Чтение онлайн

— Тур, но я же ничего не знаю! Понимаешь? Я…Я…, — она не могла описать тот страх, что охватил её от одной только мысли, что они будут жить при дворе.

— Сестрён, ты что? — забеспокоился Крест, явно услышав истеричные нотки в её голосе.

— Я же ничего не знаю, а что, если я нарушу какие-то правила? Что тогда? — с отчаянием воскликнула она. При мысли, что их выгонят из дворца только потому, что она по незнанию совершила ошибку, ей захотелось провалиться сквозь землю. «А я наверняка что-то такое сделаю», — с содроганием вспоминала она, как мадам Трюли ругала её, когда та неправильно делала приседания для приветствия знатных людей.

Услышав её, Крест усмехнулся:

— Брось, сестрён, ничего не случится. В конце концов, я принц и ты будешь под моей защитой там. Не переживай.

— Да и потом, мы расскажем тебе основное, и ты будешь в курсе, — поддержал его Тур.

Весь оставшийся путь бергмары рассказывали Тэлли о придворной жизни аури. Ей казалось, что она направляется в логово Дависсы, богини лжи и обмана. Со слов бергмаров, в замке никому нельзя доверять, кроме самых близких людей. Но больше всего её удивила иерархия в обществе. Среди аурийской знати существовала строгое деление жителей, отражавшаяся в их облике и одежде. Цвета их одеяний соответствовали уровню магической силы и политического влияния. Оттенки могли варьироваться, но основной цвет был утверждён много тысяч лет назад и прописан в аурийском трактате — основном своде правил и указаний для жизни всех аури.

Чёрный цвет носили только короли и иногда их дети, если их сила достигала таких высот до коронации нового сильного короля. Это был цвет абсолютной власти. Далее шёл красный цвет, встречавшийся нечасто и имевший больше политическое значение, нежели магическое. Красный носили претенденты на престол или в супруги текущего короля, а также будущего, если его сила была уже признана. Часто претендентами на престол оказывались дети текущего короля, но они уже носили чёрный цвет, поэтому красный чаще доставался для возможных супругов.

Ниже по уровню политической значимости, но не по силе магии, находился фиолетовый цвет. Этот цвет тоже встречался редко и принадлежал потомкам прежних королей и потомственным воинам, которые когда-то были королями. Таким образом, все сильные в магии аури были потомками королей прошлого и составляли верхушку правящей элиты — их ещё называли «высшими». Они возглавляли Совет кланов, участвующий в законотворчестве и помогавший королю управлять государством.

После фиолетового шли синий или голубой. Эти цвета были достаточно широко распространены на землях аури. Такая сила магии была у генерала королевской армии, а также у многих капитанов гвардий и некоторых сильных воинов. Далее — зелёный и жёлтый, обозначавшие совсем малую силу магии. Эти аури занимали самые низкие должности во дворце — управляющие, служанки, уборщики, повара. Среди рядовых воинов зелёный цвет был основным. Горожане, которые не участвовали в политической жизни дворца, также носили соответствующие их магии цвета, но вели дела уже с учётом своих талантов и умений без учёта магической силы, поэтому в городе можно было легко встретить лавочника с синим уровнем магии и владельца какой-нибудь мастерской с жёлтым или зелёным. Чёткая иерархия магии позволяла сразу понять, какого уровня силы аури стоит перед тобой.

Тэлли внимательно слушала рассказы бергмаров, пытаясь запомнить все эти тонкости, понимая, что знания о цветовых различиях точно окажется жизненно важным при дворе. Но в свою очередь сильно переживала, что среди такого однозначного цветового определения магической силы, она как эмеринка не вписывается ни в одну из них. «Но раз бергмары могут находиться при дворе, то, наверное, и эмерины тоже», — размышляла она, обдумывая новую информацию.

— А что, если у кого-то увеличится сила? Он перейдёт на другую ступеньку? — продолжала мучить их вопросами Тэлли.

— Такое возможно, но уже очень давно не случалось, — ответил Тур, — Аури тестируют в детстве, когда им исполняется пятьдесят…

— Детство в пятьдесят? — вскрикнула Тэлли, не скрывая удивления. Тур внимательно посмотрел на неё, и она поняла свою оплошность. — А, ну да, — поспешно добавила она. Тэлли вспомнила, что аури живут очень долго. «Если пятьдесят лет для них — это детство, то я по их меркам ещё младенец».

Заметив её волнение, Тур тут же попытался успокоить её.

— Тэлли, у эмеринов всё по-другому. Они живут меньше, но взрослеют раньше. Чтобы ты понимала, и бергмары, и аури до семидесяти-восьмидесяти лет не оставляют своих детей одних. Они не отпускают их в путешествия и всё такое. А эмерины в пятнадцать уже выходят замуж и рожают детей, — Тур внимательно посмотрел на неё. — Не сравнивай эмеринов с нами.

Тэлли уныло кивнула в ответ, размышляя о разнице между их народами.

— Аурийки до родов никуда не выходят и не появляются на людях. Всю беременность они сидят взаперти, и после, до достижения ребёнком пятидесяти лет, тоже, — добавил Крест, вводя в рассказ новые детали.

— Что? — ошарашенно уставилась на него Тэлли. — Но зачем? А у бергмаров также?

— У бергмаров всё иначе, — ответил Тур. — Мы ближе к эмеринам. Женщины бергмарки живут той же жизнью, что и до беременности. А когда рожают, дети всегда находятся при них. Если семья богатая, то нанимают нянек, — поделился Тур. — Аури другие. У них есть особенность: за всю жизнь аурийка может родить только одного ребёнка, крайне редко — двух, поэтому каждого отпрыска в прямом смысле оберегают как зеницу ока.

— Ого, а почему так? — вновь поразилась Тэлли.

— Никто не знает точно, — продолжил Тур. — Есть теория, что это связано с долголетием. Но у бергмаров таких ограничений нет. В наших городах и поместьях можно встретить огромные семьи с пятью-семью детьми. Главное, чтобы денег и сил хватало на их содержание. Женщины бергмарки хоть и сильные, но забота о большом количестве детей тоже сильно сказывается на их здоровье.

— Какие вы, бергмары, благоразумные, — улыбнулась Тэлли. Она вспомнила истории, которые слышала от девушек-эмеринок в приюте и на рынках, где торговки обсуждали, как мужья заставляют своих жён рожать много детей, а потом те становятся беспризорниками или воришками. Жизнь их редко была благополучной.

— А то, — повернувшись к ней, подмигнул Крест. — Бергмары — лучшие!

Тэлли засмеялась. Слушая рассказы про аури, она действительно начинала симпатизировать бергмарам больше, они были ближе ей по духу.

— Расскажите про Альдаран, какой он всё-таки? Он тоже покрыт маревом?

— Нет, Тэлли, там нет марева, — улыбнулся Тур.

И следующие несколько часов Туррен, войдя в роль учителя, рассказывал ей про столицу аурийцев. Альдаран был больше Рокина в два, а то и три раза, вход в который начинается в горах так, что часть наружной стены выполнена прямо в скальной породе, но основная часть построек расположена на равнине за горой. Город был очень старым, его строили ещё древние ларины, и облик большинства домов сохранился с незапамятных времён. Дома преимущественно из белого и песочного цвета камня, стыки которых настолько плотные, что их невозможно заметить. Улицы в городе широкие, но сильно петляют, создавая неожиданные изгибы и тупики, что сделано специально для защиты горожан от нападения. В таких тупичках защитники города могли легко уничтожить любой отряд, спрятавшись на крышах и верхних этажах домов. Сами дома украшены не только вьющимися растениями, как Тэлли видела в центре Рокина, но и металлическими ажурными украшениями, которые предположительно создавали ещё с помощью магии, так как в настоящее время никто не в силах повторить эти витиеватые узоры. Даже самые умелые мастера-кузнецы, создавая совершенно неописуемой красоты изделия, не смогли добиться такого тончайшего металлического кружева.

Тэлли уже с нетерпением ждала момента, когда они окажутся там. Встретить живых аурийцев это было словно оказаться в сказке, хотя Хейл и был аури, но его она таковым почему-то не считала. «Возможно, когда я увижу его среди своих соплеменников, то наконец смирюсь с этим», — усмехнулась она.

— Тур, хватит нахваливать Альдаран, а то сестрёнку потом не вытащить оттуда будет. А она должна ещё Гроттенбуд увидеть! Он же целиком построен внутри горы, где она ещё такую красоту увидит? — заворчал Крест.

— И когда вы мне его покажете? — засмеялась она, глядя на притворно надувшегося Креста.

— Как только Хейл закончит все дела в Альдаране, сразу выдвинемся в Гроттенбуд, — пообещал Крест.

— Так вот, — вернулся к рассказу Тур. — За стенами город уже располагается на равнине, и с противоположной стороны от главных ворот стены уже сделаны из камня, и ворота там не такие мощные, как главные.

— Почему? — удивилась Тэлли. — Разве враги с другой стороны не могут подойти?

— Не могут, — подхватил Крест, — там их защищает марево. Вообще, если правильно помню королевские карты, то всё что восточнее Правой руки Великой — это земли аури.