Чтение онлайн

— Давай сделаем укол, — прошептала она, склонившись над молодым человеком.

— Нам лететь четыре часа, а еще российскую таможню проходить.

— До России далеко. Что толку об этом переживать, если мы не сможем сесть на самолет?

— Надо попытаться.

Настя заметила полицейских, что оживились в зале. В руках у них находились листовки с портретами. Они явно кого-то искали среди пассажиров. Девушка вжалась в кресло, внутри все похолодело.

— Полиция, — прошептала она Максиму. Но он не слышал ее, от утомительной поездки и длительного стояния у регистрации, мужчина забылся тревожным сном. Настя молила Бога, чтобы их не узнали. С поддельными документами, что не выдержат более тщательной проверки, они рисковали отправиться прямиком в тюрьму.

— Ваши документы? — Настя чуть не подпрыгнула от неожиданно выросшего перед ней полицейского.

— Вот, — пытаясь сдержать дрожь, протянула она паспорта.

— Ниара Друганина? — полицейский пристально смотрел на пассажирку, сличая фото в паспорте с оригиналом.

— Понимаете, — Настя вдруг театрально закатила глаза, — я ему говорила, не надо лезть, куда не следует, мы еще недостаточно подготовлены. Спасибо, что он только сломанным ребром отделался, — скупая слеза скатилась по щеке, оставляя след от тонального крема.

— Да, падение — не редкость. Сожалею, — полицейский вернул документы.

Настя мило улыбнулась, насколько могла позволить себе в такой ситуации, и только потом выдохнула. Казалось, что во время разговора, она забыла, как дышать.

— Ма-акс, — попыталась она растормошить молодого человека, — объявили посадку. Мы должны сесть в этот самолет.

Ответом послужил тихий стон, Настя даже легким касанием причиняла острую боль.

Понимая, что ситуация на грани провала, Настя решилась сделать укол прямо посреди зала ожидания. Она осторожно достала шприц, прикрыв его шарфом, потом потянулась к мужчине, закрыв его своим телом, и воткнула шприц в плечо. Со стороны казалось, что девушка что-то шепчет на ухо молодому человеку, ласково пытаясь его разбудить. Настя и на самом деле говорила с Максом, умоляя его очнуться. Укол начал действовать минут через пять. Настя уже хлопала по щекам молодого человека, приводя его в чувство.

— Максик, умоляю, очнись! — чуть ли не со слезами просила Настя, — пожалуйста, Максимушка!

— Настя? — ответил, наконец, мужчина, — что случилось?

— Посадка! Вставай, мы должны успеть!

Кривясь от постепенно затухающей боли, молодой человек встал. Пошатнулся. Настя с трудом удалось удержать его. Она вновь подставила свое плечо, парочка направилась к терминалу.

В самолете Максим снова погрузился в сонное состояние, граничащее с обмороком. Надежда оставалась лишь на то, что за время полета, он мог больше времени находиться в покое, чтобы набраться сил для прохождения российского паспортного контроля. Но все оказалось непросто. Максим спустился с самолета на землю, потом потерял сознание. Его отнесли в здание аэропорта, минуя контроль. Однако поместили в специальное помещение, где его должен был осмотреть врач.

Настя еле держалась, стоило доктору увидеть рану от пули, их сразу арестуют. Тогда выясниться, что документы поддельные, а они — в розыске! Это катастрофа! Уж лучше было попасть в швейцарскую тюрьму, чем в российскую. Тут их наверняка убьют! Надо что-то делать! Но что можно предпринять, когда тебя окружает с десяток полицейских?

Пассажиров поместили в комнату отдыха. Через некоторое время пришел врач.

— Добрый день! Что случилось? — сказал он на одном дыхании.

— Мой муж, — Настя сглотнула, — он сломал ребро. Мы отдыхали в Швейцарии, на одном из горнолыжных курортов. Он плохо перенес полет, потерял сознание.

— Понятно! — врач деловито потер руки, — нужно осмотреть больного!

— Зачем? Может, просто вколете ему что-нибудь обезболивающее? Нам бы до дома добраться, ему постельный режим нужен.

— Это необходимо сделать, — врач сел около лежащего на койке Макса и приподнял его свитер. Сняв пластырь, он внимательно осмотрел рану.

— И это вы называете сломанным ребром? — доктор выразительно посмотрел на девушку. — Все от вас, женщин. Повезло ему, ревнивцу, ладно, я ничего не видел, это ваши личные дела. — c умным видом человека, разгадавшего чужую тайну, доктор порылся в своем чемоданчике и, набрав в шприц лекарство, сделал укол. Затем обработал рану и наложил повязку.

— Думаю, стоит показаться врачу еще раз, перевязку делать раз в день и вот эти уколы, — он написал названия препаратов на бланке, — три раза в день. И конечно, обязательный постельный режим. Он потерял слишком много крови, желательно сделать переливание, хотя бы одноразовое.

— Я? — Настя опешила от такого поворота. — Да! Конечно, сделаю все, что необходимо.

— У входа ждет машина скорой помощи, поторопитесь оформить документы, и мы отвезем вас в больницу. Лучше провести дополнительное обследование. — Тут в дверях появился Нижменко.

— Ты? — Настя еще не успела удивиться, а друг Максима уже подошел вплотную и шепнул:

«Доктор согласился одолжить нам автомобиль скорой помощи». Настя обернулась, кулак доктора побелел от сильного сдавливания. Видимо только Нижменко мог раскрыть тайну того, что он сунул доктору в руку.

Эскулап собрал свой чемоданчик и вышел.

Спустя час, Настя и Максим покинули аэропорт Домодедово. Скорая, с включенной мигалкой, неслась по средней полосе, а следом мчался Нижменко на своем новеньком порше.

Глава 8. Подстроенная авария. Встреча Насти с матерью

Дорога казалось бесконечной. Настя смотрела, как проносятся за окном города, деревеньки, поля, островки леса, просеки. Чувство тревоги неосознанно заставляло собраться, быть наготове. Хотя она и Максим находились под охраной преданных людей, все равно, возвращение домой пугало. Как там тетя, Марианка? Впервые за долгое время появилась возможность встретиться с ними, сказать, как они обе дороги. Но как смотреть в глаза? Из тихой портнихи превратиться в матерую преступницу? Настя одновременно и хотела встречи с близкими, и до ужаса боялась этого. Что, если они не примут ее? Да, у нее был Макс. За долгое время он стал ее опорой и поддержкой. Была еще Сильвия, к которой Настя испытывала нежную любовь, но та осталась далеко, в другой жизни. Она приняла ее такой, какой тa стала. Что сказать семье при встрече? Просто, привет? Знаете, а я пристрелила нескольких бандитов, жила за границей по чужим документам, возможно, мной заинтересовался Интерпол! Представляю, как округляться Марианины глаза. Любительница боевиков и ужастиков, она и не представляет, насколько опасна реальная жизнь!

От мыслей оторвал Макс. Под действием лекарств, он спал почти все время, лишь изредка приходил в себя, тихо постанывал от боли. Ему бы в клинике долечиться, чтобы рана затянулась, как следует, восстановиться. А эта вынужденная поездка отнимает последние силы. Настя стукнула в окошко шофера скорой, на которой они ехали. Нижменко, чудесным образом возникший в аэропорту, договорился, что скорая довезет их до границы с Украиной. Врачу отвалили немалую сумму за сопровождение и молчание. Ну, да это мелочи. Машина затормозила, вместе со скорой остановились и два джипа.

— В чем дело? — заглянул в салон Роман, новый начальник охраны, присланной Альбертом.

— Он очнулся, нужен еще укол, — пояснила Настя.

Доктор уже переместился с переднего места автомобиля внутрь, к больному и проверял показатели приборов, какими скорая была напичкана до отказа.

— Все в норме, — приободрил врач спутников, — давление слегка понизилось, но терпимо. Сейчас сделаю еще один укол, осталась какая-то сотня километров.

— Да, быстрее бы уж, — Настя оставила больного наедине с доктором и вышла на воздух размять ноги. Охранник стоял рядом, курил, остальные ребята находились у своих машин.