Чтение онлайн

Потом опомнилась, понимая, что в первую очередь это все нужно ей, и от страха прикрыла рот ладошкой. Линдон, молча, схватил эту самую ладонь и потянул ее в портальную комнату. Арка светилась уже мерным сиреневым светом, ожидая своих посетителей. Оставалось лишь выбрать координаты перехода. Понятно, что этим должна была заняться девушка. Но ее к пульту не пустили. Неожиданно для себя самой она оказалась прижата к шершавой и холодной стене зала. Чтобы увидеть его лицо, ей пришлось задрать голову вверх, что также было некомфортно и непривычно.

— Я, наверное, должна извиниться, прости! — испуганно прошептала виновница конфликта, хотя полностью с этим она согласна не была.

— Не мешало бы! — ухмыльнулся он. — Ведь я здесь исключительно по твоей прихоти. Но словами я не беру.

Она растеряно хлопнула глазами, изучая его кривую усмешку. А он тем временем продолжил:

— И если ты будешь себя так вести, то твои родители никогда не поверят, что мы с тобой пара, — с этими словами он взял в руки ее ладони, которые упирались в мужскую грудь, создавая иллюзию пространства между двумя телами, забросил их себе на шею и смял девичьи губы поцелуем.

Сердце Регины екнуло, затем стремительно скатилось в пятки и там забилось испуганной птахой. Руки непроизвольно поднялись к волосам мужчины и зарылись в них. Ей казалось, что она чувствует, как стремительно бьется в груди его сердце, теперь уже одно на двоих. А когда его наглый язык оказался рядом с ее языком, она уже не удивилась, а воинственно встретила его, отвечая ответным ударом. Затем он оторвался от ее рта и стал покрывать легкими поцелуями глаза, щеки, шею. Рига, как хороший кот, изгибалась под его губами, подставляя наиболее чувствительные места.

Наконец он снова вернулся к губам, и из груди мужчины вырвался непроизвольный стон, который сразу отрезвил девушку. Она вновь уперлась руками в его грудь, открыла глаза и возмущенно прошептала:

— У меня же истинный есть!

— Ну и что? — он удивленно распахнул в ответ глаза, прикрытые до этого. — Зато у твоих родителей теперь не возникнет подозрений насчет наших чувств.

С этими словами он со смехом перехватил ее руку, которая снова нацелилась на пощечину. А затем неожиданно стал серьезным и сказал:

— Координаты набирай, иначе активация портала скоро закончится, а мы так никуда и не попадем.

Рига оттолкнула мужчину от себя, постаралась придать себе гордый и независимый вид и подошла к пульту. Набрала нужную комбинацию и посмотрела на него. Линдон кивнул головой, неожиданно, словно пушинку, подхватил девушку на руки и шагнул в портал, налившийся теперь уже красным свечением.

Первое, что они испытали после перехода, был шок. Рига, которую впервые кто-то носил на руках, не думала, что это будет настолько приятно. Она обхватила шею мужчины руками, чтобы ему было удобнее, и даже зажмурила глаза, как хорошая кошка от удовольствия. И пах он в этот момент умопомрачительно. Аромат пиона пробивался в мозг без малейших усилий с ее стороны и переплетался с тонким ароматом розы,

А он сначала сошел с ума от близости со своей истиной. Целовать — это было одно, но вот так держать ее на руках, понимая, что в этот момент девушка зависит целиком и полностью от него… И он стоял несколько секунд, прижимая хрупкое тело к себе. Да воспоминания о звонкой пощечине вернули терр Рауха с небес на землю, и он аккуратно поставил девушку на ноги, но из объятий не выпустил, продолжая обнимать. И что интересно, она не вырывалась, а замерла рядом, положив руки ему на грудь.

— Я больше семи лет здесь не была, — прошептала она со вздохом, Обращаясь к самой себе.

Линдон же окинув взглядом местность, неожиданно понял, КУДА он попал:

— Я здесь, оказывается, тоже был, — он недоверчиво покачал головой. — Глазам своим не верю!

Она легко оттолкнулась от него, развернулась и огляделась по сторонам:

— Ничего не изменилось. Все по-прежнему! — сделала свое заключение девушка и, взяв его за руку, потянула по тропинке к белому дому с колоннами, стоявшему чуть дальше.

— Подожди, прорепетируем! — терр Раух дернул ее за руку, вернув ладошку на грудь, на секунду задержался на распахнутых глазах и приоткрытых губах.

Рига поняла, что он ее сейчас поцелует. Это был первый поцелуй, который не был неожиданным. Сопротивляться девушка не стала, чем удивила даже себя. А просто прильнула к нему и отдалась на волю чувствам.

Он гладил ее по спине, нежно прижимая к себе, посылая по телу миллионы мурашек, ласкал девичьи губы своими, вступал в бой с ее язычком. И неизвестно, куда бы они дошли, но эту идиллическую картину прервал хриплый голос, в котором угадывался смех:

— А я думал, что жених фиктивным будет!

Для герцога голос тоже был знаком. Разве что с возрастом добавилось немного старческого дребезжания. Мужчина словно перенесся на десять лет назад, когда по указанию деда инспектировал территории и надолго застрял в этом забытом Шердом месте. И сейчас держал в объятиях ту, из-за которой был изгнан с позором из поместья, пообещав обязательно за ней вернуться.

Тогда это было сказано в запале юношеского максимализма. Но терр Роуд об этом не знал. Поэтому младший мужчина чуть выпятил грудь и произнес с ухмылкой:

— Я же обещал вернуться, ваша милость!

— Я этому несказанно рад, ваша светлость! — передразнил его встречавший.

Рига с недоумением следила за диалогом мужчин, совершенно ничего не понимая. Из ступора ее вырвал голос отца:

— Рига, птаха моя, ты не хочешь обнять старика?

Девушка вдруг поняла, что очень хочет это сделать, именно по отцу она скучала всем эти долгие годы. Поэтому легонько оттолкнула Линдона и порывисто обняла пожилого мужчину, уткнувшись носом в его макушку. Она, похоже, за прошедшее время с начала войны сильно подросла и была сейчас намного выше его.

Наконец, выпустив дочь из объятий, Лехус терр Роуд сказа:

— Что мы посреди двора стоим? Пойдемте в дом. Мать уже вас заждалась.

Только эти слова полоснули Ригу ножом по сердцу. По Римме она не скучала, и видеть совсем не хотела. Но без соблюдения традиций и церемоний обойтись было нельзя. При наличии такого влиятельного «жениха» насильно замуж ее точно не отдадут, а показывать свою трусость и слабость девушке совсем не хотелось.

— Проходите, гости дорогие! — голос хозяйки дома буквально лился медом. Только глаза при этом оставались холодными и расчетливыми. Она не пригласила дочь в свои объятия, что Линдоном, конечно же, было замечено и наводило на некоторые заключения.