Свадебный камень
Шрифт:
— Мегги, ты что, в первый раз слышишь, как я говорю это?
Ро не мог больше сдерживаться. Он затрясся от смеха, приступ, которого ему не удалось подавить при всем желании.
— Ро смеется! — объявил Джесси. — Смотри, Ро смеется!
Он действительно хохотал — громко, от всей души. Отсмеявшись, Ро попытался найти слова в защиту своего друга:
— Просто мы двое должны следить за тем, что говорим в присутствии Джесси. Он как будто специально повторяет то, что мы меньше всего хотели бы услышать еще раз!
Мегги робко улыбнулась. На мгновение между ними возникло чувство теплоты и дружеского участия. Это случилось впервые со дня встречи Ро и девушки.
— Если восток — твой дом, — продолжал Джесси, — то я уверен, что полюбил бы его. Мне нравится все, что нравится моему другу.
— Может, когда-нибудь ты побываешь там, — сказал Ро.
Покачав головой, Джесси выразил полнейшее несогласие.
— Нет, я никогда не смогу этого сделать, — сказал он. — Я чувствую себя в безопасности только здесь, где люди знают меня. И никогда не смогу странствовать по каким-то чужим местам.
— Но это не чужое место, — сказал Ро. — Это — мой дом! И если я буду рядом с тобой, ты не почувствуешь себя одиноким.
Джесси широко улыбнулся.
— Ты хороший друг, Ро! Но пока я жив, вряд ли мне доведется отправиться в путешествие. А потом… Разве что на небеса…
Ро открыл было рот, желая уверить Джесси, что он вовсе не привязан к этим горам навечно, что волен посмотреть любые места, какие только захочет. Но вспомнил неправильно вспаханное кукурузное поле. Здесь, в горах, в окружении семьи, Джесси стараниями отца и сестры огражден от бед и зла.
Соблазнять его путешествовать в дальние страны было неразумно и, возможно, даже опасно. К счастью, Мегги сменила тему разговора.
— Так расскажи нам, на что он похож, — сказала она. — Расскажи об этом штате у залива.
Ро повернулся к Мегги и увидел, что она и Джесси с любопытством смотрят на него. Он надолго задумался. Оказывается, он почти ничего не знал о Массачусетсе. Он знал лишь Кембридж. А Кембридж… Кембридж — университетский городок. Больше всего он знал и охотно рассказал бы об университете, библиотеке, домах, где жили родные и друзья, о парках, в которых он изредка бродил, о магазинах, где тратил деньги. Родиной для него было только то место, где он жил, где жили люди, которых он знал, и он вряд ли задумывался раньше о том, что есть его дом и где его границы.
— Ну, — начал Ро, — он большой. И там множество народа.
Лица Мегги и Джесси не утратили при этих словах спокойно-бесстрастного выражения.
— Я хочу сказать, что он очень большой, и огромное количество людей живет там. Он такой большой, что невозможно добраться пешком из одного конца города в другой. Там есть трамваи, которые днем и ночью ездят по рельсам и перевозят людей из одной части города в другую.
— А зачем они едут в другой конец города? — спросил Джесси.
Ро пожал плечами.
— В гости к друзьям, или на работу, или, возможно, просто посмотреть, что там — в другой части города… — Джесси кивнул.
— Однажды я тоже так сделал. Я спустился с горы до самого Города у Сливовых. Деревьев просто для того, чтобы посмотреть, что там, внизу.
Мегги казалась удивленной:
— Ну, и что там?
— Ничего интересного, — ответил Джесси.
— А в Кембридже много такого, что стоило бы посмотреть, — продолжал Ро. — Там стоят дома, большие, как церкви. И церкви, где играет орган размером с вашу хижину.
Джесси и Мегги весело рассмеялись.
— Правда? — спросил Джесси. Ро кивнул:
— Я сам видел.
Джесси недоверчиво покачал головой.
— Держу пари, такой большой орган будет слышно по всей горе.
— Там нет гор, — сказал Ро.
— Нет гор?!
Ро покачал головой.
— Есть пара небольших холмов, несколько возвышенностей, но ни одной настоящей горы, такой, как здесь.
Джесси серьезно кивнул. На лице Мегги появилось озабоченное выражение.
— Должно быть, там довольно плоско и уныло, раз совсем нет гор… — Ро кивнул:
— Да, полагаю, что так. Хотя там есть река недалеко от Бостона, и порт, выходящий в Атлантический океан. Океан больше всех рек в мире.
— Я слышала, что река Миссисипи шириной в целую милю, — сказала Мегги.
— Это правда, в некоторых местах ширина ее достигает мили, — ответил Ро.
— А сколько это — миля? — спросил Джесси сестру. Мегги надолго задумалась.
— Примерно отсюда до водопада Сумак по хорошей тропе.
Джесси присвистнул от удивления.
— Такая широкая вода? Но это просто невозможно!
А этот океан, он еще шире?
— Намного шире, — Ро кивнул. — Трудно представить себе, если никогда не видел. Но это так и есть. Воцарилась тишина, пока все трое обдумывали чудо больших рек.
— Там ловят много рыбы? — спросил Джесси.
Ро пожал плечами:
— Наверное, люди ловят много…
— А ты нет? — поинтересовалась Мегги.
— Я никогда не рыбачил.
— Ты никогда не рыбачил? — Джесси был явно потрясен услышанным.
— Нет, не могу сказать, что когда-нибудь ловил рыбу.
Широкая радостная улыбка осветила лицо Джесси.
— Я много раз ходил на рыбалку, и сейчас хожу почти каждую неделю, до тех пор, пока ручей не замерзнет. Я возьму тебя на рыбалку завтра же!
— Нет, не завтра, — поспешно поправила его Мегги.
— Но Мегги, он никогда…
— Нет, никуда вы не пойдете! Если он никогда в жизни не рыбачил, то еще пара дней ничего не изменит. Завтра же вам надо перепахать кукурузное поле. И если вы не управитесь, папа не разрешит нам пойти на Литературный!
Джесси мрачно кивнул:
— А ты, конечно, будешь чувствовать себя обделенной, если тебе не удастся пойти и посплетничать на Литературном!
— Это не имеет ничего общего со сплетнями, — настаивала Мегги, — это просто общение с друзьями. И Ро надо появиться на Литературном. Папа говорит, что это нужно для его работы.
— Это не работа, Мегги! — ответил Джесси. — Это — исследовательская деятельность. Что означает собирание местных песен.
Ро рассмеялся.
— Именно этим я и намерен заняться, — сказал он. — И ты прав, какая же это работа? А что касается работы, меня она не очень-то привлекает…