Чтение онлайн

— Ясно.

— И чего тебе ясно? — спросил он, искоса на нее посмотрев.

— Я получила ответ на свой вопрос, — ответила Стася. В окно было видно, как баба Паша рыхлит землю на грядках граблями. А со стороны казалось, что все ровно.

— Стася, ты надолго в наших краях? Я так понял, что ты недавно приехала.

— Недавно. Не знаю насколько. В планах было до лета. А сейчас я не знаю. Возвращаться назад? Смысл? Начинать все сначала? Пока желания нет.

— У меня пока тоже. Два раза с нуля все поднимать было тяжело. Сейчас нужно третий, а нет ни сил ни желания.

— Такое спрашивать не принято, но раз уже начали тему. Миш, сколько ты должен? — спросила Стася. Кошка спрыгнула с ее колен, подошла к нему. Потерлась об ноги. Он рассеяно погладил ее по спине.

— Десять миллионов, — ответил Миша. — Было больше. Я половину погасил. А эти долг гасить уже нечем. Пока работаю неофициально, числюсь бомжем, то спроса с меня нет. Хотя банк названивал матери, сестре. Они говорят, что не знают где я. Так и живу.

— Не страшно?

— А чего бояться? Чего бояться человеку, с которого взять нечего? К тому же я отвык трястись по любому поводу. Привык рисковать и просчитывать. Первый раз обанкротился, когда не так вложился. Компания, с которой сотрудничал, оказалась липовой. Я остался по нулям. Второй раз товарищ вывел активы и уехал за границу. Долги остались на мне, — он замолчал. Стася сама не стремилась продолжить разговор. Нужно было обдумать услышанное. Голова же думать не хотела. Простуда мешала сосредоточиться. — Я говорю это потому что рано или поздно все вскроется. А я так понял, что ты уже несколько раз обжигалась. Мы ведь просто можем общаться?

— Просто общаться я согласна, — сказала Стася. — Только зачем тебе это?

— Почему бы и нет? Мы с тобой свободные люди. Без семьи. Живем в одном городе. Ты не приходишь в ужас от Балбеса. А это редко встретишь.

— Балбес — удивительный пес. Говорят, что животные часто отражают характер их хозяев.

— Я не настолько дурной, как он, — усмехнулся Миша. — Значит ты не против, если я завтра в гости заеду?

— Не против. Заезжай. Пообщаться можно, — согласилась Стася.

Ей он понравился. Только понять чем, было сложно. Может прямотой, которая подкупала? Если бы он начал скрывать, юлить, врать, то это отвернула бы сразу. А здесь человек прямо признавал свое поражение, но он не сдался. Это было необычно. Человек с такими проблемами должен был начать пить, думать о конце жизни, а Миша жил так, словно у него проблем не было, хотя он и не отрицал их. Стася решила, что дружить с ним можно, но не больше, да и не хотела она большего.

Лето было теплым и ласковым. Временами жарким, временами грустным из-за дождя. Стася почти все свободное время проводила с Мишей. Они много общались. Гуляли с Балбесом, которого Стася сократила до Балба. Это было приятное время. Светлое. Хотя спокойствие не возвращалось.

— Порой мне кажется, что я иду по дороге не в ту сторону. Просыпаюсь посреди ночи в холодном поту и долго не могу уснуть. Все снится, что я иду по дороге, которая ведет в никуда. Приснился бы нужный путь. Вместо этого снится всякая ерунда, — сказала Стася. Они шли по полю. Высокая трава была по пояс. Пес бегал кругами на длинном поводке. Светило солнце. Чего еще можно желать? Но вся эта картинка казалась фальшивой. Нереальной.

— Это все ерунда. Не забивай себе голову, — отмахнулся Миша.

— Надеюсь, — ответила Стася.

Прошло больше месяца как они встречались. Вова больше не появлялся в ее жизни. Не звонил и не приезжал. Один раз она встретила его в городе. Еле сдержала смех, когда Вова быстро перешел дорогу, чтоб с ней не столкнуться. Стася подумала, что он испугался ссоры с ней. Решил, что она начнет выяснять отношения на глазах у всех. Зачем ей такая слава? Чтоб потом весь город судачил? Глупо это.

С Мишей они только дружили. Ни с его стороны, ни с ее попыток перевести дружбу во что-то большее не было. Миша понимал, что она не согласиться с ним заводить отношения. Не такой он был завидный жених, а Стаси это было не нужно. Ей вполне хватало просто общения. К тому же после Вовы она окончательно убедилась, что больше страсти ей не получится испытать. Поэтому она оставила все попытки и надежды наладить личную жизнь.

— Поедешь в выходные на озеро купаться? — предложил Миша.

— Поеду. Только ты вроде хотел подработать?

— Всех денег не заработаешь. Нужно иногда и отдыхать, — ответил он.

Все было хорошо. Жизнь налаживалась. Она пришла в то русло, о котором так долго мечтала Стася. Боль начала утихать. Раны, что оставила обжигающая страсть, почти зарубцевались. Мысли о ребенке посещали ее все реже. Жизнь входила в прежнее русло. В то, где не было Мирона. Недаром говорят, что время лечит от любых чувств. Только где-то на подсознание Стася понимала, что чего-то было не так…

Она бежала по дороге. Кого-то догоняла. Он был там, в конце пути. Тот человек ее ждал. А она, глупая, все не понимала. Искала кривые дорожки. Сворачивала на другие пути. Он же ее ждал. Все это время. Ждал, когда она поймет. Быть счастливой. Стася хотела обычного счастья. Чтоб был любимый рядом, теплый домик, детский смех. Это надо было записать в блокноте с осенними листьями. Осень — это не значит, что будет обязательно дождь. Говорят, что осенью природа умирает. Нет, она лишь засыпает до своего часа.

Сон прервался. Пришла боль. Стася хотела закричать, заплакать, но не получилось. Слабое мычание. От этого она проснулась.

Темно. Стася вытянула руку. Нащупала стену. Каменный мешок. Темный каменный мешок. Но она лежала в кровати. Вокруг веревки, которые мешали шевелиться. Стало страшно. Из-за пересохшего рта кого-то позвать она не могла. Рука с трудом шевелилась. Вторая была крепко привязана. Веревки. Тонкие веревки и темнота. Оставалось только водить пальцами по холодной каменной стене.

— Проснулась? Станислава, ты меня слышишь?

— Да. Пить хочу, — прошептала Стася.

— Сейчас дам тебе воды, — ответила женщина. Она говорила так, словно Стася плохо слышала, поэтому искусственно повышала голос. Еще она говорила нарочно бодро.

— Спасибо, — прошептала Стася. Голос сиплый, чужой. Но хоть пропало ощущение песка во рту.

— Полежи пока, а я доктора позову, — сказала женщина. Доктор. Темный каменный мешок оказался больницей.

— Как самочувствие? — другой женский голос. Он отличался от первого. Строгий, сухой, сдержанный.

— Где я? — спросила Стася.

— В больнице. Так, больно?

— Больно, — почувствовав укол в ногу, ответила Стася.

— А так?

— Тоже.

— Замечательно. Пальцами пошевелить можешь? — спросила врач. Стася пошевелила пальцами на ногах и руках. — Молодец. Имя, фамилию помнишь?

— Помню. Почему темно?

— Потому что ты попала в аварию. Это осложнения, — спокойно ответила женщина. Она словно чего-то записывала и отвечала мимоходом.

— Варвара Андреевна! Там…

— Иду. Пока отдыхаем. Потом подойду чуть позже.

Авария. Стася ее не помнила. Она лежала и пыталась вспомнить. Заболела голова. Надо было позвонить маме. Сказать, что с ней все хорошо. Только телефона нет.

— Я поставлю капельницу. Рукой шевелить не надо, — сказала медсестра бодрым голосом.

— Мне надо маме сказать…

— Она знает. Вот переведут в палату, тогда и увидитесь. Пока надо отдыхать.

Надо отдыхать. Стася попыталась уснуть, но не получилось. Оставалось только водить пальцами по холодно стене штукатурки. Неровная и холодная. Рядом что-то пикало. Почему-то она вначале на это не обратила внимание.