Чтение онлайн

— Интересно… — протянула тсаревна, с отвращением глядя на недоеденный хлеб. — Спасибо тебе, Дэйя, очень познавательно.

Обе девушки развеселились, старательно отгоняя неприятные воспоминания последнего часа. Восстанавливающее зелье и небольшой перекус подействовали, вскоре тсаревна смогла встать и, смущаясь своего почти непристойного вида, прошлась, разминая задеревеневшие мышцы. Кроме них в лаборатории больше никого не было, только откуда-то снизу доносились приглушенные голоса.

— Пойдем, будем колдовать над твоим внешним видом, — Дэйя схватила светлую за руку и потащила через зазеркалье в свои покои. — У меня тут беспорядок, но ты не обращай внимания. Сейчас позову Стеллу, уж она в балах разбирается получше меня и мигом превратит тебя в красотку!

В компании рейвины события и комнаты сменялись с бешеной скоростью, наследница едва успела опомниться, как осталась одна в незнакомых покоях, а колдунья ускакала на поиски Моргановой матушки. Ох, не сломать бы ничего!

Девушка чуть не уселась на какой-то странный кристалл, затерявшийся в складках ткани на уютном кресле. Комната рейвины была оформлена в коричневато-зеленых тонах, на столе, кушетке, тумбочке у кровати лежали какие-то бумажки, заполненные расчетами и кривыми набросками, кучками лежали заготовки для амулетов, целые и поломанные предметы непонятного назначения, перья, камни и пучки трав. С люстры на потолке свисала странная конструкция из веревочек, палочек и загадочно мерцавших бусин, а в дальнем углу покрывалось пылью чучело какого-то зубастого крылана, вытаращившего на Соланж круглые злые глаза.

— Она здесь, — раздался голос рейвины из зазеркалья, а вскоре на ковер выпрыгнула и его хозяйка.

У тсаревны сложилось стойкое впечатление, что никаким другим образом передвигаться Дэйя не умела. Только прыжками или бегом, а еще она порхала или кружилась, словно легчайший из лепестков на ветру. Наблюдать за этим вихрем магии, темных кудрей и острых подростковых коленок было невероятно любопытно, даже как-то забывалось, что эта самая малышка своей силой могла разнести весь оплот по камешку.

Вслед за рейвиной из серых глубин зазеркалья вышла Стелла, со спокойным достоинством, как и полагалось даме ее положения и возраста. Солу поражала ее сдержанная красота, уверенность, которой не хватало самой тсаревне, умение одним словом усмирить взрывные характеры мужа и сыновей. Каштановые с рыжим отливом волосы без капли седины были сегодня красиво уложены вокруг головы наподобие короны, темно-серые глаза тут же с беспокойством обратились к Соланж.

— С вами все хорошо? Дэйя рассказала мне о покушении, чудовищное происшествие! — горячие ладони коснулись рук тсаревны, согревая взволнованную душу. — Мой сын обязательно разыщет виновного, кто бы им ни был. Но у нас другая забота сейчас, верно? Дэйя, девочка, прекрати суетиться! И принеси платье, которое приготовили для ее высочества на этот вечер. Не забудь попросить у Серко диадему, и поживей!

Саму девушку тут же усадили на стул, сунули в руки кубок с очередным горячим питьем, призванным восстановить силы, и Стелла, вооружившись гребнями и щипцами, начала колдовать над прической тсаревны. Странные ощущения нахлынули на светлую, почти нежность, будто ее собственная мама была в этот момент рядом.

— Скажите, Стелла, — спросила Сола, — почему у вас такие свелые глаза? Впервые вижу у кого-то в Сумрачном Эйде такой оттенок.

Она почти почувствовала, как женщина улыбнулась.

— А почему у тебя карие? — в свою очередь спросила она. — Это означает, что среди наших с тобой предков были духи. Отсюда особые магические способности и цвет глаз. Мой отец был духом ночи, от него мне достались чары сновидений, хотя старший сын намного превзошел меня в умении ими пользоваться.

— Но тогда это правда, что кто-то из моих родных был духом? — окончательно сбитая с толку девушка наконец-то сопоставила все эти разговоры с Кайсе и Уной, шепотки во дворце отца и темно-русые волосы матери, унаследованные Кираном. — Мама? Но как такое возможно? Она ведь была шейсой, отец всегда это говорил, и мама не отрицала.

— Вам виднее, — пожала плечами Стелла. — Но тсарица Леа была слишком необычной для шейсы, хоть мне и довелось видеть только ее портрет после визита в Алайю моего мужа и его величества Блайна.

— И магии никакой особенной во мне нет, — разочарованно протянула Сола. — Вообще ничего особенного во мне нет, кроме странных глаз.

Женщина мимолетно погладила тсаревну по щеке естественным материнским жестом.

— Есть, наследие духов обязательно проявляет себя. Просто, наверное, еще не пришло время. Лучше расспросить Кайсе, ей виднее будет.

— Заставила ты меня побегать, тетя! — в комнату снова ворвалась Дэйя, притащив с собой шелестящий ворох ткани. — Морган поднял на уши всех своих подчиненных, в оплоте идет тихая, но негласная проверка всех подряд, выясняют, кто имел доступ к покоям тсаревны или мог подложить ей в еду могильной травы. Мои маги доделали анализ и подтвердили то, что вычислил путем расспросов братец: это и впрямь был тот самый яд. На всякий случай введены повышенные меры безопасности и на сам бал, так что гостей вежливо, но настойчиво проверяют. Кстати, зал уже почти заполнен, сколько можно возиться с прической?

Сама тсаревна не слишком следила за временем, отдавшись в умелые руки, поэтому и не заметила почти часового отсутствия рейвины, наслаждаясь интересной беседой. Стараниями Стеллы светлая наследница была приведена в порядок, с помощью мерцающей пудры исчезла мертвенная бледность с лица, ярче стали губы.

За окном привычно и раскатисто загрохотал гром, а следом за ним ярко сверкнула молния, отразившись во вспыхнувших золотом топазах и бриллиантах бесценной диадемы. Сола не уставала удивляться мастерству ювелира, создавшего это воздушное чудо для кого-то из ее родственников много лет назад.

Наследницу заставили встать, аккуратно, чтобы не повредить прическу, одели в платье, затянули, зашнуровали облако янтарных кружев и шелка. Диадема легко и естественно опустилась на светлую голову, надежно закрепленная невидимыми заколками.

— Волшебная! — с восхищением улыбнулась девушке Дэйя, но отскочила от тети, вздумавшей навести порядок в ее собственных буйных кудрях. — Нет уж, сама заплету что-нибудь, спасибо!

Пока волшебница носилась по комнате, собиралась и искала предназначенное для вечера платье (оно каким-то чудом оказалось в ее экспериментальной башне на другом краю крепости), Соланж и Стелла продолжали беседовать. Под действием спокойной уверенности в голосе собеседницы, тсаренва практически успокоилась после пережитого происшествия и даже не думала о том, что произойдет в самое ближайшее время. До сих пор ей приходилось общаться, в основном, только с членами правящей семьи, а где-то в огромном бальном зале уже собрались сотни самых знатных дейминов, и еще неизвестно, как они отреагируют на появление подобной гостьи в сердце их любимой страны.

И вот они уже шли по туманному серому коридору зазеркалья в небольшую комнату, где собрались Найт, Зигмунд и остальные родственники правителя. Сола рассеянно посмотрела на свое отражение, но была слишком взволнована, чтобы заметить, насколько точно описала ее облик рейвина. Волшебная, тревожная красота, слишком чуждая всему окружающему, производила странное впечатление, но вряд ли найдется хоть кто-то, кто не заметит подобное видение из чудесной сказки. Испуганные глаза в обрамлении пушистых ресниц мерцали загадочным золотом, как и крошечные драгоценные камни в нитях, которыми были перевита сложная длинная коса тсаревны. Фактически, на ее теле не было ни единого украшения, кроме диадемы, но этого было более, чем достаточно. Завершало образ почти строгое янтарное платье с малахитовой отделкой, и нигде в Сумрачном Эйде Соланж не видела, чтобы использовали такие оттенки. Деймины отдавали предпочтение более сдержанной гамме, самым торжественным считая цвет рубинов в короне правителя.