Чтение онлайн

Мэдди с отвращением уставилась на пистолет.

– Зачем мне это нужно? Единственный, кто может к нам пожаловать, это ваша бывшая домовладелица… если вы не воспользуетесь ее любезным приглашением. Или вы хотите, чтобы я застрелила вашу “старую приятельницу”?

Мэдди отвернулась, но Тристан успел заметить, сколь соблазнительной была для нее эта идея. Зеленоглазое чудовище ревности прежде не посещало ее, но сейчас одна мысль о том, что твердые губы Тристана будут прижиматься к губам этой парижской Иезавели, сводила Мадлен с ума.

– Минни не придет в мою комнату. Это не в ее манере. А поскольку я не намерен вставать с постели после того, как улягусь, вы можете спать совершенно спокойно… но благоразумнее все же принять меры предосторожности.

Наклонившись, Тристан достал нож из-за правого голенища и положил его к себе на подушку.

– Спокойной ночи, Мэдди. Помните: нам надо подняться с рассветом.

И с этими словами Тристан сбросил с ног сапоги, не раздеваясь, забрался под одеяло и мгновенно провалился в сон.

Мэдди прошла в свою спальню, сняла пыльные штаны и рубаху и с наслаждением избавила от сапог ноющие ноги. Оставшись в одной сорочке, она плеснула на руки и лицо воды из умывального тазика и забралась в постель. Но, несмотря на усталость, сон не шел к ней. Матрас оказался неудобный, сбитый комками, а в уме Мадлен непрестанно вертелись события последнего дня и последних двух недель.

Главным образом, она, конечно, была изрядно шокирована “старой приятельницей” Тристана. Она никогда еще не встречалась с женщинами такого рода. Конечно, ей было известно, что большинство аристократов, посещавших дом ее деда, содержали любовниц, но все это хранилось в глубокой тайне.

Мэдди огорченно прикусила нижнюю губу. Когда Тристан посватается к ней, она даст ему понять, что после свадьбы не потерпит подобных связей. Впрочем, возможно, Тристан и сам решил исправиться: ведь, несмотря на соблазнительное приглашение Минни, он не выказал намерения нанести ей ночной видит.

Мэдди даже представить себе не могла, как мужчина в здравом уме может находить подобную вульгарность привлекательной. Впрочем, поразмыслив, она пришла к выводу, что это может восприниматься как приятное разнообразие. Но ведь должна же где-то быть золотая середина между грубой сексуальностью Минни и холодным равнодушием, которое выказывали к своим мужьям едва ли не все лионские аристократки!

Прошел целый час, а Мэдди все еще раздумывала над этим мучительным вопросом: каким образом, оставаясь настоящей леди, можно уберечь своего супруга от цепких объятий дам полусвета? И тут внезапно она услышала, как дверь в комнату Тристана открывается, и кто-то украдкой движется к его кровати.

Мэдди заскрежетала зубами. Выходит, Тристан заблуждался. Минни оказалась совсем не прочь нанести ему визит, когда поняла, что сам он к ней не явится. Мэдди прислушалась, затаив дыхание. Шаги замерли. На мгновение воцарилась тишина, а затем раздался хриплый вскрик Тристана и чье-то сдавленное ругательство. Второй голос явно принадлежал не хозяйке дома… и вообще не женщине.

Мэдди вскочила с постели, схватила пистолет, взвела курок и бросилась к двери в спальню Тристана. В свете свечи она разглядела высокого темноволосого мужчину в черном вязаном жакете и черных панталонах, плотно обтягивавших его ноги словно вторая кожа.

Неизвестный гость боролся с Тристаном на кровати. Противник Тристана навалился на него и занес руку. Сердце Мэдди бешено заколотилось: незнакомец сжимал в толстых пальцах смертоносный кинжал.

– Стойте! – закричала Мэдди, двумя руками поднимая пистолет. – Бросьте нож, или я выстрелю!

Убийца медленно опустил руку и оглянулся через плечо, впившись в Мэдди маленькими, глубоко посаженными черными глазками. У девушки пробежал холодок по спине. Она лихорадочно стиснула пистолет, руки ее дрожали, как листья на ветру. Злобные глазки убийцы остановились на трясущемся пистолете, он выругался и снова занес нож.

– Бога ради, Мэдди, застрелите этого ублюдка! – сдавленно прохрипел Тристан из-под прижавшей его к полу массивной туши.

Мэдди зажмурилась и нажала на спусковой крючок. В ноздри ей ударил едкий запах дыма. Раздался грохот, треск и приглушенный стон. Мэдди открыла глаза и увидела, что Тристан уже выбрался из-под обмякшего тела незадачливого убийцы и поднимается на ноги. Его лицо и волосы были присыпаны каким-то белым порошком, что придавало ему сходство с призраком.

– Хороший выстрел! Вы спасли мне жизнь, – спокойно сообщил он, отряхивая белую пыль со своей сутаны и вынимая пистолет из негнущихся пальцев Мэдди.

Мэдди прижала руку к губам, чувствуя, как к горлу подступает тошнота.

– О, Боже мой! Он… Я…

– Ничего подобного. Но вы все равно отлично поработали. Если вы откроете глаза, то увидите, что ваша пуля попала в потолок, одна из плиток откололась и свалилась на голову этого мерзавца как раз в тот момент, когда он собирался воткнуть в меня нож.

Тристан провел пальцами по волосам, и с них хлопьями посыпалась штукатурка. Губы его растянулись в улыбке.

– Удары по голове отлично вам удаются, Мэдди. Похоже, это ваша специальность. Вы оставляете за собой по всей Франции длинный след из проломленных черепов.

Незваный гость на кровати застонал, и Тристан поспешно стукнул его по затылку рукоятью пистолета.

– Я узнал этого негодяя, – сообщил он, засовывая пистолет в карман сутаны. – Это один из наемных убийц Фуше, и во всем Париже не сыскать другого мерзавца, который заслужил бы головную боль больше, чем он. Вообще-то, я оказал бы Франции хорошую услугу, если бы прикончил его прямо здесь сию секунду.

Мэдди ахнула.

– Но из почтения к вашим нежным чувствам я обуздаю свои природные инстинкты и всего лишь сделаю так, чтобы он не помешал нам спокойно убраться из Парижа. – Разрезав простыню на полоски своим ножом, Тристан тщательно связал своего противника по рукам и ногам.

– Прежде чем мы отправимся в Кале, я должен обменяться парой слов с Минни, – угрюмо добавил он. – Она наверняка приложила руку к этому грязному делу: когда мы ехали по Парижу, за нами никто не следил.

– Но ведь вы считали ее своей подругой! Зачем она это сделала?

– Именно это я и хочу выяснить. – Тристан засунул нож за голенище и направился к двери. – Держите дверь на замке, пока я не вернусь. Обычно жильцы этого дома не суются в чужие дела, но выстрел они наверняка услышали. Если они увидят, что я вышел из комнаты, то могут проявить неуместное любопытство. – Остановившись на пороге, он добавил: – Тем временем я советую вам надеть рубаху и штаны. Если кто-нибудь увидит вас в таком виде, вам будет непросто убедить его, что вы – юноша.

Мэдди проследила за направлением его взгляда и, к своему ужасу, обнаружила, что стоит перед ним всего-навсего в одной тоненькой сорочке. Залившись краской смущения, она бросилась в свою комнату и с грохотом захлопнула за собой дверь.