Чтение онлайн

Лариса слишком втянулась в игру, вжилась в роль.

Что же, иногда можно и плыть по течению. Куда-нибудь оно вывезет.

Эйнар

Присутствие манило. Глубина ощущения импульсных волн возрастала. Уйти от них не удалось, блокировка сорвалась при первой же попытке ее использования. Потоки энергии пробивались сквозь стены, разливаясь по дворцу волнами. Игнорировать их становилось труднее. Вспышками и колебаниями постоянно изменяющейся частоты заполнилось пространство резиденции правителя. Волны витали повсюду, передавая то тревожные, то радостные сигналы.

Импульсы пронизывали насквозь, прерывая его собственные потоки. Эйнару негде было скрыться, он оказался в ловушке энергетической сети.

Сидя на контейнере, сохранившем обрывок таблички: “Тивеллы сушеные. Дар Шешпеленефа” посреди дворцовой кладовой, Эйнар продумывал дальнейшую военную стратегию. Стены, потолок и пол кладовой, разделенной на помещения для хранения сухих, консервированных и замороженных припасов, лучше других дворцовых перегородок приглушали восприятие импульсных волн. От чувства присутствия Лары сохранился легкий отголосок, иногда пробивавшийся в пустоте. Но даже такой след, незначительный для привлечения внимания, вынуждал Эйнара реагировать, улавливать всплески, расшифровывать сигналы импульсов.

Разведчики не обнаружили входа в бункер, но за счет обобщения полученной информации в разуме завоевателя сформировалось четкое представление о расположении штаба противника. Одно важное обстоятельство — что найденный штаб был малой частью системы укрепленных бункеров, пронизывающих кору планеты, сдерживало его порыв к немедленной атаке.

Эйнар решил подождать, пока сформируется точная карта всех велянских убежищ, а за это время запастись новой техникой, в том числе и боевыми космическими кораблями. Он приценился к кораблям, произведенным на Мокрокусе. По преимущественному большинству показателей они уступали марсианским кораблям, тем не менее, в галактике считались лучшими. Трети государственной казны хватило бы на пять сотен таких кораблей, но Эйнар не торопился с покупкой. Пока для него было главным не вызывать подозрений у правления содружества. Кроме того, в его уме формировался еще более привлекательный план, сулящий господство над всей галактикой..

Пустота серых стен навевала странные мысли. Глаза бессознательно искали голографическое отображение в световых отблесках. Эйнара тянуло подняться наверх, прилечь на мягкую кровать в комнате, испещренной разноцветными рисунками. Он потерял одно из преимуществ перед врагами — нелианскую неприхотливость, а взамен приобрел стремление к уюту и роскоши. Сидеть на контейнере стало неудобно, захотелось переместиться в кресло или на любимый диван Лары, тоже быстро приспособившейся к новым условиям жизни.

Эйнар пригнулся, подперев щеку рукой. Наверное, стены бункера выглядят сходно. И повстанцы, прячущиеся в нем, вынуждены сидеть на контейнерах или на обломках остова боевой машины. Эйнару вспомнился нахальный враг Кэм Таркеша, с уверенностью в победе вызывающий его на бой и тут нелианец на миг почувствовал себя побежденным, загнанным в кладовую — аналог военного бункера. Радость Кэма Обилера продлится недолго, что утешало.

Сняв с волос резинку, Эйнар бросил ее на пол и встряхнулся, сбрасывая энергетическое напряжение. Официальные мероприятия закончены. Для велян наступает время сна, послания из других миров не побеспокоят его до следующего полудня.

Эйнар встал, обошел вокруг контейнера, крышку которого украшала выпуклая гравировка тивелл, продолговатых синих овощей, разновидности любимой пищи велян. Он передумал садиться на него и расположился рядом на полу: подобрал ноги, прислонился к контейнеру спиной и откинул голову на крышку. Да, изгнанному из дворца завоевателю о комфорте лучше и не мечтать. Зато становится понятнее, что испытывают враги, отдыхающие после боя в секретном убежище, а значит и предусмотреть их последующие действия для подготовки к атаке будет проще.

Однако Эйнару быстро надоели размышления о войне. Он стремился к отдыху от повседневных проблем. К тому же, все чаще его занимала принципиально другая тематика.

Эйнар не понимал, почему Лара так странно к нему относится. То готова принять как своего мужчину, то вновь отвергает. Для уточнения неплохо было бы проникнуть в ее сознание, но зародившееся доверие препятствовало риску.

Поймав очередной трепетный энергетический всплеск, Эйнар понял, что не имеет представления о том, как должен реагировать на ее сигналы. Что вообще ей нужно? Почему Лара прогоняет его, когда ее притягивает близость и вынуждает оставаться рядом, когда боится и сердится? В рамках нелианской науки объяснения ее поведению не нашлось. Но именно в ее нестандартности Эйнар приметил сходство с собой любимым.

Полулежа на холодном металлическом контейнере, молодой нелианец планировал дальнейшее взаимодействие с подругой. Одно выяснил точно — ему не уйти от ее волн. Прежде всего потому, что от них не хотелось уходить. Они притягивали. Собственно, для того и существуют сигналы одного живого объекта, чтобы быть замеченными другим объектом.

Эйнар укорял себя за предоставленную Ларе излишнюю свободу, которую легко было ограничить, напомнив о необходимости подчинении. Но именно этой темы он старался избегать.

В отличие от велянского послушания, предполагающего безропотное служение тому, кого предписано почитать Заветами Мудрецов, нелианское подчинение зачастую обуславливалось страхом, грозящим перерасти в агрессию. Подчинение Эйнара всегда было именно таким, вынужденным, временным, и сам он оставался начеку, принимая покорность сородичей. Но ему подчинялись с определенной целью: одни — рассчитывая заручиться его покровительством и защитой, другие — желая обезопасить себя от вреда с его стороны.

Подчинение подруги было вынужденным, но странным. Ей удавалось существовать одномоментно внутри установленных им границ и за их пределами.

Эйнар предположил, что если бы Лара обладала ремасом, она могла бы при первой встречи сразиться с ним на равных и даже убить его.

“Тогда она могла бы меня убить”, — подумал Эйнар. — “Теперь не сможет, даже будь у нее марсианское оружие”.

Опершись плечами и шеей на крышку контейнера, он выгнул спину и вытянул руки, расправляя заигравшие под кожей мышцы.

Потянувшись, он встал и настороженно замер, усиливая режим поиска. Изменения импульсных сигналов подруги обнадежили его. Он нашел себе лучшую пару, и не вправе был требовать от нее подчинения, нуждался только в ее доверии. Он собирался позволить ей подходить к нему со спины, в знак абсолютного доверия, поскольку она не нападет. Будь она сильнее, не стала бы атаковать.

Приблизившись к выходу, Эйнар с первым скрипом двинувшейся тяжелой двери потянул носом воздух, ожидая уловить тонкий аромат девушки.