Чтение онлайн

Столь нелепое положение вещей в западном мире приводит к тому, что можно стать доктором наук и при этом не узнать, а то и просто не услышать о серьезных научных исследованиях психических или мистических явлений.

В данном случае под исследованиями я имею в виду нечто большее, чем то, что подается на коммерческом телевидении в передачах об охотниках за привидениями или другого рода развлекательных программах о паранормальном. То, что вы видите в так называемых реалити-шоу, – это постановочное представление, созданное с единственной целью – захватить и удержать ваше внимание. Настоящая охота за привидениями невозможна без многочасового ожидания в неприветливых местах с дурной репутацией. И в тех редких случаях, когда вам доведется столкнуться с чем-то необычным, будь то смутный силуэт в темноте или странный звук, у вас не будет никакой уверенности в том, было это проявлением потустороннего мира или же чем-то вполне земным, а может, просто шуткой вашего воображения.

Говоря «исследования», я имею в виду лабораторные исследования с применением самых надежных научных методов и с публикацией результатов в серьезных научных журналах. О таких исследованиях широкой публике известно немного. Вместо этого вы усваиваете, начиная со школы, что механистический материализм – превалирующая научная догма – достаточен для объяснения всего, происходящего в мире. И это же мнение выражено в большинстве учебников технических вузов, прямо или косвенно.

Эта догма принимается просто потому, что в большинстве случаев она и вправду работает. Она позволила нам серьезно продвинуться по пути познания. Она позволила нам подняться от темных веков к Луне и даже дальше. Но она также ограничивает наше познание рамками, казалось бы, исключающими возможность изучения сиддхи. Я написал «казалось бы», потому что на самом деле это не совсем верно в отношении современного понимания физического мира (как мы увидим).

Реалистично рассуждая, найти таких людей, которые могли бы устойчиво демонстрировать сверхнормальные способности по требованию в строгих лабораторных условиях, представляет собой непростую задачу. Я верю, что такие люди должны существовать, но наиболее одаренные из них избегают публичного внимания, и не без причины. Когда некая личность возводится в ранг суперзвезды и начинает появляться на публике, средства массовой информации незамедлительно превращают такие события в банальный балаган, и тогда отделить правду от вымысла не представляется возможным. Даже тысячелетия назад, когда не было круглосуточных новостных и развлекательных телепрограмм, мудрецы древности знали, как их таланты могут опошлиться в глазах алчной до зрелищ толпы, видящей в сиддхи всего лишь забаву. Это мы тоже обсудим, но не сейчас.

Этот зазор между личной верой и общественной позицией подкрепляет мощный стереотип о том, что научный интерес к сверхнормальному должен и дальше пребывать в подполье. Такое табу поддерживают добровольные блюстители неписаного правила, согласно которому некоторые темы просто не должны обсуждаться в приличном обществе, по крайней мере, не в серьезном тоне. Примером такой позиции на телевидении можно считать программу под названием «Брехня!» (англ. «Bullshit»), выходившую на кабельном канале «Время зрелищ» с 2003 по 2010 г. В этой программе двое ведущих, профессиональных иллюзионистов, в грубой форме развенчивали всевозможные небылицы. К таким небылицам были приписаны и экстрасенсорные возможности. Провокационное название программы ее создатели объясняли тем, что:

И пусть даже какие-то объекты внимания этой программы заслуживали такого отношения, никакой ученый не захочет подвергать себя риску публичного осмеяния или необходимости обращаться в суд для привлечения обидчиков к ответственности за клевету.

Боязнь такого клейма проявляется и в статистике, раскрывающей поразительную силу этого табу. Опросы общественного мнения регулярно подтверждают, что большинство населения земли очаровано психическими феноменами, однако менее 1 % официально зарегистрированных университетов мира имеют хотя бы одного преподавателя, известного своим научным интересом к подобным явлениям [144] .

Так в чем же суть проблемы? Миллионы людей заворожены сверхнормальным. Но эту тему упорно игнорируют 99 % вузов всего мира. Индустрия развлечений усердно потчует публику всевозможными программами о сверхъестественном [145] , так что мы вполне могли бы ожидать, что какие-то из университетов разделят этот интерес. Ведь, в конце концов, университеты всегда стараются привлечь к себе новых студентов, и именно поэтому стало возможным защитить докторскую диссертацию по теме «Семиотика в сериале „Звездный путь“» или «Герменевтика архетипов в сериале „Баффи – истребительница вампиров“». И, хотя научные работы по «Звездному пути» или «Баффи» могут показаться непозволительной вольностью для серьезных ученых, они предполагают значительные перспективы.

Как отмечает религиовед Университета Райса Джеффри Крайпал в книге «Мутанты и мистики: научная фантастика, комиксы о супергероях и паранормальные явления», наше понимание возможного и невозможного куда более стеснено и ограничено, чем нам хотелось бы считать. Впрочем, гуманитарные дисциплины специализируются в умении находить скрытый смысл за внешней стороной простых историй, включая и историю науки, которая покоится на множестве неочевидных допущений. Проливая свет на эти допущения, мы видим, как монолит научного здания начинает распадаться, что подводит нас к удивительному осознанию. Как пишет Крайпал, путем «тонкого, часто незаметного влияния через язык, культуру и религию создаются человеческие существа – ибо им дается описание» [146] .

Мы еще вернемся к этой концепции, имеющей отношение к нашей теме взаимосвязи науки и сиддхи, в последней главе этой книги.

И все же, невзирая на книги Крайпала, неизменным остается тот факт, что в ортодоксальных академических кругах недопустимо даже высказывать возможность реальности сиддхи или каких-либо паранормальных способностей. Исключений из этого правила очень немного. Дело еще и в том, что сверхнормальные способности постоянно смешиваются с верой в сверхъестественное, поэтому совсем не удивительно, что типичный западный ученый не верит в сверхъестественное. Его возмущает сама идея того, что кто-то когда-то мог в это верить.

Здесь имеет место и культурное предубеждение, что становится очевидным, если мы посмотрим, как необычные ментальные переживания воспринимаются за пределами западного мира. В Индии такой диагноз как расщепление личности ставится лишь мизерной части пациентов психиатрических клиник – 0,015 % [147] . Тогда как в США эта цифра в сотни раз выше и составляет 10 % [148] . Эта разница так велика еще и оттого, что разум западного человека более подвержен разрушению, чем разум человека восточного, из-за сложившихся культурных концепций. Другими словами, типичная личность западного типа представляет собой изолированного, надменного и независимого одиночку, один на один с мертвой вселенной, лишенной смысла и сознания, этакого ковбоя с суровым, обветренным лицом, в глазах которого – пустота.

Социальные психологи выявили, что такое мрачное мировоззрение уменьшает число добрых поступков, проявляющихся в бескорыстном человеческом участии [149] . Напротив, последовательная медитация с переживанием мистического опыта заметно развивает способность сострадания и улучшает физическое и психическое состояние человека [150] .

Британский астрофизик сэр Артур Стэнли Эддингтон однажды написал: «Нас бы шокировал университет, студенты которого то и дело ссылались бы на ньютоновские законы движения, уравнения Максвелла и электромагнитную теорию света». [151] Нобелевский лауреат по физике Брайан Джозефсон добавил к этому: «Сегодня такой же шок вызывает то, что заслуженные ученые категорически утверждают, словно некую догму, невозможность таких явлений, как экстрасенсорное восприятие» [152] . Однако такие высказывания нередки. И нам будет полезно узнать, в чем причина этого, поскольку она хотя бы частично объясняет формирование вышеназванного табу и тот факт, что наука так упорно не желает обращать внимание на сверхнормальное.

В отличие от Востока, где имеется немало учебных курсов философской или религиозной направленности, большинство студентов колледжей на Западе не склонны изучать предметы, в которых встречается слово «сиддхи». При желании можно найти курсы по психологии, затрагивающие изучение неких таинственных верований, относящихся к экстрасенсорным и мистическим явлениям, но, как правило, к ним обращаются в контексте изучения верований древних людей или того, во что могут верить современные люди на грани шизофрении, а не в отношении возможной истинности таких явлений.