка Ленна и Шрудера в журнале «Нэйчер».