Чтение онлайн

— Но ты же знаешь, что это не приносит счастья, — произнес он.

— Я ненавижу свою жизнь и все, что я делала, и я знаю, что Бог тоже ненавидит меня за это!

— Неправда. Он любит нас всегда, любыми, несмотря ни на что, и всегда готов принять нас. Он хочет, чтобы ты уверовала в Него, признала Его твоим Спасителем, даже после всего, за что ты презираешь себя. Готова ли ты принять Его сейчас?

— А что для этого нужно сделать?

— Скажи просто: Иисус, я грешна.

— Иисус, я грешна, — повторил слабый голос.

Дан продолжал нежно держать мать за руку, молясь про себя, чтобы Святой Дух направлял его.

— Но Ты умер за меня и взял на Себя мои грехи, — говорил он медленно и отчетливо.

— Но Ты умер за меня и взял на Себя мои грехи, — проговорила вслед за ним Лиза.

— И я исповедую Тебя моим Спасителем.

Лиза слово за словом повторяла за ним слова молитвы, потом открыла глаза.

— Я устала. Спой мне, Джеррольд, а я посплю.

И Дан тихо запел:

Ты страдал — за меня, Ты пролил свою кровь,

Не покинь и теперь недостойного. Вновь

Я взываю к Тебе, я мольбу возношу.

Божий Сын, Ты ответишь, я знаю…

Она закрыла глаза. Рука лежала в ладони сына неподвижно, пока он нежно и тихо пел ей слова гимна. Вскоре вернулась сиделка и заняла свой пост.

Дану показалось святотатством, что та ходила по комнате, громко передвигала стулья, устраиваясь на ночь — в той самой комнате, где только что был Бог, где, возможно, Божии ангелы слушали его, пока душа, которая так долго блуждала вдали от Бога, вернулась к Нему и родилась заново.

Дан вышел и встретил в конце коридора Брюса и Корали — они стояли и ждали его с такими просветленными лицами, что в сердце его вспыхнула радость.

— Мы подошли к двери, чтобы посмотреть, как ты там, — горячо заговорила Корали, — и не нужна ли тебе помощь. А потом услышали ее голос и стали слушать. Дан, ну разве Господь не чудо?

— Именно! — воскликнул ее брат взволнованно.

— И мы слышали, как ты пел, Дан! Поверь мне, это был величайший гимн, который я слышал в моей жизни! — сказал Брюс, сверкая глазами.

— А не пойти ли всем нам в маленькую комнатку рядом со спальней и не спеть там аллилуйя? — предложил Дан, и лицо его просияло необычным светом.

— Да, правда, давайте. А ты еще говорил, что напрасно приехал сюда, вот видишь, как Господь все направляет! Господь тебя выбрал, чтобы указать заблудшей душе путь к Свету!

Дан улыбнулся, не скрывая своего восторга.

— Да, брат, теперь я рад, что приехал. Я и не знал, как щедр и милостив будет ко мне Господь. Я считал, что мне придется что-то придумывать, а теперь я вижу, что Бог сам все устроил. Он-то все знал наперед. Надеюсь, я никогда не забуду и не перестану Его благодарить за то, что произошло.

Позже, когда они ушли, Корали пошла к себе в комнату, счастливая, взволнованная, и повалилась на кровать, думая о том, как все замечательно вышло, Господь помог ей так, как она и не ждала!

А четверо ее друзей вместе отправились домой: все они были счастливы. Брюс с Кирком пошли немного вперед, оживленно беседуя, а Дан с Валери шли следом. Так они миновали несколько кварталов, большая дружная семья. На углу Кирк с Брюсом остановились купить газеты, а Дан и Валери двинулись вперед.

— У меня такое ощущение, Валери, что тебя я должен благодарить за то, что в моей семье случилась такая радость, — вдохновенно сказал Дан, беря ее за руку и глядя сверху вниз в ее милое, удивленное лицо.

— Меня? А что я такого сделала?

— Ты помогала мне молиться, — ответил Дан. — И ты очень много сделала для моей сестры. Ты утешала и подбадривала меня тогда, когда я готов был опустить руки и сдаться.

— Но я полюбила твою сестру с того момента, как увидела ее. Я с удовольствием проводила с ней время, когда только была возможность. А молиться… я молилась бы за любого, кому нужна помощь Спасителя, так что благодарить меня не за что, — закончила она со смехом.

Он посмотрел в ее родное, милое, смеющееся лицо, в фиалковые глаза и подумал, какая же она славная, нежная и непосредственная. И вдруг заговорил от всего сердца, схватив ее руки в свои горячие ладони и глядя прямо в улыбающиеся глаза:

— Я ничего не могу с собой поделать, ты так волнуешь меня, потому что я тебя люблю, Валери. Да, я знаю, мы еще совсем мало знакомы и мне не следует говорить такие вещи, но сегодня я так счастлив, что не могу сдержаться и не сказать тебе об этом. Я не могу больше ждать. Я люблю тебя, Валери, я полюбил тебя с нашей самой первой встречи. Все в тебе отвечает моим представлениям о том, что мне нужно на этой земле.

— О, Дан! — в восторге закричала Валери. — А полюбила тебя еще раньше. Я видела, как вы с сестрой шли по Пятой авеню, вернулась домой и всем рассказала про это, можешь сам спросить. А потом услышала, как ты пел, услышала твой необыкновенный голос! Я уже тогда поняла, что ты самый замечательный человек на свете! А на следующий день я прихожу на работу и вижу тебя в кабинете у мистера Берни — я глазам своим не могла поверить! И я решила, что ты тот человек, которого я могла бы полюбить, будь у меня хоть какая-то надежда!

Они замедлили шаг, и наконец друзья нагнали их.

— Друзья, ну если мы будем передвигаться с такой скоростью, то до утра никуда не дойдем! — добродушно проворчал Брюс.

— Мы просто… разговорились, — с напускной легкостью сказал Дан.

— Да уж, я вижу, — рассмеялся Кирк, многозначительно глядя на их сплетенные руки.

Когда они приблизились к дому Шеннонов, Дан сказал, что ему нужно зайти кое-что забрать, и оставил друзей дожидаться на улице. Они с Валери быстро вошли в дом и прошли в маленькую каморку рядом с кухней, где хранились съестные припасы. Это была первая минута, когда они остались наедине и могли наконец насладиться первым объятием и первым поцелуем. Валери раньше Дана пришла в себя.

— Милый, иди, уже поздно, нехорошо заставлять Брюса ждать. Ты же знаешь, у нас впереди еще много счастливых дней, теперь мы всегда будем вместе. Разве мало того, что за один день произошло столько счастливых событий и мы с тобой узнали, что любим друг друга?

Дан с сияющими глазами вышел на улицу. Ему хотелось немедленно, сейчас же сообщить обо всем родителям Валери, но они уже легли спать, было очень поздно, и пришлось отложить все на завтра.

Брюс по его победному виду сразу обо всем догадался.

— Что ж, — сказал он, когда они быстро шагали в сторону своего дома, — я об этом, конечно, догадывался, но не думал, что вы поладите так скоро.

— Да я сам не думал, — не веря своему счастью, ответил Дан. — Я бы, наверное, так никогда и не осмелился предложить ей руку и сердце, такой девушке! Она же просто чудо, Брюс! Я вообще не понимаю, что она во мне нашла. Я, кстати, думал, что ты меня обойдешь — такой здоровяк, с пламенной роскошной шевелюрой! Я всегда считал, что она скорее тобой заинтересуется.