Чтение онлайн

– Не надо.

– Муж был так благодарен! Денег-то у нас нету… Спасибо. – Она поклонилась Кобаси, потом Норико и положила на стол пакет с коробкой.

– Ну что вы, не надо! Да поймите, нельзя! Не за что… – чуть не плача, проговорил Кобаси.

Оставив подарки, Тие заковыляла к выходу, но у порога еще раз остановилась:

– Спасибо вам.

Проводив взглядом ее маленькую сухую фигурку, Кобаси и Норико разом посмотрели на стол.

– Бегала старушка, покупала, – вздохнула Норико.

В пакете оказались хурма и мандарины, в коробке – виски. Фрукты предназначались, по-видимому, медсестрам, а виски – Кобаси.

– Нехорошо получилось, – угрюмо проговорил Кобаси, глядя на бутылку. – Ведь старику-то не помогли.

– Для нее, наверное, расходы немалые, – заметила Норико.

– Совестно брать от нее подарки.

– Она так старалась, хотела сделать приятное. Нет, отказываться нельзя. – Норико подумала, что, если б здесь был Наоэ, он бы не отказался.

– А может, и правильно, что послушался совета Наоэ? – закуривая, пробормотал себе под нос Кобаси.

Было уже почти девять часов. Норико собралась гасить в палатах свет. За окном чернело усыпанное звездами небо. Верно, похолодало.

Тишину в комнате разорвал телефонный звонок. Норико стояла ближе всех к аппарату. Она сняла трубку.

– Алло, Токио? Клиника «Ориентал»? – послышался пожилой женский голос.

– Да.

– Я звоню из Саппоро. Моя фамилия Наоэ…

– Как?

– Я сестра Кёскэ Наоэ.

– Слушаю вас… – У Норико оборвалось сердце. – Что случилось?

– Вчера… Кёскэ скончался…

– Что?! – Леденящий холод охватил Норико.

– Кёскэ умер.

– Умер…

Кобаси и Каваай испуганно вскочили.

– Кто?..

– Он покончил с собой.

Норико слушала, не в силах вымолвить ни слова.

– Утонул в озере Сикоцу…

Норико выронила телефонную трубку и прижала ладони к лицу. Потом медленно, как при замедленной съемке, осела на пол. Трубка соскользнула со стола и раскачивалась из стороны в сторону.

Когда Норико пришла в себя, то увидела, что лежит на диване, укрытая одеялом.

– Кажется, очнулась!

Совсем рядом возникло чье-то лицо. Постепенно его черты приобрели четкость.

– Сэкигути-сан… – прошептала Норико.

– Ну наконец-то, пришла в себя. – Старшая сестра погладила Норико по голове.

Что-то случилось до того, как она потеряла сознание… Норико попыталась вспомнить.

– Наоэ-сэнсэй?..

Старшая сестра кивнула. Рядом стоят Каваай и Акико с Каору – видно, прибежали из общежития. Все смотрят на нее.

– Да… конечно… Я тоже пойду… – Кто-то разговаривал по телефону. – Да, прошу вас.

Норико узнала голос Кобаси. Она медленно поднялась.

– Тебе лучше полежать.

Норико покачала головой: нет, она встанет.

В комнате ничего не изменилось. На столе – хурма, мандарины, бутылка виски, у стены – шкаф с лекарствами, рядом висит стетоскоп. Под ним – открытый стерилизатор.

– Голова не кружится?

– Сэнсэй умер? – Норико в упор посмотрела на старшую сестру. Та молча опустила глаза. – Почему?..

– Ты должна поехать в Икэдзири, к нему домой.

– Зачем?

– Так велела его сестра.

– Мне?! – Норико подняла голову и снова посмотрела на Сэкигути.

– Она просила тебя взять у управляющего ключ и открыть квартиру.

– Зачем?

– Там письмо для тебя.

– Письмо?..

– Сэнсэй оставил тебе посмертное письмо. Его сестра просила, чтобы ты первой вошла в квартиру и осмотрела ее.

Норико задумчиво смотрела на старшую медсестру, не в состоянии понять, о чем она говорит.

– Алло, это кафедра хирургии университета Т.? Вас беспокоят из клиники «Ориентал». Только что нам позвонили из Саппоро. Доктор Наоэ скончался. Покончил с собой… – Тон у Кобаси был чересчур бодрый и жизнерадостный. – Да… да… В озере Сикоцу, неподалеку от Саппоро. Да… Самоубийство…

– А-а… – застонала Норико и снова закрыла глаза.

Тело Наоэ медленно погружается в свинцовую ледяную пучину… Беззвучно. Мечутся в прозрачной воде руки, ищут опору… Голова запрокинута назад… Все дальше, все глубже… Со дна навстречу тянутся ветви деревьев… Вот они сомкнулись над телом: Наоэ в плену воды и деревьев.

Норико показалось, что она уже видела это. Но никак не могла вспомнить когда. Во сне? И теперь кошмар превратился в явь…

– Да… Сегодня все подтвердилось… Да-да. Хорошо. Спасибо.

Снег падает, падает… Озеро поглотило Наоэ, воды сомкнулись, круги разошлись и достигли берега – и опять почти неподвижная серо-свинцовая гладь… Тишина, от которой можно сойти с ума…

– Норико-сан! Тебе лучше?

Лучше? Нет. Но лежать – это слишком мучительно.

– Мы уже позвонили управляющему. Сейчас приедет главврач с супругой, и мы отправимся в Икэдзири.

Норико кивнула и поднесла руку к голове. Скорее… К нему домой. Откроется дверь – а он там. Все это – кошмарный сон, он скоро пройдет, стоит только открыть глаза. Не надо так волноваться.

Это всего лишь сон…

В 10 часов они приехали к дому Наоэ. Управляющий встретил их в ночном халате.

– Наоэ-сэнсэй скончался? – спросил он, дрожа всем телом, как от мороза. Глядя испуганными глазами, отдал ключ Норико.

Пятый этаж. Из лифта направо. Третья дверь от конца коридора, по левой стороне. Белая табличка: «Наоэ».

Не соображая, что она делает, Норико остановилась у двери, нажала на кнопку звонка.

Хозяина нет в живых. В квартире пусто. Норико знала это, но все равно нажимала на кнопку звонка. Сейчас он услышит. Откроет дверь. Выйдет – в авасэ, руки на поясе. Удивится: «Ты?» И Норико белкой юркнет в квартиру, быстро захлопнет дверь и ключом закроет ее изнутри.

Что же он медлит? Может быть, спит? Или проснулся, но нет сил встать, открыть дверь? Или стоит и смотрит через глазок на нее?

– Там никого нет… – мягко проговорила старшая сестра.