Чтение онлайн

В его обязанности входило заботиться о шести директорских верховых лошадях, которые были необходимы для этого путешествия, и поддерживать стремя, когда важные господа будут садиться в седло. На Юэле Ю. Юэле была его огромная шляпа, и вообще он был одет так изысканно, что Оулавюр Каурасон позабыл о всех своих горестях, дивясь на столь редкостное зрелище — бывает, значит, на свете одежда, которая с самого начала задумана не как насмешка над человеческим телом, а совсем наоборот? Разглядывая этого человека, скальд чувствовал себя жалкой кустарной поделкой рядом с редчайшим произведением ювелирного искусства, граненым и отшлифованным драгоценным камнем; только теперь до скальда вдруг дошло, какой огромной может быть разница между двумя людьми на земле. Владелец баз оглядывался по сторонам с великолепным презрением и, заворачивая за угол дома, несколько раз ударил хлыстом по стене. Изобразив на красивом холеном лице гримасу пресыщенности, он зажег сигару, натянул на изнеженные руки кожаные перчатки, глядя с глубоким отвращением и откровенной скукой на Пьетура Три Лошади, который, ставя ноги носками врозь и слегка сгибая коленки, вышел из дома в пиджаке, целлулоидном воротничке, пенсне, котелке и с огрызком сигары в пластмассовых зубах.

Поездка началась с того, что Оулавюру Каурасону было велено поддержать под уздцы одну из директорских норовистых лошадок, пока Юэль Ю. Юэль будет садиться в седло; владелец баз не успел очутиться в седле, как поднял хлыст и что было силы хлестнул лошадь по животу, норовистая лошадка взвилась, диким рывком опрокинула навзничь Оулавюра Каурасона и стрелой полетела по дороге, по болоту, перескакивая через изгороди, лужи и ямы, пока вдруг не остановилась перед каким-то забором, дрожа от страха и кося обезумевшими глазами. А Юэль Ю. Юэль, потеряв где-то шляпу, оказался лежащим в луже. Он не встал, когда к нему подбежал Пьетур Паульссон, и лежал точно мертвый.

— Падение с лошади предвещает удачу в пути, — сказал Пьетур Паульссон, чтобы утешить владельца баз, потом вытащил его из лужи, уложил на пригорок и начал приводить в порядок.

— Оставь меня в покое, идиот проклятый! — сказал владелец баз, когда директор принялся счищать с него ножом комья грязи. — У меня сотрясение мозга.

— Ты слишком быстро тронулся в путь, — заметил Пьетур Паульссон.

— Ничего подобного, просто ты задумал угробить меня с помощью этого одра, — заявил владелец баз.

— Да это отличная лошадка, мой милый, просто она не выносит хлыста, — сказал Пьетур Паульссон.

— На кой черт нужна лошадь, если ее нельзя бить? — возмутился владелец баз и в гневе поднялся. — Я требую, чтобы ты сейчас же пристрелил эту проклятую тварь!

— Возлюбленный брат и друг, не употребляй столь грубых выражений, — сказал Пьетур Паульссон. — Мы должны сейчас же отправиться в путь.

— Я не сделаю отсюда ни шагу, — заявил владелец баз. — У меня сотрясение мозга.

— От сотрясения мозга лучше всего помогает коньяк, — сказал директор.

— Коньяк мой, — возразил владелец баз. — Какого дьявола ты мне советуешь пить мой собственный коньяк? Я сам знаю, что мне делать с моим коньяком.

Но Пьетур Паульссон и не подумал рассердиться, он действовал чрезвычайно разумно, с тонким психологическим расчетом, он нашел в болоте шляпу владельца баз и принялся ее разглядывать.

— Черт возьми, какая прекрасная шляпа, — сказал Пьетур Паульссон.

Юэль Ю. Юэль вытащил носовой платок и мрачно утерся.

— Сколько ты за нее отдал? — спросил Пьетур Паульссон, продолжая вертеть в руках драгоценную шляпу и разглядывать ее со всех сторон.

— Давай сюда коньяк! — заорал Юэль Ю. Юэль. Директор расстегнул сумку, достал оттуда бутылку и, не говоря ни слова, протянул ее владельцу, а сам снова начал рассматривать шляпу. Обладатель коньяка полез в карман за штопором.

— Где можно достать такую шляпу? — спросил Пьетур Паульссон, отгибая внутри кожаную ленту, чтобы посмотреть, как пришита подкладка. — Я непременно должен приобрести себе такую же.

Когда обладатель коньяка приложил к губам горлышко бутылки и начал пить, восхищение Пьетура Паульссона шляпой дошло до того, что он сорвал с головы свой черный котелок, намереваясь примерить шляпу владельца баз. Но, увидев это, владелец баз перестал пить, выхватил из рук Пьетура свою шляпу и напялил ее на голову.

— Поехали, — заявил он.

Тут он заметил в стороне скальда Оулавюра Каурасона, спросил, чего эта жердь вылупилась на него, и пригрозил ему хлыстом:

— Ну, что уставился? Давай сейчас же сюда лошадей, или я тебе покажу!

Владелец баз сел на новую лошадь, и все отправились в путь. Владелец баз заявил, что сотрясение мозга у него еще не прошло и потому он может ехать только шагом, он боялся случайно ударить лошадь ногой по животу и сидел в седле, согнувшись, с сигарой во рту, засунув руки в карманы и бросив поводья на холку лошади. Вскоре Пьетур Паульссон предложил спешиться и отхлебнуть по глотку из бутылки. Они сделали привал в небольшой ложбинке невдалеке от поселка, отсюда дорога круто поднималась вверх к перевалу. Юэль Ю. Юэль тотчас улегся на землю, закрыл лицо шляпой и начал издавать всевозможные звуки, свидетельствующие о скуке и недовольстве. А Пьетур Паульссон тем временем расправлялся с коньяком. Наконец Юэль Ю. Юэль немного приподнялся и тоже взял бутылку. Сделав хороший глоток, он проворчал что-то, потом отхлебнул еще и сказал:

— Будем опять друзьями, милый Пьеси. — И протянул Пьетуру Паульссону руку.

Пьетура не приходилось просить о таких пустяках дважды, когда было что выпить, их рукопожатье было долгим и страстным, как объяснение в любви. Они выпили еще немного, потом Юэль спросил:

— Послушай, Пьеси, а почему ты не прихватил с собой эту чертову девку?

— Мы ведь с тобой женатые люди, милый Юлли, — сказал назидательно директор, вынул верхнюю челюсть, насыпал на нее жевательного табаку и вставил на прежнее место. Владелец баз посмотрел на директора убийственным взглядом, несмотря на только что заключенный договор о дружбе и страстное рукопожатие.

— Дерьмо! — сказал он.

— Не надо так выражаться, мой милый, — попросил директор Пьетур Паульссон.

— Что же это такое, пригласить человека на увеселительную прогулку и не взять с собой баб? — возмущался владелец баз. — Я хочу иметь эту девку! Слышишь?

— Ее не так-то легко получить, — сказал директор. — Она, дружище, дорого стоит.

— Это для тебя дорого, потому что ты пристаешь тут к ней с утра до вечера да пугаешь ее, — возразил владелец баз.

— У меня с ней сугубо духовная близость, — сказал Пьетур Паульссон. — Я больше года проводил с нею научные опыты, сперва наедине, а потом и публично.

— Она уже давно была бы моей, — заявил владелец баз, — если бы ты каждую ночь не рыскал по коридору. Какого черта ты рыщешь ночью по коридору?

— Не надо так выражаться, мой милый, мы ведь не только женатые люди, более того, мы с тобой воспитанные люди, — сказал директор.

— Я возвращаюсь, — заявил Юэль Ю. Юэль.

— Нет, милый Юлли, я уверен, что ты не поступишь так дурно по отношению к бедному судье, — сказал директор.

— Пусть твой судья жрет дерьмо!

— По ту сторону перевала нас ждет жаркое, — заметил директор.

— Я хочу иметь эту девку, — сказал владелец баз.

— У судьи молодая жена, — сказал директор.

Лицо владельца баз прояснилось, он подумал немного и сказал:

— Ладно, давай будем друзьями, милый Пьеси. Не такой уж ты дурак, как многие считают. Но пить с тобой из одной бутылки я уж, извини, не стану.

Они откупорили вторую бутылку, опять долго держались за руки и смотрели друг другу в глаза, точно помолвленные, потом владелец баз изрек:

— «Гримур Лодинкинни» никогда не изменяет друзьям.