Чтение онлайн

Но сегодня этот долгожданный «механизм сознания» остается тайной, не только из-за инженерных сложностей, но и с точки зрения философского знания. Вопрос о том, как субъективный опыт может порождаться неодушевленной материей, остается «серьезной проблемой» философии разума [71] . Все больше ученых склоняется к мнению, что усилия, направленные на обнаружение такого механизма, являются, по сути, категориальной ошибкой, то есть направлены не по адресу.

Категориальная ошибка означает совместное рассмотрение неких явлений, якобы относящихся к одной категории, когда в действительности это не так. Например, вопрос: «Каков квадратный корень из 16» является разумным, поскольку извлечение квадратного корня – это процесс обработки числа, а 16 – это число. Но вопрос: «Каков квадратный корень яблока» будет некорректным, поскольку в нем смешаны различные категории. Аналогично вопрос о том, каковы механизмы нервной системы, порождающие субъективный опыт, может быть категориальной ошибкой, поскольку такой вопрос предполагает, что объективное и субъективное относятся к одной категории. Если же это не так, тогда поиск физических механизмов формирования опыта лишен смысла.

Пока «серьезная философская проблема» продолжает ставить в тупик неврологов, имеет смысл заметить, что были обнаружены неврологические соответствия для некоторых видов мистического и спиритуального опыта [72] . Это позволяет предположить, что сообщения об измененных состояниях сознания не сфабрикованы. Они реальны в том же смысле, в каком наше восприятие реальности связано с работой мозга, и значит, люди, сообщающие о спиритуальном опыте, могут говорить правду. Однако современные технологии не позволяют нам определить, является ли такой опыт специфической галлюцинацией.

С точки зрения психиатрии люди, сообщающие о видениях мистического или религиозного характера, таких как выход за пределы физического мира, могут страдать от мозговой дисфункции под названием сверхрелигиозность [73] , проявляющейся в одержимости религиозными концепциями. Повреждения определенных участков мозга, к примеру теменной коры, способны нарушать ощущение присутствия «здесь» и «сейчас», что, в свою очередь, может вызвать определенные странности поведения, которые, скорее всего, будут восприняты не как свидетельства «реального» мистического опыта, а как симптомы заболевания.

Печально, но такова реальность. Люди с повреждениями теменной коры более склонны верить в чудеса и экстрасенсорное восприятие (ЭСВ), чем люди с неповрежденным мозгом, и они с куда большей вероятностью будут готовы подписаться под нижеследующим:

Означает ли это, что опытные йоги и мастера медитации, на которых равняются энтузиасты трансцендентальных практик, жертвы мозговой травмы [75] ? Не обязательно. Часть работы мозга направлена на обработку информации, но не меньшая часть занимается тем, что препятствует этой обработке. Если бы это было не так, нас бы очень скоро затопили ощущения от всех органов чувств, а это, по оценкам некоторых, в триллионы раз больше, чем мы в состоянии осознать [76] .

Поэтому, если та область мозга, которая отвечает за блокировку органов чувств, в частности за иллюзорность ощущения единства с внешним миром, работает неправильно, – разве не станет такой человек проявлять повышенный интерес к мистицизму? Ведь этот несчастный станет переживать ощущение слияния с миром, поскольку его мозг больше не будет создавать эффекта блокировки. Точно так же, если после 20 лет медитации теменная кора йога начнет снимать определенные блоки восприятия, нет ничего странного в том, что он начинает переживать ощущение единства со Вселенной (согласно древней индуистской поговорке это звучит так: «Атман есть Брахман»).

И пусть пока эти вопросы остаются без ответа, наука не стоит на месте, и взгляды на взаимосвязь мозга и психики изменяются. Это находит отражение в популярных книгах – например, «Тренируй свой разум, измени свой мозг» Шэрон Бегли [77] . Эта парадигма неуклонно развивается, поскольку теперь считается научно оправданным (прежде всего, благодаря далай-ламе) изучение созерцательных практик. Продвигаясь в своих исследованиях на стыке культур, ученые все ближе подходят к тому, что мозг и разум гораздо теснее связаны, чем считалось раньше, да и сам мозг устроен куда более гибко.

Не следует забывать, что еще не так давно сама идея гибкого мозга/ разума считалась абсурдной. Как говорит об этом Бегли: «Еще несколько лет назад неврологи не стали бы даже участвовать в таком разговоре, ведь и учебники, и образовательные курсы, и статьи в научных журналах придерживались тех же взглядов, которые сформировались еще на заре изучения мозга» [78] .

Следующий сдвиг в науке произойдет, когда другие предположения о связи мозга и разума подтвердятся. Вот что говорит об этой перспективе Франсиска Чо, профессор востоковедения и изучения буддизма университета Джорджтауна:

В самом смелом своем выражении эта мысль полностью подтверждает взгляд йоги на природу сверхнормальных сил – сиддхи. Учение йоги, как и большинство других традиций, имеющих многотысячелетнюю историю познания человека, уверенно утверждает, что разум – это нечто много большее, чем просто мозг. С точки зрения этих традиций картина выглядит абсолютно противоположной – работа мозга отражает состояние разума, причем в настолько малой степени, что неврологам сейчас трудно это представить.

Значит ли это, что неврологи начинают менять свои взгляды, в том числе убежденность в невозможности сверхнормальных способностей, сиддхи? Пока еще об этом рано говорить. В научном мире все еще сильны материалистические предрассудки, не позволяющие вести продуктивный диалог с представителями традиционного знания. Вот как описывает Шэрон Бегли беседу между учеными и далай-ламой: