Чтение онлайн

Но несладко пришлось и жителям Новой Швабии, и личному составу легиона Атлантида, оставшемуся без командира. Инквизиция Шумера открыла тотальное дознание. Взбешенный действиями Гиммлера и Бормана и последовавшим за ними кровавым предательством легионера Юргена Тапперта Лорд-Инквизитор Тархем Хан вознамерился выявить и покарать всех возможных сообщников поверженных врагов. И если губернатору Прину удалось отстоять право на личное участие в комиссии по расследованию в отношении тех, кто служил в Новой Швабии и на южноамериканской базе Валькирия, то в отношении офицеров и солдат легиона Атлантида, как принявших присягу на верность Великому Шумеру, Инквизиция полностью взяла дело в свои руки. Подробностей расследования Леманн не знал. Сообщил лишь, что в заговоре против Шумера подозревалась почти сотня офицеров СС. Хан настаивал на их скорейшей казни. Но сорок человек смогли избежать смерти благодаря Прину, который доказал, что они были введены в заблуждение относительно целей и задач, преследуемых зачинщиками, а самое главное — не предполагали, что могут нанести ущерб интересам Великого Шумера. Доказательств причастности легионеров Инквизиция не выявила, но два солдата, не выдержав методов работы дознавателей-инквизиторов, покончили жизнь самоубийством. Реабилитированный легион приступил к новому боевому дежурству, но уже под началом Отто Рана, присягнувшего Шумеру, чтобы разделить судьбу близкого его сердцу подразделения. Вскоре после этого шумеряне разместили батальон Берлин под руководством Рихарда Фогеля на бывшей даргонской базе на Луне, а на Отто Рана, решившего лично возглавить батальон Мюнхен, оставшийся без Вернера Хенке, возложили охрану Нового Берлина и в первую очередь подземного города Осириса.

В 1947 году американские военные отправили в Антарктиду хорошо оснащенную экспедицию с твердым намерением отыскать и уничтожить немецкую цитадель. Легионеры под командованием Отто Рана изрядно их потрепали недалеко от Земли королевы Мод и заставили убраться восвояси. После этого Совет Новой Швабии во главе с Гюнтером Прином решил заморозить базу, почти полностью исчерпавшую все ресурсы и истомившую людей, годами живущих подо льдом, отсутствием солнца и изоляцией от остального мира. К тому же незадолго до этого Второй Лорд-Инквизитор запретил все исследования в подземном городе и запечатал Пирамиду.

Вот тогда-то Совет и разработал программу ассимиляции жителей Антарктиды в новом послевоенном мире планеты. Прин разбивал людей на группы и, снабдив новыми документами, банковскими счетами, связью и руководителями из числа опытных офицеров, направлял в разные страны. Задача ставилась простая — осесть, организовав прибыльное дело или заняв чиновничье кресло, наладить обычную жизнь. Постоянная связь и взаимодействие довольно быстро соткали из тайных переселенцев, ни на минуту не забывавших о своем истинном гражданстве, настоящую всемирную паутину, в центре которой встал Совет и контролирующие его деятельность наблюдатели Шумера. Но почти тысяча граждан Новой Швабии выразила желание отправиться к затерявшейся среди звезд немецкой колонии. С личного разрешения Геру в начале 1949 года Молох и Меч Шумера с будущими колонистами в качестве членов экипажей и пассажиров, покинули Землю, чтобы в том же году успешно достигнуть нового форпоста на границе Великой Шумерской Империи.

Большего мы узнать не успели. Внизу показалась посадочная площадка на крыше одного из высотных зданий Дели и вертолет начал снижение. Через минуту винтокрылая туша его замерла и, сменив камуфляжную куртку на хорошо подогнанный пиджак, Леманн, пригласил нас спуститься вниз, в апартаменты фешенебельного отеля.

— Отель тоже принадлежит Аненербе — спросил, заходя в лифт, Хенке.

— Да, и этот тоже, — немного натянуто улыбнулся Леманн, скользнув взглядом в мою сторону. Он, несомненно, понимал, что при мне и Магдалене лучше говорить только правду. — Нам принадлежит весьма обширная собственность по всему миру. Кстати, названия Аненербе, СС и тому подобные мы не упоминаем. Мировым сообществом эти организации признаны преступными. Мы говорим Компания и наши сотрудники.

Лифт мягко остановился, и мы оказались в широком коридоре с многочисленными картинами с индийскими пейзажами на стенах.

— Весь этаж в вашем распоряжении. Выбирайте любые номера и располагайтесь как дома. Персонал готов выполнить любые пожелания. Как только будете готовы, прошу вас сообщить мне, и я организую сеанс видеосвязи с советником Прином. Он сейчас находится на марсианской базе шумерян.

— А может, не стоит откладывать Мы готовы увидится с ним прямо сейчас, — подняла бровь Магдалена.

— Конечно, госпожа Рейт. Прошу следовать за мной.

Скинув куртки, мы расселись в мягких кожаных креслах роскошных президентских апартаментов делийского отеля. Леманн предложил выпить. Магдалена отказалась, а мы с Хенке согласились на виски. Подавая стаканы с напитком, Леманн поглядывал на молохи, плотно сидящие в наших набедренных кобурах.

— Вы правы, Конрад. Немного вызывающе. На прогулку по городу мы брать их не будем, — усмехнулся я.

— Где связь, господин Леманн — строго спросила Магдалена.

Леманн ответить не успел. Напротив нас возникла голографическое изображение человека, сидящего за столом.

— Приветствую вас, друзья. Я нисколько не сомневался, что мы с вами увидимся, — улыбнулся человек за столом. Прину должно было быть уже за восемьдесят, но выглядел он не намного старше, чем в далеком сорок шестом. Лишь волосы на голове и широкие брови стали почти белыми, да вокруг глаз залегли лучики морщин. Осталась прежней улыбка. Эта была все та же широкая и доброжелательная улыбка Гюнтера Прина — лихого и бесстрашного подводника Кригсмарине. И только линзы в глазах, блеснувшие холодным огоньком, портили впечатление.

— Какая жалость, что сейчас я не могу вас всех обнять. Куда же вы пропали на столько лет — продолжал Гюнтер.

— Нас занесло в искусственную пространственно-временную червоточину, образовавшуюся в результате известного тебе эксперимента даргонов. Оказались, черт знает, в каком мире и с полчаса любовались гибелью их дьявольской машины, а затем попали под удар цунами и не успели оглянуться, как самым непостижимым образом вернулись на Землю, в предгорья Гималаев. Вот только здесь, оказывается, уже пролетело шестьдесят с лишним лет. Поэтому рассказывать больше придется тебе, Гюнтер, а не нам.

— Ох, сомневаюсь я, Эрик, что все у вас прошло так просто и гладко. Ладно, через пару дней мы сможем встретиться, и тогда расскажете подробности.

— Пару дней — пригубил я виски.

— Шумерский сектор-командор Флота Кальд Рунгард, который за нами надзирает, завтра возвращается на марсианскую базу с имперской базы на Тартанге близ Дамгаля, где находится ближайший разрешенный к эксплуатации межзвездный портал. На Земле, как ты помнишь, Дамгаль называют Глизе, а вращающийся вокруг этой звезды Тартанг носит имя Глизе-581с. Так вот, Рунгард туда раз в четыре года мотается, чтобы лично, лицом к лицу, доложить сектор-инспектору и Второму Лорду-Инквизитору о положении дел в Солнечной системе. По заведенному правилу я должен встретить сектор-командора сразу же по возвращении сюда, на Марс, для обсуждения результатов его поездки. Кстати, обязан буду сразу же доложить и о вашем появлении. Не сомневаюсь, что наш шумерский куратор захочет с вами встретиться, но сам на Землю не полетит. Пригласит на марсианскую или лунную базу. Поэтому не теряйте времени, наслаждайтесь возможностью провести несколько дней на Земле.

— Ты, я смотрю, не очень-то постарел, Гюнтер, — заметил я.

— Спасибо Великому Шумеру — плотно держит нас на своей медицине, — в голосе Прина я уловил саркастическую нотку. — Но, по сравнению с тобой, Эрик, я уже старик.

— Оставьте нас, господин Леманн, — вдруг произнесла все это время молчавшая Магдалена.

Леманн посмотрел на Прина. Голограмма кивнула, и Конрад с равнодушным видом покинул номер.

— Магдалена, ты, как всегда, безупречно красива, — Гюнтер попытался снова улыбнуться.

— Что происходит, Гюнтер Мало того, что ты спрятался за голограммой, но у тебя в глазах линзы и голос фильтруется. Ты боишься нас или что-то иное — прервала его девушка.

Улыбка Гюнтера погасла, лицо сделалось каменным. Несколько долгих мгновений он молчал, а затем негромко произнес

— А вы не можете допустить, что у меня есть все основания для этого Я вывел людей из снежных нор и предоставил им нормальную — обеспеченную и имеющую конкретные цели и задачи жизнь. Я создал еще более мощную и влиятельную Новую Швабию — простирающуюся, хоть и скрытно, но на всех континентах этой планеты. Я урегулировал отношения с Шумером, Даргоном, американцами. И все это без крови и потрясений.