Чтение онлайн

Каратель окинул быстрым взглядом зал, пересчитал тела павших ниндзя и кивнул.

— Внушительно, — произнес он.

Двое ниндзя атаковали его одновременно. Но Фульк действовал быстро. Шаг вперед, прямо под меч, быстрый удар дагой. Первый из нападавших упал. Фульк скрылся в отбрасываемой им тени — и тут же появился за спиной второго. Короткий укол шпагой вслед — и второе тело на полу.

— Стоять, — рявкнул Хирото, и его бойцы замерли.

— Они живы, — произнес Фульк. — Но следующих, кто попытается выкинуть подобное, я убью.

— Еще один бессмертный, — произнес Хирото, заметив, как быстро затянулся на руке Карателя порез, оставленный мечом первого нападавшего.

— Фульк Диэс. Город Ангелов. Иллюминат. Каратель. — Короткие, рубленые фразы.

— Здесь больше бойцов, чем было нужно каждому из вот этих бессмертных для смерти. — Дзенин поставил ногу на одну из коробок.

— Ты прав. Они сильнее, быстрее, но вас больше. Я отличаюсь от них тем, что свое превосходство в скорости могу использовать для того, чтобы уйти в Тени. Хочешь меня там поискать?

— Я согласен, что ты опаснее всех них, вместе взятых. Зачем ты пришел?

— Я пришел потому, что мой наставник сказал: Хирото достоин разговора.

— И кто твой наставник, юный Фульк?

— Тот, кому ты не побоялся выйти навстречу, когда, убив прежнего дзенина, он спросил, кто здесь главный. В тот день ты сказал ему слова, которых не слышали твои люди.

— И что это были за слова? — Хирото утратил свое обычное спокойствие. На его висках выступил пот.

— Ты сказал: «Я стар, но не устал от жизни, ты молод — и не изведал ее. Ты хорошо научился выживать. Поделись немного со мной своей живучестью. Оставь мне жизнь, и тогда я смогу остановить свой клан, жаждущий твоей крови».

— Все так, слово в слово. — Хирото склонил голову. — Выходит, твой наставник — мертвец?

— Смерть тела — не есть настоящая смерть. Я предлагаю тебе поделиться моей живучестью.

— Щедрое предложение. Зачем ты пришел? — повторил Хирото.

— Вы неплохо справились. Гораздо лучше, чем те, кто явился за жизнью Агия. — Фульк проигнорировал вопрос.

— Во всем есть свои мелочи. Я понял, голову нужно оставлять напоследок. У бессмертного два уязвимых места — голова и сердце. Но они же могут восстанавливать друг друга. Первым нужно убить сердце. Тогда сумбур мыслей и паника не позволят голове эффективно управлять телом. Если же разрубить голову, сердце, освобожденное от ее уз, начнет действовать, повинуясь лишь инстинктам. Тогда шансы на выживание значительно повышаются.

— Я хочу убедиться, что ваши знания не обратятся против нас, — произнес Фульк. — Ты сам знаешь, кто сказал мне, что твоему слову можно верить. Что ты будешь делать дальше?

— Жить, — просто ответил старик. — Я не жажду геройской смерти в бою. То, что произошло здесь, — лишь исполнение Клятвы на крови. Эта клятва позволила моему клану вырваться с Плутона. А теперь мы свободны. Я не пойду против Города Ангелов. Вы еще слишком молоды, чтобы вас можно было убить столь же легко, как Синод или Конклав. И за вами стоят те, кто вас любит. А за ними стояли лишь те, кто их боялся.

— Помни эту встречу и мои слова, — тихо произнес Фульк. — И если кто-то из твоих людей когда-либо поднимет руку на любого иллюмината, лучше, если первым они убьют меня, потому что в противном случае я вас уничтожу. Это — не угроза. Лишь предупреждение.

— Между нами нет войны, и я не хочу, чтобы она началась.

— В таком случае заканчивайте здесь побыстрее и уходите. Скоро здесь станет жарко и весьма непросто выжить.

— Я не скажу этого Мираклу, — пообещал дзенин.

— Это не имеет значения. Прощай, Хирото, надеюсь, навсегда. — С этими словами Фульк растворился в Тенях. А через миг на головы членов Синода обрушились нагинаты.

Хирото нанес удар до того, как начался штурм. Он верно рассчитал, что как раз в этот момент бессмертные наиболее уязвимы. Есть предчувствие опасности, но каждый понимает, что связано оно с той армией, что пришла под стены Небесного Престола. И никто не ждет ее поблизости. Синод забыл опасность Теней, которые, как говорил дядя Луи, есть везде.

В городе кипел бой. Это был самый странный бой в этой войне. Бывшие соратники обратили оружие друг против друга. Очень многие пали в самые первые минуты. Их били в спину, били во сне, набрасывались толпой на одного, загоняли в места, где неудобно держать оборону. Тех, кто пытался улететь, били из луков и арбалетов, сгущали воздух и обрушивали огромным молотом им на головы. Простые жители города заперлись даже не в домах, а в подвалах. После потрясений, в результате которых Город Ангелов перешел в руки иллюминатов, а Райские Врата — друидов, в каждом доме был выкопан небольшой погреб, где держались запасы еды и воды, где можно укрыться тем, кто далек от войн высших, пока наверху бушуют стихии и мечи.

А мечи бушевали, подобно молниям в самую ужасную грозу. Разрозненные отряды, оставшиеся верными Синоду, сумели кое-где объединиться и дать отпор предателям. Последние прорвались к воротам и открыли их Мираклу, но вместо многотысячной армии в город вошло не больше десяти тысяч плутонцев. Уличные бои приобретали все более затяжной характер. Сперва сторонники Миракла были легкоразличимы по черной повязке на правой руке. Однако черной ткани в городе хватало. Неизвестно, что первое пришло в особо умные головы: то ли снять повязки — людям Миракла, то ли надеть их — воинам Синода. И те и другие воспользовались этим, чтобы выдать себя врагу за союзников, подойти ближе и нанести удар в спину. Результатом стало лишь то, что каждый отряд теперь рубился против всех. Люди не доверяли тем, кого не знали в лицо, предпочитая убить союзника, чтобы случайно не подставить спину врагу. Плутонцам не оставалось ничего, кроме как продвигаться к Эдему одним отрядом, уничтожая всех на своем пути. Исключения делались лишь для тех, кого Миракл знал в лицо. И постепенно черное воинство пополнялось ангелами, архангелами, крестоносцами, которые бросались в бой в первых рядах и гибли во множестве. Таким образом, Воинство Небесное пожирало само себя.

Правда, со временем ситуация изменилась. Ближе к полудню трупов на улицах накопилось уже столько, что некроманты, входившие в отряд Миракла, сумели пустить оживших мертвецов в качестве авангарда и заслона для живых. Все это видел Фульк, пробираясь к воротам. Да, он мог себе позволить побродить по городу, посмотреть, послушать и собрать информацию, полезную для Бьярни. В конце концов, он ведь не только Каратель, но и лазутчик.

Он не искал ее, по крайней мере, так он говорил. Хотя и не отрицал, что девушка-ангел еще долго преследовала его во снах после той встречи в деревушке на границе земель Воинства Небесного, где сын Луи встал между ней и топором Бьярни. Может быть, это действительно судьба? Просто в каком-то тупике он увидел ее, узнал и не смог уйти. Она была одна. Их было пятеро. У каждого на правой руке — черная повязка. Она пятилась туда, где ее не могли бы обступить со всех сторон, грамотно отражая все атаки. Но в глазах девушки не было боевого задора — лишь тоскливая пустота.