Чтение онлайн

— Ты, Ленька, врешь, — решительно сказала Лола, — ты передо мной выпендриваешься. На самом деле тебе хочется участвовать в этом деле!

— Ты что, рехнулась? — в неподдельном гневе завопил Маркиз.

Но Лола-то знала его лучше, чем кто-либо другой, поэтому она и бровью не повела.

— Вот именно, тебя задело за живое, и теперь ты просто обязан переиграть Хорька и того, кто стоит над ним! Не притворяйся передо мной, я ведь тебя знаю не первый год!

— Уж больно ты умная, — недовольно проворчал Маркиз, — но так или иначе, если бы ты не оказалась замешанной в этом деле, я бы не стал искушать судьбу.

Но раз уж все так складывается, то мне ничего не остается…

— Нам ничего не остается, — поправила его Лола, — я с тобой.

Леня хотел ответить что-то резкое, но поглядел Лоле в глаза и передумал.

На следующий день те же самые люди, которые собирались в Париже, сидели в большой, скупо обставленной комнате в центре Петербурга. На столе перед ними было расстелено несколько подробных планов и чертежей. Хорек жирным колобком перекатывался вокруг собравшихся и говорил, перемежая слова энергичными жестами:

— Лазоревский пробудет в Питере четыре дня. Этим временем мы должны воспользоваться. Здесь чемоданчик взять гораздо легче, чем в его подмосковном доме. Там — настоящая крепость, а здесь у него большая квартира на Малой Конюшенной, и хотя охраны достаточно, но все же шанс есть.

— Что же такое у него в чемоданчике; если он даже на несколько дней не может с ним расстаться? — задумчиво проговорил Бич.

Хорек остановился и зло уставился на медвежатника.

— Опять ты! Кажется, я ясно сказал: я не знаю этого и знать не хочу! Мы и без того играем в очень опасные игры, а если еще будем знать тайны таких больших людей, за наши шкуры никто гроша ломаного не даст!

— Зря ты так, — подал голос молчавший до того Вензель, — нам действительно важно знать, что находится в чемоданчике — аппаратура, магнитные носители информации, бумаги или еще что-то. От характера содержимого зависит то, какую технику мы можем применять. Боится ли это содержимое высокой температуры, влаги или электромагнитного воздействия.., одно дело, если там документы, и совсем другое — если дискеты или жесткие диски…

— Считайте, что в этом чемоданчике что-то нежное, хрупкое, что его содержимое боится всего на свете, вплоть до малейшего сквозняка! С ним надо обращаться с предельной осторожностью, а больше мы ничего не знаем и знать не хотим!

— Ну спасибо, — усмехнулся Вензельценная информация!

— Вот она — ценная информация! — Хорек указал на стол. — Я достал все, что только можно. Вот планы квартиры, прямо из архитектурно-планировочного управления, вместе с чертежами переделок. Вот план всего дома, включая схему канализации и вентиляционных каналов. Вот список персонала, сопровождающего Лазоревского в поездке, и того, который постоянно обслуживает эту его квартиру. Вот досье на его охрану.

— Какая фирма устанавливала охранную систему? — осведомился Вензель, взяв со стола несколько схем.

— «Арктур лимитед», — быстро ответил Хорек.

Вензель с уважением кивнул и углубился в изучение чертежей.

— А где тут у нас сейф? — промурлыкал Бич и тут же вытащил из стопки пожелтевший чертеж. На лице у него появилось такое выражение, будто он любовался красивой женщиной.

— «Бакенбеккер», лапочка! Ну до чего хорошенький! Тройная защита, встроенная сигнализация…

Голос старого медвежатника стал удивительно нежным и ласковым, казалось, что он разговаривает с ребенком.

Лене не оставалось ничего другого, как заняться просмотром списка персонала.

Этот документ впечатлял. Только охрана Владимира Лазоревского состояла из двадцати человек — и это в поездке! Можно себе представить, как охранялась подмосковная крепость олигарха!

Большая часть охранников в недавнем прошлом служили в ФСБ, ГРУ или других спецслужбах, причем ушли оттуда не по возрасту или состоянию здоровья — Лазоревскому не нужны были старики или инвалиды, он переманивал молодых перспективных офицеров с отличным послужным списком, предложив несравнимо более высокую оплату. Несколько человек были выходцами из криминальных структур — не авторитеты, конечно, но сильные, надежные исполнители. Большинство охранников прошли в свое время через «горячие точки»: Чечню, Абхазию, Приднестровье.

Это была целая армия, маленькая, но очень мобильная и надежная, и во главе ее стоял, как и полагается, генерал — отставной генерал-майор КГБ Лаврентий Урушадзе, когда-то возглавлявший охрану целого ряда высших руководителей бывшего СССР.

Лаврентий был далеко не молод, ему было хорошо за пятьдесят, но, судя по досье и фотографиям, он находился в отличной форме и держал свою маленькую армию железной рукой.

Вторым немолодым человеком в многочисленной свите олигарха был его личный повар Аветик Асланян, толстый, лысый и представительный шестидесятилетний армянин, без которого Лазаревский не мог провести и дня, потому что только Аветик безупречно понимал кулинарные пристрастия своего хозяина и мог приготовить для него настоящее сациви, или настоящее карпаччо из телятины, или настоящую фаршированную рыбу, а не те жалкие подделки, которые подают в ресторанах.

Вообще, к Асланяну олигарх питал самые дружеские чувства и самое большое доверие и обсуждал с ним иногда серьезные финансовые и политические проблемы, полагаясь на его здравый смысл больше, чем на советы своих высокооплачиваемых дипломированных консультантов.

На всякий случай Маркиз отложил досье Асланяна в сторону — с этим человеком имело смысл серьезно поработать, он мог оказаться ключевой фигурой операции.

Ознакомившись со всеми документами, Маркиз поднял глаза на Хорька и сказал:

— Завтра мы погуляем около этого дома.

— Надо ли тебе там светиться раньше времени? — настороженно спросил толстяк. — Сам видишь, какая у него охрана.

— Не беспокойся, меня никто не узнает.

Действительно, на следующий день трудно было узнать Маркиза в смуглом небритом кавказце, лениво прогуливающемся с семьей среди праздной толпы по бульвару на Малой Конюшенной.

Семья новоиспеченного горца состояла из вульгарной рыжей толстушки, в которую превратилась Лола в результате трехчасовой напряженной работы над образом, и ужасно невоспитанного мальчишки лет шести, который постоянно требовал чего-нибудь у своих «родителей».

Появлению в дружном творческом коллективе этого мальчишки предшествовала целая история.

Обычно Маркиз не пользовался городским транспортом, предпочитая автомобиль, собственный или временно позаимствованный у какого-нибудь легкомысленного автолюбителя. Но после «производственного совещания» у Хорька он почувствовал острую необходимость убедиться в отсутствии за собой слежки и спустился в метро. Пересев несколько раз с поезда на поезд и сделав несколько пересадок с линии на линию, он оказался в относительно свободном вагоне, сел на скамью и полуприкрыл глаза, осторожно наблюдая за остальными пассажирами.