Чтение онлайн

– Гро! – в переводе с древне-хоббитского – Быстрый.

– Прям как вольфа, – засомневался Серый.

– Тогда Жорген – Хитрый.

– И жадный, – хмыкнул Влад. – Я пока со своим именем похожу. Ладно?

– Я дам тебе имя, – вмешался Асуэл. – Тебя будут звать Алдияр, что значит – «решительный». Нравится?

– Не-а… – покачал Влад.

В разговор вмешался урукхай. Он толканул возвышенную речь, во время которой потрясал кулаками, бил себя в грудь и воздымал морду к потолку пещеры – призывал небо в свидетели. Когда громыхание закончилось, Ут перевел:

– Он сказал, что тебя надо звать Человек с дубиной. По-урукхайски Чело-вэк ур Кнел.

– А если я соглашусь, пистолет отдашь? – поинтересовался Влад. Урукхай сдвинул брови. – Тогда зови просто Влад. Без всяких добавлений, – и в знак того, что разговор окончен, завернулся плотнее в плащ и отвернулся к стене.

Раздался дружный вздох. Урукхай отдал какие-то распоряжения и ушел сторожить к выходу. Другие легли спать. Серый урчал, как кот, устраиваясь на ночлег, потом долго ворочался с боку на бок. Наконец переполз ближе к Владу:

– Ты спишь?

– Нет.

– Ну и чё ты их обидел? Они же по-хорошему…

– Да пошли они в баню! Корчат из себя добреньких. Часы эта морда поломала. А мне их, между прочим, друг подарил. Пистолет не отдают… И все время твердят, что мы гости, – закончил он яростно.

– Тише, а то урукхай услышит, – Серый зыркнул по сторонам.

– А пусть слушает! – еще громче продолжил Влад. – Я домой хочу – просто вешалка, – Влад провел ребром ладони по шее. – Здесь ни помыться, ни побриться. Еще дня два и на бомжа буду похож. Ношусь как сайгак без узды от одной смерти к другой. Я, конечно, понимаю, что не они виноваты, но дайте возможность защищаться. Нет, сиди, жди, как подопытная мышьЈ кому удастся меня прикончить. Меня как по лабиринту тащат и тащат. Непонятно к кому, непонятно зачем…

– Влад, чесслово, – наконец, смог вклиниться в этот отчаянный монолог Серый. – Ты бы, право, похитрее был, а? Ты ж вечно надутый, будто замышляешь что. Ты будь проще и люди… э… ну эти все… к тебе потянутся. И пистолет вернут.

– Если вернут, я сразу свалю от них.

– Ну и дурак будешь, – горячо запротестовал Сергей. – Кто нас вернет домой кроме Ормана? Сами-то мы пробовали – не получилось.

– Да ты ж не знаешь, что за чел этот Орман. Может, он как раз доделает то, что другим не удалось.

– Хотел бы – давно бы убил, – засомневался Серый.

У костра послышалась возня. Сергей обернулся. Ут пристально всматривался в них.

– Если вы все равно не спите, я мог бы немного рассказать о сэре Желне Ормане.

– Давно пора, – пробурчал с другой стороны эльф. Урукхай хрипло поддержал его.

– Не хочу, – буркнул Влад и отвернулся к стене. – Все равно наврете, – послышалось оттуда.

– А я хочу, – Серый перебрался к костру. – Люблю, когда рассказывают. Даже если врут.

– Я не буду врать, – заверил Ут. – Орман, говорит, что врать можно, если свою или еще чью-нибудь жизнь спасаешь.

– Ах, какой моралист! – не выдержал Влад из своего угла.

– Он хороший, – с жаром оправдывался Ут. – Без него тут знаете, что творилось? Каждый сам по себе. Каждый считает, что он лучший, а соседа убить надо. А главное, стреляли без предупреждения. Увидит эльф урукхая – сразу тетиву натягивает. Увидит урукхай эльфа – сразу тесак готовит. А Орман… Он нам объяснил, что – внешность не главное. Главное – что в сердце. Зачем он шерну – напиток понимания создал? Чтобы не только всякие образованные, как я, понимали других. А все друг друга понимали. Сэр Орман, он хочет, чтобы все добрые объединились. Не важно кто ты – урукхай, эльф или… вампир.

– А вот, кстати, чем же он питается? – Влад не выдержал и сел, повернувшись ко всем лицом.

– У животных кровь пьет. А что?

– Да так. Много об этом думал. Никак успокоиться не мог, почему-то казалось, что ему скармливают пленных. А у вас, можно сказать женевская конвенция. Выходит ваш Орман миротворец и пацифист?

– Паци… кто?

– Тот, кто проповедует отказ от насилия. Тебя будут резать, а ты будешь улыбаться и благодарить…

– Не… – замотал Ут головой быстро-быстро. – Мы воины Объединенной армии. Сэр Орман, он без дела, конечно, не нападает, но если его подданных обижают – спуску не даст. Все хоббиты на его сторону перешли, – гордо закончил он.

– Еще бы! – согласился Влад.

– А вот эльфы не все, – с горечью вступил Асуэл. – Я вот все думаю, что будет с Илоа? Она осталась у недостойного эльфа. Вдруг ее обидят?

– Не переживай, – успокоил его Ут. – Не такая уж она беспомощная. Да и не посмеют они. Асуэл опечалился:

– Еще дня два назад, я тоже доказывал, что не только не посмеют, а вообще… Эльфы благородные – орки подлые. А теперь вижу совсем иное, – он помедлил. – А год назад, я бы никогда не сел за один стол с урукхаем, – спина Тораста дернулась, и он добавил. – Прости, друг, но говорю, как есть. Трудно нам привыкнуть к мысли, что урукхаи могут быть хорошими. Ты и сам знаешь, что в племени Лесных эльфов не все с этим смирились. Урукхай прохрипел что-то, не оборачиваясь.

– Говорит, что не отличают честных урукхаев от презренных орков, потому и не верят, – перевел хоббит. – Но тут ты, Тораст, тоже не прав. Что же, скажешь, среди орков порядочных быть не может? А как же отряд, что в день нашего отъезда пришел к Орману? Слушаю вас и думаю: не скоро у сэра Желны получится принести мир во Флелан. Очень уж крепко сидит в нас всех: я – хороший, а сосед – плохой. И как же медленно это вытравляется! А ведь, если бы мы сумели объединиться, как велит устав ордена, мы бы злых быстро на место поставили. Не справились бы они ни за что с нами. Вот хоть наше путешествие возьми. Сколько мы пережили? И ничего. Потому что вместе. Вчера не справились бы без Илоа и Асуэла. А сегодня без Влада.

– Отдайте мне пистолет, – внушительно произнес Влад. – Если мы друзья, отдайте. Я обещаю, что не убегу и не причиню вам зла.

Тораст метнул на него быстрый взгляд и стремительно прошел в пещеру. Покопавшись в сумках, сложил у ног Влада все: рацию, дубинку, кобуру, складной нож и последним положил сверху пистолет.

– Спасибо… друг, – Влад взял пистолет, погладил его. Проверил все ли в порядке, сколько патронов осталось. Положил в кобуру и повторил. – Спасибо.

Урукхай кивнул несколько раз, затем сел перед ним, вытащил тесак, вытряхнул из мешочка зеленый камень, и быстро провел им по лезвию. Мечом плашмя нарисовал полосу на щеке Влада. Потом заворчал. Ут тут же подоспел.

– Он говорит, что ты можешь не принимать его имя, но для урукхаев ты будешь Дертад, что значит, «друг».

– Теперь, можете звать меня как хотите! – сдержанно позволил Влад. – Хоть двадцать имен дайте, на все согласен. И давайте спать. Нам еще до светлых очей вашего Ормана идти и идти.

Урукхай щедро оскалился, показав все имеющиеся зубы, и ушел на пост. Влад лег, завернувшись в плащ, на этот раз лицом к костру. Рядом примостился Серый.

– Хоть бы завтра без приключений обошлось, – зевнул он.