Чтение онлайн

– Вот! Именно то, о чем я только что сказала. Ты сам подтверждаешь истинность моих слов.

Арни сунул руки в карманы и сказал, стараясь не смотреть на ее высокую красивую грудь:

– Интересно – каким образом?

Глаза Люччи блеснули в полумраке.

– Если бы ты слушал меня тогда, то сейчас не задал бы подобного вопроса! Но ты всегда прислушивался к тому, что говорит твоя мать, Берта, а мое мнение не представляло для тебя никакой ценности.

– Положим, ты преувеличиваешь, – пробормотал Арни. – Но даже если так, то конечно же мнение человека, который старше тебя, имело для меня больший вес. По-моему, это естественно.

– Для кого как, – хмыкнула Люччи. – Если бы ты не доверял так слепо Берте, мы бы по сей день жили вместе и растили бы нашу дочь.

– Подразумевается, само собой, Элси?

Она мрачно усмехнулась.

– Естественно. Если только за это время ты не успел обзавестись другой дочуркой!

Арни смерил ее взглядом и довольно высокопарно заметил:

– В отличие от тебя я не имею детей ни в браке, ни вне такового.

– Тебе так только кажется, дорогой. Он сделал нетерпеливое движение.

– Послушай, ты начинаешь меня утомлять!

Я говорил тебе, что ты изменилась? А теперь добавлю, что не в лучшую сторону. Прежде ты не была такой… дерзкой!

– О да! Я была кроткой как овечка. Молча сносила колкости Берты, твою вечную невнимательность и…

– Колкости? – перебил ее Арни. – Когда это Берта опускалась до колкостей? Она всегда выражала свое мнение прямо и меня с детства приучала к тому же.

Люччи с сожалением качнула головой.

– Эх ты… Сказала бы я, как называют таких… хм… как ты, да не хочу тебя обижать. Замечу только, что в твоем возрасте пора бы уж перестать держаться за мамину юбку. Хоть ты и сказал, что вы больше не живете вместе, но, сдается мне, связь между вами ничуть не ослабла.

– Поостерегись, детка! – угрожающим тоном произнес Арни.

– Не переживай, я не собираюсь оскорблять твою мамочку. Но знай: она только и делала, что отпускала шпильки в мой адрес.

– Почему-то я не слышал ни одной.

Люччи насмешливо прищурилась.

– Неужели ты так низко оцениваешь интеллект своей высоконравственной мамаши?

– Послушай, я предупреждал тебя! – вспылил он.

– Хорошо, хорошо! – воскликнула Люччи. – Я просто хотела сказать, что Берта не настолько глупа, чтобы тиранить меня в твоем присутствии. Разумеется, все происходило в те периоды, когда ты отлучался из дому.

– Почему же ты ни разу не сообщила мне об этом?

Люччи даже руками всплеснула.

– Я тебе все уши прожужжала!

– Не помню такого, – холодно произнес Арни. – О тирании ты не упоминала никогда.

– Боже мой, разумеется, я не употребляла этого слова! Но иносказательно я едва ли не каждый день жаловалась тебе на насмешки Берты. Только ты не желал снизойти до того, что говорю я, твоя постельная забава! Я была для тебя только развлечением, иначе ты со вниманием отнесся бы к моим словам. Но разве можно воспринимать всерьез то, что произносит говорящая кукла? Когда же моя болтовня надоедала тебе, ты прибегал к идеальному способу заставить меня замолчать. Думаю, не нужно напоминать, как все происходило в подобные моменты?

– Нет, – буркнул он.

Обоим было ясно, что речь идет» о постельных удовольствиях, которым они предавались при любой возможности.

– Не понимаю, с чего ты взяла… – Арни пожал плечами. – Я никогда не относился к тебе как к неодушевленному предмету.

– Ты просто не задумывался, насколько глубоки наши отношения.

– Неправда! – хрипло воскликнул он. – Я любил тебя…

Люччи кивнула.

– По-своему – да. Ты придерживался таких же стереотипов, как и большинство мужчин: достаточно почаще укладывать жену в постель да покупать подарки – и все будет в порядке.

Арни несколько мгновений смотрел на нее так, будто видел впервые.

– Ты стала циничной.

Она поморщилась.

– Называй это как хочешь, мне все равно. – Немного помолчав, Люччи продолжила: – Вижу, я разочаровала тебя. После стольких лет разлуки ты встретил совсем другую женщину. – Она саркастически усмехнулась. – Что ж, дорогой, я тоже в тебе разочаровалась, так что мы квиты.

Арни быстро поднял на нее взгляд и спросил с плохо скрываемым беспокойством:

– Разочаровалась? В каком смысле?

Она невесело рассмеялась.

– Не волнуйся, к твоим мужским достоинствам это не относится. Просто в отличие от тебя я по-настоящему любила. Смотрела на тебя как на некое божество. Ты казался мне небожителем: такой умный, стройный, красивый… А потом вдруг обнаружилась твоя тривиальная суть.

Глаза Арни сверкнули известным почти всем, кто его знал, кинжальным блеском.

– Благодарю за прямоту, – процедил он сквозь зубы. – Теперь я хотя бы знаю, как ты ко мне относишься.

– Пожалуйста. – Люччи говорила, а между тем сама удивлялась собственной смелости. Она даже не ожидала, что станет дерзить Арни.

– Ну что же, – произнес он, направляясь к выходу, – раз тебе моя тривиальная суть не по душе, я освобождаю тебя от своего общества.

– Только напоследок одна просьба, – негромко произнесла Люччи ему в спину.

Он остановился и слегка повернул голову.

– Какая? – Это короткое слово невозможно было произнести суше.

– Маленькая. Не забудь, пожалуйста, чем мы здесь занимались. Презервативом ты не пользовался, а я не принимаю противозачаточных таблеток. Так что последствия могут оказаться вполне предсказуемыми. И на этот раз у тебя не будет оснований сомневаться в том, кто является отцом ребенка.

Ей почудилось, что Арни вздрогнул. Впрочем, если подобное и произошло на самом деле, то ему удалось мгновенно взять себя в руки. Простояв без движения еще не более секунды, он молча покинул спальню.

Оставшись в одиночестве, Люччи долго смотрела на закрывшуюся за Арни дверь. Ее душу переполняли эмоции, а голову – мысли. Все вперемешку: и болезненное беспокойство об Элси, и сладостные воспоминания о недавнем соитии, и раздражение по поводу того, что Арни по-прежнему не желает ее услышать, предпочитая питать свои чувства из старых источников.

Она зябко повела плечами и вновь улеглась в постель, натянув одеяло до подбородка.

10

Квартира у Арни была большая, поэтому, пока он дошел по коридору до гостиной, куда по случаю ночи был перенесен из кабинета штаб поисков Элси, ему удалось в значительной степени справиться с негодованием. Люччи открылась ему с новой – не очень приятной – стороны, к которой, по-видимому, придется привыкать.

Еще никто и никогда не называл Арни маменькиным сынком. Да и кому пришло бы в голову употреблять это выражение в отношении властелина мощной рекламной империи, перед которым многие если не лебезили, то во всяком случае держались почтительно?