Чтение онлайн

Кэтрин широко раскрыла свои серые глаза:

— Он вас поцеловал? — Дженнифер кивнула. — Грей вас поцеловал? Мой брат? Ваш муж? Тот самый Грей, который целыми днями угрюмо сидит у себя в кабинете? Невероятно!

— Может быть, в это трудно поверить, из так оно и есть. Грей целовал меня, и мне это понравилось. А я буду всячески провоцировать его на это и в будущем. Но определенно, Грей не стал бы целовать меня, если бы уже успел связаться с какой-либо другой женщиной. И у меня только один выбор — добиться, чтобы он не сближался с другими.

— Но, Дженнифер… — Кэтрин замолчала, лихорадочно пытаясь найти какие-то возражения. — Он может появиться в своих излюбленных местах, где джентльмены играют в кости и пьют эль. Вы же не можете войти в комнату, где одни мужчины? Не можете. Получился бы форменный скандал.

— У меня есть план.

— Но… — Кэтрин вдруг замолчала, увидав упрямство в глазах подруги. — Ну, хорошо, если вы решили ехать, то я не могу вас остановить.

Дженнифер улыбнулась:

— Ну, тогда будем укладывать вещи.

Кэтрин с ужасом взглянула на нее и поднялась на ноги.

— Вы что, хотите, чтобы я поехала с вами? — Ну конечно, — рассудительно ответила Дженнифер. — Я заблужусь, если поеду одна. Кроме того, одной ехать весьма опасно.

— Ничуть не опаснее, чем вдвоем, если эти двое — женщины.

— Мы возьмем с собой рабов. Пожалуйста, Кэтрин, я не хочу без вас ехать.

Дженнифер устремила на нее такой умоляющий взгляд, что та сразу же сдалась:

— Я поехала бы, Джен, но… не могу ехать верхом: Моя нога…

— А мы возьмем экипаж, — урезонила ее Дженнифер. — Дорога в Уильямсбург достаточно широка, мы спокойно доберемся до города.

— Нельзя ехать в экипаже в такое время года, — возразила Кэтрин. — Часто идут дожди, и колеса будут вязнуть в грязи.

— Тогда поедем верхом, — решила Дженнифер. — Грей говорил, что вы повредили ногу, когда упали с лошади. И сказал также, что вы были хорошей наездницей, а теперь просто боитесь.

Глаза Кэтрин гневно блеснули, как и ожидала Дженнифер.

— Как бы не так! Я ничего не боюсь, и вы прекрасно знаете это.

Дженнифер не сомневалась, что Кэтрин примет ее вызов: эти Грейсоны так горды!

— Ну, так докажите это, и поедем верхом в Уильямсбург вместе.

По правде говоря, Грей не ошибся: Кэтрин смертельно боялась лошадей. Но она дорожила дружбой с Дженнифер, а потому поняла, что и впрямь Грей рассердится, когда увидит в Уйльямсбурге свою жену. Нет, она не может оставить Дженнифер один на один с его яростью.

Вот поэтому две уставшие и пропыленные дамы с небольшим эскортом из трех рабов четыре часа спустя въезжали в столицу колонии Уильямсбург. Дженнифер оглядывалась по сторонам со все возрастающим интересом.

— Какой он большой! — восхищалась она.

Но на самом деле, по английским масштабам Уильямсбург был совсем маленьким городком. Здесь проживала примерно тысяча человек, включая и рабов, которые составляли около половины населения города. Дважды и год, когда проводились судебные заседания, население города на время удваивалось, а в любое другое время множество домов здесь пустовало. Плантаторы также держали здесь свои дома на всякий случай, поэтому город выглядел боль не, чем был на самом деле.

Уильямсбург был построен в прошлом столетии на водоразделе рек Джеймс и Йорк и был небольшим поселением под названием Средняя Плантация. Когда стало ясно, что Джеймстаун, построенный на болотистом и подверженном малярии острове, оказался неподходящим и нездоровым местом для столицы колонии, она была перенесена сюда, и город переименовали в честь короля.

Маленькая процессия медленно двинулась по главной улице длиною в милю. После сильного дождя улица становилась такой грязной, что, казалось, имеет и милю в глубину. На западной оконечности улицы стоял колледж Уильяма и Марии, богословской школы. Здесь получали образование большинство сыновей плантаторов, хотя лишь очень немногие отваживались задерживаться здесь, чтобы получить степень. Многие ограничивались лишь начальными знаниями, необходимыми для культурного джентльмена, и снова возвращались на плантацию. В конце улицы стоял Капитолий, а по сторонам стояли небольшие, обитые тесом дома, аккуратно побеленные, и большие кирпичные здания, хотя ни одно из них, как с гордостью заметила Дженнифер, не могло сравниться ни красотой, ни размерами с Грейхевеном. Перед каждым домом, согласно городскому заколу, была огорожена площадка по меньшей мере в полакр, засеянная травой.

Приближаясь к Капитолию, она почувствовала неприятный запах, который витал в воздухе. Проведя всю жизнь в деревне, она и не представляла, как пахнут выделения тысяч людей и лошадей. Повсюду виднелись большие кучи навоза, а вот в доме напротив открылось окно, и раб в домашнем колпаке вывалил прямо на улицу содержимое мусорного ведра.

Дженнифер отметила про себя, что в этом городе нельзя ездить под окнами.

Увидев выражение ее лица, Кэтрин улыбнулась:

— Просто отвратительно, не так ли? Мне никогда не нравился город. Зимой, правда, эту вонь еще можно перенести, а представляете себе, какой запах здесь царит в июле?!

Дженнифер поблагодарила Бога, что сейчас всего только январь. Потом ее внимание привлекло здание слева. Остановив лошадь, она кивнула:

— Кэтрин, посмотрите!

Слева распростерлась зеленая лужайка, на которой паслись овцы, но отнюдь не идиллическая красота привлекла внимание Дженнифер. Позади лужайки находились чугунные ворота, охраняющие подъезд к самому удивительному зданию, которое когда-либо видела Дженнифер. Оно было даже красивее Грейхевенз.

— Кто здесь живет? — с интересом спросила она.

— Это резиденция губернатора, — объяснила Кэтрин.

— Выглядит прямо как дворец, — в восхищении произнесла Дженнифер.

— Некоторые так ее и называют.

Впрочем, на Кэтрин этот дворец не произвел особого впечатления, потому что ей доводилось видеть даже двухэтажные дома, и она послала лошадь вперед. Дженнифер покорно последовала за ней.

Они проехали мимо другой лужайки, где царило небывалое оживление. Здесь люди продавали и покупали разные разности, от дров до продуктов. Дженнифер никогда в жизни не видела столько народу. По пути она заметила среди домов множество лавок и таверн. Без сомнения, Грей остановился в одной из них. Но в какой именно? Она задала этот вопрос Кэтрин.

Та пожала плечами:

— Мне кажется, он всегда останавливается в таверне Роли, неподалеку от Капитолия. Грей, правда, никогда не говорил мне об этом, я просто догадываюсь по некоторым его словам. Он любит цитировать надпись на латыни, начертанную в одной из комнат: «Hilaritas sapientiae et Ьопае vitae proles».

— А что это значит? — заинтересованно спросила Дженнифер.

Только недавно выучив английскую грамоту, она, естественно, ничего не понимала по латыни. Да знание латыни и не требовалось для настоящей леди. Важно было лишь понять смысл этого изречения.