Чтение онлайн

Слушая этот разговор, молодой Фуэнтес начал понимать причины уважения, которое невольно вызывал к себе Колон, каким бы ни было его происхождение. Он, несомненно, был одержим идеей, но если эта идея верна, то он как раз и был человеком, способным подчинить ей все свое существо, чтобы превратить ее в явь. По спине Мануэля пробежал холодок. Глядя на раннюю седину в бороде морехода, он вдруг понял, что прямо сейчас в его жизни может произойти неожиданный поворот, если только он сам его не упустит.

Мануэль уже с трудом следил за ходом беседы, вспоминая речи отца и собственные мечты о морских путешествиях, об обнаружении новых стран. Он уже слышал музыку ветра, сопровождаемую аккомпанементом огромных сине-зеленых соленых волн.

– Сеньор Колон!
– воскликнул Мануэль.
– Я не сомневаюсь, что вы убедите их высочества и в скором времени обязательно возглавите экспедицию на запад через открытый океан!

Генуэзец удивленно взглянул на него.

– Вот как?!

– Я восхищен вашим мужеством и благородством задачи!
– продолжал Мануэль.
– И очень хотел бы отправиться вместе с вами в это путешествие, о котором впоследствии будут слагать баллады и писать поэмы!

Щеки Колона порозовели. Он смотрел на молодого идальго с нескрываемым одобрением.

– Да, я понимаю, что вам для такого трудного плавания нужны опытные моряки, а я вообще никогда в жизни не ходил в море, - Мануэль заговорил теперь медленнее, видя, что его внимательно слушают оба собеседника.
– Но я умею сражаться. Возможно, я буду бесполезен на палубе, хотя, конечно же, сделаю все, что в моих силах, чтобы научиться морскому делу. Но как знать, что ждет кастильцев в неведомых странах, которые они откроют? Будут ли люди Великого Хана готовы без сопротивления стать подданными ее высочества королевы? Вам могут понадобиться не только моряки, но и воины. И тогда вам послужит верой и правдой мой меч!

– Если спросите меня, - ввернул свое слово герцог.
– То я, как командир этого горячего молодого человека, могу дать его воинским качествам самую высокую оценку. Я не раз видел его в гуще сражения. Он бесстрашен, и ему сопутствует удача.

– Ну что ж, молодой идальго, - проговорил Кристобаль Колон.
– Ваша решимость не может не восхищать. И если вы такой храбрый и искусный вояка, то, возможно, вы действительно принесете пользу в дальних странах. Но, самое главное, вы, в отличие от зазнавшихся умников из университета, не боитесь простых, быстрых и эффективных решений, что и доказали, правильно решив задачку с яйцом. Я возьму вас в плавание, если оно состоится, потому что вы мне понравились.

Лицо Мануэля не могло скрыть охватившего его восторга.

– И потому что ответили на вопрос о яйце, - улыбнулся Колон.
– А теперь, когда вы сумели заинтересовать меня своей персоной, я очень хотел бы узнать, какое дело привело вас к моему другу, дону Родриго.

– Да, конечно, - Мануэль повернулся к герцогу.
– Ваша светлость, вчера несколько швейцарских наемников, возглавляемых сержантом Густавом Штаубером, незаконно арестовали моего знакомого, по имени Алонсо Гардель. Я прошу вашей помощи в освобождении сеньора Гарделя.

Герцог нахмурился.

– Откуда вы знаете Гарделя? И за что его арестовали?

– Ваша светлость, этот человек спас мне жизнь в Кордове, когда неизвестные напали на меня и ограбили.

Мануэль рассказал вкратце историю своего знакомства с Алонсо, напирая на то, что его спаситель - христианин, хоть и мавр.

– Если он христианин, то мы должны его защитить, - согласился герцог.
– Но сначала необходимо убедиться, что арестован он незаконно. Диего!
– позвал он.

Вошел его молодой секретарь, чья острая бородка странно контрастировала с детской припухлостью губ. Понсе де Леон что-то тихо сказал ему. Диего кивнул и удалился.

– Мы наведем справки и сделаем все возможное, - пообещал герцог.

Мануэль поблагодарил его и вышел вместе с Колоном.

– Ну что ж, молодой человек, - сказал ему на прощание генуэзец.
– Вы не только сообразительны, но и благородны. Ваша готовность помочь человеку, несмотря на то, что он мавр и уроженец Гранады, делает вас еще более симпатичным в моих глазах. Надеюсь, вам удастся спасти вашего спасителя.

***

В узилище, увидев документ, подписанный графом Тендильей, альгвасил в кирасе и шлеме, повозившись с грохочущей связкой ключей, открыл дверь в длинный коридор и провел Мануэля в глубину. Они шли мимо зарешеченных дверей, за которыми находились арестованные. Из дверей в коридор проникал тяжелый запах немытых тел.

– Что это за люди?
– спросил Мануэль.

– В основном местные магометане, нападавшие на солдат, - проворчал стражник.
– Вот, пришли. Забирайте вашего Гарделя.

Он открыл лязгнувший засов и распахнул дверь.

– Заключенный Гардель!
– гаркнул он, не входя внутрь.
– Бери свои вещи и следуй за мной.

За дверью послышалась шумная возня, кто-то вскрикнул, и на пороге возник здоровенный араб.

– Я готов, - заявил он.

– Иди на выход!
– велел ему альгвасил.

Но Мануэль, выйдя из-за его спины, с силой толкнул араба внутрь камеры и рванулся вместе за ним, обнажая кинжал.

– Прикройте меня, сеньор альгвасил!
– крикнул он, но тот уже сообразил, что к чему и, крикнув в глубину коридора "Ко мне!", встал у выхода. На крик прибежали еще трое стражников.

В камере находилось четыре человека. Двое держали вырывающегося Алонсо. Верзила, которого оттолкнул Мануэль, бросился было на него, но идальго быстрым движением полоснул его кинжалом. Прибежавшие альгвасилы скрутили араба и утащили из камеры. Двое других заключенных отпустили Алонсо и отпрянули назад.

– Все трое получат свое, можете не сомневаться, сеньор!
– сказал первый стражник, открывавший дверь.
– Гардель, бери вещи и выходи!

Алонсо, потрясенно глядя на Мануэля, взял котомку и вышел из камеры.

Когда ворота тюрьмы остались позади, он сказал:

– Похоже, дон Мануэль, мы с вами квиты.

– Ну, не мог же я поступить иначе?
– радостно воскликнул Мануэль, глядя на все еще ошеломленное выражение лица Алонсо.
– Это противоречило бы воспитанию, полученному мною в христианской Саламанке!

Алонсо покраснел и улыбнулся. Он узнал переиначенную Мануэлем фразу, которую когда-то сказал ему в Кордове.

– Прошу вас, господин Гардель, - Пепе Крус указал на оседланного жеребца, которого держал под уздцы.

– Благодарю вас всех, господа!
– Алонсо влез на жеребца и огляделся по сторонам. Ему не верилось, что в родном городе его защищает отряд христианских всадников.
– Я надеюсь, дон Мануэль, - сказал он, - что наши швейцарские друзья еще не покинули мой дом, так как в противном случае мне придется их искать.