Чтение онлайн

Отрицательный баланс складывается потому, что все силы пишущей и комментирующей братии сосредоточены на том, чтобы как можно быстрее и ярче опорочить новую организацию. А как опорочить то, чего еще нет? Но для креативного класса это не проблема. Ведь для борьбы со смертельным врагом все средства хороши, не правда ли? И нам торжественно открывают «страшную тайну» о родственных связях между лидером «Сути времени» и РВС, нам бесконечно

просвещают о том, что родители, собравшиеся на съезде, никого (а точнее, родителей из меньшинства) не представляли… Нам рассказывают высосанные из пальца страшилки про то, что РВС создана, оказывается, для того, чтобы под ее прикрытием протащить-таки ювенальную юстицию…

Что ж, все это может производить на кого-то впечатление, наверное, но только до того момента, как РВС не заработает в полную силу. В конце концов, нам не привыкать — точно так же выли и поводу «Сути времени» два года назад. А сейчас — мы провели Съезд родителей России, который вызвал совершенно реальную панику и истошные вопли в рядах белоленточников и всей либеральной тусовки. Потому что теперь «Суть времени» — сила. Еще не очень мощная, но уже очень страшная для врагов. Так же будет и с РВС.

Кстати, следующим пунктом в нашем анализе идет сама «Суть времени». Ой, как ее не любят… Но рассказать об этом придется в следующий раз.

Сталинская система заложила огромный запас прочности не только для государства (которое разрушают и обворовывают более 20 лет), но и для российской постсоветской семьи

Вера Сорокина

Следующий период семейной государственной политики начался после смерти Сталина и продолжился вплоть до распада СССР. Государство «смягчает» свое участие в построении и нормировании семейных отношений. И переводит свое участие в новое качество. Речь теперь идет не о директивном жестком управлении семейной жизнью («семью строить только так и так, а иначе мы вас накажем!»), а о достаточно деликатной опеке, исходящей из принципа: «Хотелось бы, чтобы вы так-то и так-то строили свою семейную жизнь. Но — вам виднее! Мы теперь исходим из этого!».

В 1954 была снята уголовная ответственность за подпольный аборт (аборт разрешен по медицинским или социальным показаниям). Государство, признавая материнство основной социальной функцией женщин, охраняя и поощряя его, ввело в законодательство следующее положение: «в целях охраны здоровья женщины предоставить ей право самой решать вопрос о материнстве». Но одновременно с разрешением абортов государство через законодательство, предоставление социальных льгот, кампании в газетах, культуру, через формирование общественного мнения поднимало престиж женщины-матери.

Мы уже писали о высоком государственном признании многодетных матерей. В 1944 году впервые в отечественной истории были утверждены орден и звание «Мать-героиня». За советское время орденом было награждено 431 тыс. женщин, родивших и воспитавших 10 и более детей. В постсоветское время орден не вручался. Что означает вовсе не отсутствие матерей-героинь, а отражает отношение государства к такого рода героизму. Также в советское время более 4 млн женщин были награждены орденом «Материнская слава», свыше 10 млн матерей — «Медалью материнства».

Такое количество многодетных семей свидетельствовало, прежде всего, о крепости нравственных устоев в советском обществе. И это — невзирая на все предыдущие (начиная с 1917 года) революционные изменения и перегибы в законодательстве о браке, несмотря на огромные тяготы в жизни страны.

Высокие награды подкреплялись государственной материальной поддержкой. Главной привилегией многодетных семей было получение отдельных квартир и выплаты хороших пособий на детей. «Матерям, которым присвоено звание «Мать-героиня», многодетным семьям, одиноким матерям и семьям при рождении близнецов предоставляется право на первоочередное получение жилого помещения», — говорилось в Основах жилищного законодательства СССР.

В 1968 году были приняты Основы законодательства о браке и семье СССР и союзных республик. Новое законодательство упростило процедуру развода (через ЗАГС, при наличии детей — через нарсуд), узаконило аборт по личному решению женщины. Признало право на установление отцовства (и добровольно, и в судебном порядке), отрегулировало алиментные отношения, подтвердило режим общей собственности для супругов. Советское семейное законодательство провозгласило равные личные и имущественные права для мужа и жены и их равные обязанности перед семьей, обществом и государством.

При этом закон устанавливал ряд дополнительных прав для женщины-матери. Так, муж не мог возбудить без согласия жены дело о разводе во время беременности жены и в течение года со дня рождения ребенка (ст. 14 Основ законодательства о браке и семье). При разводе суд мог выделить супругу, при котором остаются несовершеннолетние дети, большую часть совместно нажитого имущества, и т. д.

В 80-е гг. были реализованы социальные программы для матерей: введены единовременные пособия на ребенка, частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до года, производственные льготы для работающих матерей. Далее (вплоть до начала 90-х) был увеличен оплачиваемый до- и послеродовой отпуск (с 56 до 70 дней), увеличен частично оплачиваемый отпуск с 1 года до 1,5 лет, введен отпуск по уходу за ребенком до 3-х лет. Последний не оплачивался, но при этом не прерывался рабочий стаж и сохранялось рабочее место матери. Был также осуществлен ряд дополнительных мер по защите материнства: например, матерям с детьми до 1,5 лет предоставлялся дополнительный перерыв для кормления ребенка, перерыв включался в рабочее время и оплачивался, и др.

Являлись ли эти программы значительным и новым вкладом государства в поддержку материнства и семьи? Безусловно.

Например, США — единственная развитая западная страна, где не предусмотрен оплачиваемый отпуск по беременности и родам. Только в 1993 году возник Закон об отпуске по семейным и медицинским проблемам, согласно которому при выполнении некоторых условий (стажа работы в компании, не менее 50 работающих в ней сотрудников и др.) может быть представлен отпуск до 12 недель. Но без сохранения заработной платы. В отдельных штатах существуют специальные программы социального страхования. Но государство в целом отнюдь не озабочено здоровьем и восстановлением матери. Может быть, поэтому (в какой-то мере, и в том числе) американские семьи предпочитают не рожать, а усыновлять?

Социальные программы в СССР предназначались в основном, конечно, работающей матери. К началу 90-х годов свыше 90% женщин трудоспособного возраста были заняты в различных секторах экономики. Право на труд женщинами было не только завоевано, но и закреплено уже как обязанность. Если в начале 20-х годов работающие женщины составляли 27%, в 1940 году — 39%, то в конце 60-х женщины среди работающих составляли 51%.

В 1961 году Президиум Верховного Совета СССР принял указ «Об усилении борьбы с лицами, уклоняющимися от общественно-полезного труда и ведущими антиобщественный паразитический образ жизни» — против тунеядства. Работой признавалось официальное трудоустройство и учеба в вузе. Лишь домохозяйкам, имеющим детей, разрешалось не работать, в отличие от незамужних и бездетных женщин. В 1970 году статья о тунеядстве была включена в уголовный кодекс РСФСР и просуществовала до 1991 года, до принятия закона «О занятости населения», легализовавшего безработицу.