Сверхновая американская фантастика, 1994 № 03
Шрифт:
— Полегче, полегче, — послышался мужской голос.
Она уловила в этом голосе какой-то сухой, пыльный отзвук, похожий на шелест старых книг в библиотеках, когда по ночам они обмениваются друг с другом своими тайнами.
— Пустите меня, пустите! — закричала она.
Не разжимая рук, напавший довел ее до конца моста.
— Взгляните, — сказал он.
Страх так глубоко проник в нее, что сперва она даже не поняла, о чем он говорит. Однако подсознание зафиксировало его слова. Мост, по которому она прошла, чтобы попасть в этот фантастический, призрачный город, оказался без настила. Вместо него между деревянными перилами зияла пустота. Если бы неизвестный не подхватил ее, она непременно упала бы Бог знает с какой высоты.
Как только она перестала сопротивляться, незнакомец ее отпустил. Пошатываясь, она отошла от уже не существующего моста, затем снова остановилась, не зная, куда ей теперь идти и что делать. Повсюду, куда ни глянь, странные накренившиеся здания и мосты.
Это было невероятно. «Все это мне снится», — решила она. Скорее всего, она заснула от усталости.
— Ну как, с вами все в порядке? — поинтересовался ее благодетель.
Она обернулась и взглянула на него. В лунном свете он выглядел вполне безобидно. Одет в выцветшие джинсы и куртку, ковбойские сапожки и белую фланелевую рубашку. Волосы темные и коротко подстрижены. В сгустившихся сумерках ей было не разглядеть черт его лица, только глаза будто вобрали в себя лунный свет, а теперь сами светились вдвое ярче.
Его облик странным образом успокоил ее, и она наконец смогла заговорить.
— Кто вы такой? — выпалила она, — как я сюда попала?
Не успела она задать первый вопрос, как в ее сознании зародились сотни других, и каждый из них просился наружу, требуя ответа. Но стоило вырваться первым двум, против ее воли, на едином дыхании и без пауз между словами, как она прикусила язык, боясь вновь поддаться панике.
Она глубоко вздохнула и проговорила более внятно:
— Спасибо, что вы меня спасли.
— Всегда пожалуйста.
Опять этот сухой, пыльный голос Сам воздух здесь иссушал.
— Кто вы? — повторила она.
— Можете называть меня Джеком.
— А меня зовут Мойра, Мойра Джонс.
Джек слегка кивнул.
— С вами сейчас все в порядке, Мойра Джонс?
— Надеюсь.
— Ладно, тогда…
— Постойте! — воскликнула она, догадавшись, что он собирается с ней распрощаться. — Что это за место? Почему вы меня сюда привели?
Он покачал головой.
— Это не я. В Город мостов людей приводит судьба. Так что вы сами сюда пришли.
— Но.
— Я понимаю. Тут, конечно, все странно и непривычно для вас, непонятно, куда кинуться и кому довериться.
Она уловила в его сухом голосе несмешливые нотки.
— Наверно, так…
Он молча разглядывал ее.
— Я вас не знаю, — произнес он наконец. — Не знаю, почему вы здесь очутились или откуда пришли. Я даже не знаю, удастся ли вам отыскать обратную дорогу.
Хотя ее положение было парадоксальным, нелепым, Мойра обнаружила, что в глубине души готова смириться с ним. Как будто она видела сон, где все невероятные события развиваются своим чередом. При всем том сном происходящее не было, к тому же этот странный Джек пытался от нее поскорее отделаться.
— Послушайте, — начала она, — я успела оценить вашу помощь, но больше обо мне не беспокойтесь. Я как-нибудь одна справлюсь.
— Насколько мне известно, — проговорил он, будто ее не расслышав, — этот город — место для тех, кому на земле нет пристанища.
— Что вы имеете в виду? Отсюда не выбраться?
Действительно, такая жизнь, как у нее, и должна была завести сюда.
— Это забытый край.
— Забытый кем?
— Миром, в котором он существует, — пояснил Джек.
— Но как можно забыть о таком странном месте? — удивилась она.
Мойра еще раз осмотрелась и попыталась вновь сосчитать мосты. Они были везде — любых размеров, форм и видов. Но, странное дело, они не соединялись, не пересекались между собой: маленький японский мостик вовсе не терялся возле магистральной эстакады, хотя сами по себе их пропорции оставались точными. Кругом канатные, деревянные и старые каменные мосты, похожие на мост Келли-стрит через Кикаху в Ирландском квартале Ньюфорда. Удастся ли ей еще когда вернуться в Ньюфорд?
— Людям свойственно забывать свои мечты, — откликнулся Джек. Он дотронулся до ее локтя и отнял руку, прежде чем она успела отодвинуться.
— Ну что же, пойдем вместе, если хотите. У меня назначена встреча, но, думаю, я успею вам кое-что показать по дороге.
Помедлив, Мойра двинулась за ним. Они пошли по металлическому мосту, гулко звеневшему под их шагами. Мосты — дороги этого города.
— А вы здесь живете? — полюбопытствовала она.
Джек покачал головой.
— Но я здесь постоянно бываю. Я имею дело с возможными вариантами, а мосты, в сущности, именно таковы. Не те, конечно, что стоят на земле и соединяют две точки в пространстве. А те, что мы сами строим для себя.
— О чем это вы говорите?
— Допустим, вам хочется стать художницей. Еще не зная, за какой конец следует держать кисть, вы начинаете строить мост к тому дню, когда сможете написать картину: изучаете технику других художников, а дальше экспериментируете сами. Вы строите мост, и либо он выводит вас к цели, либо нет.
— И что тогда?
Его зубы блеснули в лунном свете.
— Принимаетесь строить новый, а быть может, и еще один, до тех пор, пока какой-нибудь из них не выведет к цели.
Мойра кивнула, сделав вид, что поняла его. А в голове бился вопрос: «А я-то что здесь делаю?»
— Но это, — добавил он, — город несбывшихся мечтаний. Здесь сходятся мосты, которые никуда не ведут.
«Просто великолепно», — подумала Мойра. Забытый край. Тупик.
Они ступили на булыжник какого-то вычурного моста с изящными металлическими перилами. Миновав примерно две трети моста, они увидели, как впереди зашевелилась куча тряпья — нищий. Он (или она) — Мойра так и не смогла определить пол несчастного существа — едва смог сесть. Когда они поравнялись с оборванцем, тот только плотнее прижался к перилам.
— Больная раком, — пояснил Джек, когда они прошли мимо и были уже на достаточном расстоянии. — Ей больше не для чего жить, поэтому она явилась сюда.
Мойра вздрогнула.
— А вы не можете… Не можем ли мы для нее что-нибудь сделать?
— Ей уже ничем не поможешь, — ответил Джек. По его глухому равнодушному голосу нельзя было понять — действительно ли это так или ему просто не было до нищенки дела.
— Но…
— Останься у нее хоть тень надежды, она бы сюда не попала, — заявил он.