Чтение онлайн

– Конечно, конечно, моя дорогая, – выдохнул Арнольд Самуилович, и со счастливой улыбкой вновь откинулся на спинку кресла. Его веснушчатая рука, немного задержавшись на подлокотнике кресла, упала на левое колено Клары.

Арнольд Самуилович Упёртый летел на отдых.

Полет продолжался. Арни втянул воздух ноздрями и почувствовал аромат духов и ощутил влияние феромонов от сидевшей рядом Клары. Он всегда успокаивался, когда рядом с ним была эта женщина – синоним постоянства и удачи в его жизни. Клару Органовну Сущую тоже устраивал Арнольд Самуилович: ничего особенного не требовал, осуществлял свои шалости быстро и ненадоедливо, щедро одаривал разными безделушками типа брюликов и не следил за нею. А надо было бы.

Клара Органовна очень хорошо исполняла свою роль референта и покорной наложницы, но у нее была своя тайна, о которой, прочем, до поры до времени мы не скажем – время еще не пришло. Кларе недавно исполнилось 29 лет, росту в ней было около метра семидесяти, роскошная грудь всегда выглядывала из глубокого декольте ее любого одеяния – будь это платье, блузка или что-либо другое. Медно-рыжие волосы волнами спускались на ее плечи, бриллиантовые сережки в маленьких прелестных ушках подчеркивали красоту ее зеленых глаз, закрытых сейчас по случаю сна. Ей тоже снился сон, но он существенно отличался ото сна Арнольда Самуиловича, скажем, как самолет на реактивной тяге отличается от самоката.

Но вернемся к Арни: Президент корпорации «ПоСтройка» медленно и привычно погружался в продолжение своего прерванного сна. Вы думаете, он очень хотел этого? Да кто-ж его спросил, и продолжение неумолимо последовало.

В части второй этого сна, наконец, появился звук – стерео, Dolby Surround, с расширенной базой звучания. Будь зрители рядом – они оценили бы это качество. Но никого не было рядом, лишь Арни медленно вставал в туче поднявшейся вокруг него пыли. Тем, кто не видел первой серии, скажем – Арни упал на мягкую пыльную дорогу по пути следования за бутылкой водки в винно-водочный магазин.

Встав на ноги, Арни тут же посмотрел на свой кулак – пять рублей по-прежнему торчали из него, напоминая о том, что надо стремиться к цели. И уже неважно, что вспотевшее его лицо было в пыли, так же в пыли была вся его одежда: Арни уже поднимался на крыльцо Сельпо и открывал дверь в магазин.

Магазин был пуст и прохладен, за стойкой в ожидании посетителей полустояла – полулежала Легонтина Савельевна, возложив свою гордость – обширную грудь на половину прилавка. За ее спиной на полочках стояли ряды спиртного – разного всякого. Там были и искомая Арнольдом водка «Московская» с зеленой этикеткой за 3 рубля 62 копейки, гордо стояла «Столичная» за 4 рубля 12 копеек, «Сибирская» водка удивляла своей дороговизной в 6 рублей 20 копеек и картинкой тройки лошадей на этикетке. Стояли там и вина, особенно востребованные советской молодежью, например «Плодово-ягодное (плодово-выгодное, как шутили его поклонники) вино» за 1 рубль 2 копейки, портвейн «Кавказ» за 2 рубля 33 копейки. Короче говоря, это великолепие завораживало неискушенного посетителя. Но не Арни: он твердо знал, за чем пришел сюда.

Подойдя к прилавку, Арнольд невольно скользнул взглядом по ложбинке груди Легонтины Савельевны, в ложбинке он увидел золотую цепочку. Что там висело и висело ли что-либо вообще на ней, ему увидеть было не дано – сие было тайной. Оторвавшись от лицезрения прелестей Легонтины, Арни окинул взглядом ряд бутылок и, найдя искомую «Московскую», разжал потный кулак и с гордостью кинул «пятерку» на прилавок:

– Мне, водки, «Московской», за три шестьдесят две и колечко «Краковской» (Хряковской – как ее иногда называли шутники).

И тут Арни услышал какой то стук, это было похоже на стук костяшек руки по двери в знак обозначения желания войти. Он посмотрел на Легонтину и ничего в ее ясных глазах не увидел: продавщица ничего не слышала. Стук продолжался уже настойчиво и более громко, мягко всхлипнув, Арнольд Самуилович проснулся, лоб его был в поту, бутылка водки, обретённая во сне, выпала из рук, превратившись на лету в привычную «Виши», и жидкость беззвучно орошала пол в салоне самолета.

Над ним стояла Клара и промокала его лоб влажной салфеткой:

– И далась тебе эта водка, лучше думал бы о чём другом – например, о здоровом образе жизни, – в сердцах выдохнула Клара.

Арни ничего не сказал. Действительно, этот сон уже много лет отравлял ему жизнь, но сделать было ничего нельзя – лучшие психотерапевты и сомнологи исследовали его случай с нулевым результатом.

– Да, кстати, что там у нас с доходностью наших акций? – вдруг ни с того, ни с сего вопросил Арнольд Самуилович уже более твердым голосом.

– Арни, дорогой, успокойся, об этом ли тебе надо говорить на отдыхе? Пойдем лучше в бар – выпьем чего-нибудь, сока, например, – предложила Клара.

Оживившись, Арни вызволил из мягких глубин кресла свое грузное тело. Вектор движения указывал на бар: Арни всегда достигал своей цели. Президент корпорации продолжал свой полет на отдых.

Помимо того, что Арнольд Самуилович неплохо управлял своей строительной корпорацией, успешно зарабатывая на государственных и частных заказах, он очень любил скачки и практически не пропускал ни одного забега с участием своих любимцев – жеребца Алмаза и кобылки Звездочки. Для каждой лошади он установил свою личную стипендию и ежемесячно доплачивал владельцу конюшни Зурабу Нугзаровичу Шаташвили некую сумму, о размерах которой никто ничего не знал. Но то, что она была немаленькой – не сомневался никто: Арнольд славился широтой души, конечно, в пределах возможного, и с учетом обстоятельств.

Клара Органовна всегда сопровождала Президента на эти скачки, поскольку жадно впитывала в себя бурю эмоций от простых зрителей и игроков. И не одна она приходила сюда именно за этим. Ну и случай покрасоваться в кругах высших чиновников и олигархов тоже использовался для получения заказов для компании. По какой-то причине, мы даже не предполагаем по какой, Клара получала значительно больше заказов для компании своего шефа, а именно, от заместителя министра строительства столицы Игоря Христофоровича Феодоровского. Возможно, это случалось именно потому, что Феодоровский – красивый, статный собой, высокий брюнет с голубыми глазами не пропускал ни одной юбки. А уж если он ощущал жгучесть и огненность собеседницы – тогда каждая деловая встреча с дамой непременно имела продолжение в постели (ну, или окончание – как масть ляжет). Но не будем об этом сейчас, поскольку речь пойдет об изумительной везучести Арнольда Самуиловича на скачках: никто уже не припомнит: когда он в последний раз крупно проигрывал свою ставку. Да и о размере его выигрышей в среде лошадников ходили легенды, мало того – налоговая служба тоже криво посматривала на столь успешного игрока: теория вероятности не допускала неоднократного попадания в яблочко – и каждый раз.

Конечно же – это были всего лишь слухи, были у Арнольда Самуиловича промахи. Были. Но точно об этом никто не знал, поскольку иногда ставки делались через подставных лиц. Выигрыши всегда выпячивались, а проигрыши – замалчивались. Ну, а уж истинная правда не известна была никому, кроме самого Арнольда и его Кларочки.

А еще поговаривали, что что-то здесь было не то, или не так. Ходили пересуды, что неоднократные налоговые проверки не показали никаких отклонений, и каждый раз Арнольд выходил сухим из воды.

Вот за что его, не красавца, обожала Клара Органовна, жена и дети тоже были довольны! Ну, успешен их любовник, муж и отец, ну и что? Ну, повезло ему с интуицией, но это же вещь неизмеряемая, и купить ее за деньги нельзя, думали завидующие ему коллеги.

Но он еще не знал, что купить то, что называется интуицией, или нет – не интуицией, а информацией о будущем событии, как оказалось можно.

– Ах, ты мой толстячок, – говаривала, бывало, Арнольду его возлюбленная Клара опосля плотского удовольствия. При этом она ласково похлопывала Президента по арбузному пузику.