Свет юности [Ранняя лирика и пьесы]
Шрифт:
Вадим делает знаки Дмитрию, мол, нельзя.
ИНЕССА Расскажешь? Ладно. Вадим, я вижу, вижу. Успокойся!Входит Григорий, и все, кроме Нины, усаживаются за стол пить чай. Нина расхаживает одна в другой комнате.
Сцена погружается в мрак. В окна ярче светят бегущие огни города.
Сцена четвертая
В кабнете поэта Григорий рассматривает книги у узкой в два ряда, но длинной на всю стену полки.
Инесса у себя за столиком готовится к урокам.
ГРИГОРИЙ Опять заснул. Живешь, как дармоед. А первый ненавидишь дармоедов! Вот мысли… и во сне вороньей стаей Слетаются и кружат, кружат, кружат Невидимо, неслышимо, но внятно. Проснешься — те же мысли вьются, вьются… Осенних листьев зимний вихрь над снегом, Бесплодное круженье, холод льдистый. Как быть? Ты начинаешь жить? Быть может, Уже все кончено, и умирать Пора. Я не боюсь. Мне страх неведом. Мне только жаль, мне страшно жаль себя. ( Листает книгу.) ИНЕССА Мне парень нравится определенно. Живет у нас, живет, как мышь, неслышно. Глядит на нас — на брата, на меня — Влюбленными глазами и смеется Всему, что хоть немного, а смешно. Так странно иногда глядит… как Дмитрий. Смеется иногда, как Дмитрий. Голос Его порою зазвучит, как будто Мой Дмитрий вдруг вошел и говорит: «На улице весна! Идем гулять». ГРИГОРИЙ Брат приютил тебя. Сестренкой старшей Жена его взглянула, приласкала. Казалось, я спокоен, счастлив я. Нет, я, как мамонт, погружаюсь в сон. О, если бы не сны, но вечный мрак. Я спать хочу, хочу не просыпаться, Я думать не хочу. ИНЕССА Не знаю, может быть, чем черт не шутит, Мне как-то и нестранно в этой мысли: Пришел бы он и взял меня, как Дмитрий. Что это было б? Я не знаю. Верно, Все дело в том, как бы случилось это, В словах и жестах… Перестань, Инесса. О чем ты думаешь? Когда ты знаешь, Что это вздор и просто глупо, глупо. Но жаль его мне. ГРИГОРИЙ Здесь столько книг! Всегда был жаден я До книг. Я многое узнал впервые. Но из всего я вынес только то, Как далеко ушел вперед мой брат. Ему всегда везло. Счастливчик Дмитрий! Пусть я никто, великим будет он! Хотя фамилию он взял другую, Но он — мой брат! Я рад! Я рад! И я решил прожить остаток дней Спокойно, жизнью наслаждаясь в книгах Толстого, Достоевского, Шекспира. Я этой мыслью счастлив был три дня. Но Нина Кузьмина вошла, взглянула, Мне руку подала и засмеялась, Запела… Обещала больше счастья, Чем слава Дмитрия и красота Сестры Инессы! Синяя над лесом даль — Вот Нина Кузьмина. Меж нами горы. Я бы прошел весь этот трудный путь, Коль начал раньше. Нынче, может, поздно. Ты очень болен, полное ничто, И умирать пора.Порывисто выходит к Инессе. Его лицо получает невольно невинное детское выражение.
Нет, я б не мог учителем работать, Из года в год твердить одно и то же. ИНЕССА Мне мама это прежде говорила. Я бы поверила ей наконец, Когда б учительницей не была. ГРИГОРИЙ Инесса вечно занята, а Дмитрий Свободен вечно. Разве хорошо? ИНЕССА ( мягко) Ты мне мешаешь. Подожди немного. ГРИГОРИЙ С утра он пишет часа три. Не сметь И радио включить, и рта открыть, И чайной ложкой в чашке не стучать, Ходить нельзя. А можно ли дышать? ИНЕССА Тут странного и трудного ведь нет. Возьми и почитай. А не сидится — Поди и погуляй. ГРИГОРИЙ Итак, он кончил. Теперь ему движенье подавай, И всякий шум… Идет в кино один, Идет на выставку картин в музей, Бродить по петербургским закоулкам… ИНЕССА У каждого свои привычки. Впрочем, Тебя-то что тревожит, не пойму? ГРИГОРИЙ С тобою он нетерпелив и резок. ИНЕССА Лишь иногда. И он таков со всеми, О ком болит его душа. Ты вспомни, Едва приехал ты, тебе попало. И поделом. Еще ведь попадет. ГРИГОРИЙ Я о тебе, Инесса, беспокоюсь. А я всего лишь гость. ИНЕССА Ты добрый малый!Звонок.
ГРИГОРИЙ ( вздрагивает) Инесса, это телефон? ИНЕССА Нет. Дверь. Пожалуйста, поди открой.Поделиться с друзьями: