Чтение онлайн

— Или что? Ты простая девчонка, да еще и, — он задумался на секунду, словно проверял мое тело на наличие и объем магии, — пустышка! Кто сказал, что ты опасная или хоть чего-то стоишь? Для кого опасная? Для маленьких детишек или для зайчиков в лесу? Ты мне ничего не сделаешь, даже если пожалуешься уважаемому Виркуру, а это все, на что ты можешь быть способна! — Он замолчал, склоняясь ниже так, чтобы следующие его слова могла услышать только я: — Искусная малышка Риттан, ведь вас именно этому учат, да? Скрашивать короткие ночи, доносить и вертеть своими жертвами, ох, прости, женихами?

Я еще не успела осознать, что делаю, а моя рука метнулась вверх, и обломанные за несколько непростых дней, проведенных в бегах, ногти, вонзились парню в незащищенный, а с этого расстояния еще и такой доступный кадык, должно быть, причиняя сильную боль.

Он дернулся, а та ладонь, что секунды назад держала меня за предплечье, заискрилась красным. Парень, я сейчас я, наконец, поняла насколько он молод, демонстративно приподнял руку, хвастаясь еще ласковым, трепещущим на ней пламенем. Кто-то ахнул, а горничная, что так опрометчиво предлагала мне свою помощь, взвизгнула, отскочив от нас.

— Даже так? — ответила ему со смешком, криво улыбнувшись и переведя взгляд с огня на его лицо. — Ты серьезно угрожаешь мне, как ты сказал, «пустышке»? Или это для самозащиты? Так боишься меня, простую девчонку, что даже к магии обратился?

— Я. Тебя. Не боюсь, — выделяя каждое слово, произнес он, склоняясь ниже и сильнее стискивая мое плечо рукой. Ладонь второй сжалась в кулак, схлопнув сгусток ярко-алой магии и разбрызгав вокруг огненные искры.

— Хватит уже, Тор!

— Ага, — кивнула ему и, продолжая удерживать за горло, прошептала: — прекрати, подожми свой хвостик и марш на коврик у моей двери, песик.

— Тварь! — выдохнул он мне в лицо. — Я тебя голыми руками сделаю!

— Тор, хватит! — Второй страж, однако, не двинулся с места. — Живо вернись сюда! Уважаемая, вы должны вернуться в ваши покои! Сейчас же!

— Ага! — шепнула своему оппоненту и еле слышно свистнула, подражая звуку, которым охотники призывают своих гончих.

В следующую секунду кулак парня впечатался в дверь, желая меня по ней размазать. Я же к тому моменту переместилась в сторону, продолжая удерживать его за горло. Обогнув одним молниеносным движением молодого мужчину, оттолкнулась от пола и запрыгнула ему на спину, обхватывая его горло второй рукой.

— Прекратите! — выкрикнул другой страж, судя по всему, бросившийся к нам, но, к моему удивлению, получив удар в челюсть от моей жертвы, отлетел обратно. Вот теперь вокруг поднялся такой гомон, визг и грохот, что даже уши заложило.

— Не лезь! Я сам урою эту мерзкую тварь!

Схватив меня за руки и сжав кисти с такой силой, что еще секунда, и я бы услышала хруст собственных костей, страж оторвал их от своего горла, орошая костюм своей кровью, и сдернул меня со спины, впечатав в стену. От удара из моей груди вырвался с жутким звуком воздух, а голова взорвалась миллионами искр.

— А-а-а-а! — Противный визг слышался, казалось, со всех сторон, оглушая меня и дезориентируя. Интуиция или выработанная за многие годы привычка заставила отклониться в сторону как раз вовремя, так как мощный кулак стриженного выбил сноп красных искр из того места, где только что была моя голова.

— Ненавижу! Ненавижу! — нанося один удар за другим и каждый раз, не попадая в цель, рычал, будто выплевывал, страж. — Тварь изворотливая! Ненавижу! Тебя не должно быть тут! Не ты! Не ты! Не ты…

Каждое новое слово сопровождалось очередным ударом, но, как и раньше, каждый такой удар не достигал своей цели. Я, уже собравшись и сфокусировавшись на оппоненте, вертелась, словно дикий кролик, избегая его прямых ударов. При этом мои короткие атаки всегда достигали цели и доставляли ему немало страданий.

В очередной раз, прошмыгнув под его руками, выпрямилась, размахиваясь, и выкрикнула, перебивая его рваную речь:

— Только не говори, что сам метил на место в его постели, песик!

Жуткий грохот и рык, а затем меня просто смело с места неудержимым разгневанным ураганом:

— Тварь!

Вжав меня в стену, маг занес кулак для финального, и тут я была уверена, что точного удара, когда рядом с нами раздался новый грохот, который, как я догадалась позднее, оказался звуком ударившихся о стены створок, и рык:

— Не сметь!

Мага, все еще прижимающего меня к стене, сдуло в сторону золотым вихрем, а я, позволив себе расслабиться, попыталась сползти на пол. Правда, сделать мне это не позволили, тут же подхватив на руки. Над самым ухом послышался грозный приказ Виркура:

— Этого убрать. Вертус, на место. Ты, — судя по всему, последнее было обращено к одной из поскуливающих с перепугу девушек, — за мной.

После этого Виркур развернулся и, чеканя каждый шаг, направился на мою половину покоев. Зайдя в спальню, осторожно уложил на кровать и оглянулся на замерших за его спиной девушку и того самого Вертуса.

— Какого темного вы устроили? Что произошло?

— Я, — подала голос, привлекая его внимание, — просто хотела найти вас, у меня было срочное дело.

— И что, настолько безотлагательное, что вы разнесли общий зал и перепугали слуг? — воскликнул Виркур.

— Это Тор, он приказал ей вернуться, но она настаивала, а потом что-то произошло и…

— Вы здесь для того, чтобы ее защищать! А не вот это все! До свадьбы осталось всего ничего, а вы!.. — он резко развернулся, глаза мужчины расширились в ужасе. — Детка? Он, этот мелкий сученыш?..

Его взгляд непроизвольно переместился с моего лица на живот, и все тело светлого вспыхнуло золотом. Девушка в очередной раз испуганно взвизгнула, а я, порядком уставшая от этого противного звука, тут же мотнула головой.

— Вот еще! Нет, он… — я запнулась. — Уважаемый, он ни разу не смог достать меня.

Лицо светлого озарилось гордой улыбкой, и мне показалось, что он вот-вот произнесет что-то вроде: «Моя девочка!», но не сделал этого. Погасив вызванную приступом ярости силу, Виркур снова обернулся к своим подчиненным.

— Этого наказать за нападение на мою невесту. Как полагается. А ты, — он обратился к девушке, — позови-ка старуху.

— Ой, — пискнула та и, кивнув, скрылась с наших глаз. Вслед за ней комнату покинул и страж, бросив на меня неодобрительный, даже какой-то обвиняющий взгляд.