Чтение онлайн

– Присаживайтесь, - сказал мужчина, садясь на скамью. Ружье он положил на стол.

Гоша устроился на чурбаке.

– Так вы из Города?

– Да.

– А зачем?

– Да есть у меня тут одно дело.

– Какое дело?

– А вы, собственно, кто?

– Хм. Вопросы полагается задавать мне. Ну да ладно. Моя фамилия - Пороховницын. Я здесь живу. Так какое у вас здесь дело?

– Девушку я ищу. Ариной зовут. Не встречали?

– Арина?
– Пороховницын задумался.
– Встречал.

– Ну!?
– Гоша подался вперед.
– Когда?

– Давненько. Около года назад.

– Послушайте, - Гоша старался говорить убедительно.
– Я ничего плохого против вас не замышлял. Просто шел себе и шел. Дорога от Города к вам ведет.

– А оружие зачем?

– Как же? На всякий случай.

– Понятно.

– Я ищу Арину. Где она?

– Не знаю. Она была у меня. Переночевала и отправилась дальше. Очень хорошая девушка. Положительная.

Гоша покивал, дескать, в самом деле, положительная.

– Я дал ей кое-что на дорогу. Одета она была больно не по-здешнему. Плащ дал, продукты. Ботинки. Они ей великоваты оказались, ну да не в туфельках же ей по полям ходить.
– Он помолчал.
– Ладно. На придурка вы не похожи...

– Спасибо.

– Что? Хм. Извините. Придурками я называю... словом, сами увидите. К вам это не отностися. Есть хотите?

– Пить хочу.

– Там, за домом - колодец.

Гоша встал, обошел дом, увидел приземистый сруб с воротом, отправил в колодец ведро, напился студеной воды, вернулся. Пороховницын сидел, опустив голову. Внезапно в доме что-то загудело прерывисто и тревожно. Пороховницын поднял голову, поморщился.

– Идут, - сказал он.
– Пойдемте.

Они вошли в дом из одной комнаты, без сеней. Стол, шкаф с книгами, железная кровать, стулья. На столе стоял маленький телевизор, перед ним какой-то пульт с верньерами и кнопками. На пульте мигала красная лампочка, противно верещал зуммер. На экранчике телевизора было видно поле, по которому, продираясь сквозь заросли травы, медленно брели десять мужчин в темных мундирах с автоматами наизготовку.

Пороховницын сел за стол, придвинул пульт, нажал кнопку. Зуммер умолк.

– Вот так три раза в неделю, - устало сообщил он.
– Идут меня завоевывать. Придурки.

Он начал крутить верньеры, и Гоша увидел, что экран перекрещен линиями. Пороховницын совместил перекрестие с грудью одного из идущих, нажал педаль под столом и человек упал. Гоша успел заметить, что на груди у него расплылось темное пятно. А Пороховницын продолжал крутить верньеры и нажимать педаль. Не прошло и минуты, как все десять человек лежали в высокой траве.

– Вот и все дела, - удовлетворенно сказал Пороховницын, поглядывая на Гошу.
– Теперь раньше среды они не сунутся.

Гоша молчал, пораженный быстротой этого массового убийства.

– Есть хотите?
– будничным тоном спросил Пороховницын и Гоша машинально кивнул, вспомнив Арину: "Я когда понервничаю, всегда хочу есть." - Ну, устраивайтесь здесь, а я сейчас.

Он вышел, оставив Гошу одного. Гоша медленно сел на стул, не спуская глаз с прицельного устройства. Покачал головой. Куда это я попал?
– подумал он.
– Это и есть Светлый квартал? Это и есть светлые желания?

Вернулся Пороховницын.

– Пойдемте, - сказал он.
– На воздухе лучше.

Они вышли, обошли дом справа. Здесь под деревянным навесом стоял еще один стол и несколько чурбаков. На столе стояли жестяная миска с огурцами и помидорами, выщербленная фаянсовая тарелка с крупно нарезанным хлебом, две эмалированные кружки и запотевшая бутылка водки. Хозяин откупорил бутылку, налил.

– За встречу, молодой человек. Вас зовут...

– Гоша.

– А меня - Иван Пантелеймонович. За встречу, Гоша.

Гоша опрокинул водку, зажмурился, понюхал хлеб. Хлеб оказался черствым. Он откусил хрустящий огурец, пожевал и спросил:

– А... за что вы их так... придурков?

– А как же? Когда у меня не было сигнализации и дистанционного управления огнем, они добирались сюда и сжигали все. Я отсиживался в лесу, а потом приходилось отстраиваться заново. Мне это быстро надоело. Теперь я не пускаю их ближе пятидесяти метров до рощи. Да вы не беспокойтесь - они не настоящие.

– Как не настоящие?

– Вы в компьютерные игры играли когда-нибудь? Ну вот, это что-то вроде. Муляжи. Куклы. Вы же видели, я начал стрелять, а они даже не залегли. Одно слово - придурки. Они идут сюда с идиотской периодичностью, по расписанию. Следующий сеанс - в среду, в это же время.

Он налил еще водки. Выпили.

– А откуда же они идут?
– спросил Гоша.

Пороховницын пожал плечами.

– Они всегда приходят с одной стороны - там женский монастырь, я туда езжу иногда за хлебом. В монастыре их нет, так что откуда они берутся - не имею понятия. Поверьте, мне это не нравится совсем - убивать. Пусть даже не людей в полном смысле, но ведь выглядят они как люди. Но мне нравится жить здесь, и за эту жизнь я буду бороться!
– Он стукнул кулаком по столу, лицо у него потемнело.
– Да, буду бороться. Здесь я свободен. Понимаете? Я полностью свободен, я ни от кого не завишу, я никому не подчиняюсь, никто мне не указ. Я делаю что хочу. Понимаете? А они лезут, чтобы все разрушить, а меня - убить. Как я должен поступать, по вашему? Отдать им все на разор? Или уйти отсюда? А почему, собственно? Почему я должен переселяться? Понимаете? Мне хорошо именно здесь, в этом лесу, среди этих комаров, которые одни и составляют мне компанию. Мне хорошо здесь. Понимаете?

Он замолчал, налил водки, выпил.

– Почему?
– спросил он сам себя.
– Почему за свободу надо платить такую цену?

– И давно вы здесь живете?

– Восемь лет уж отпраздновал.

– И что, все восемь лет вы так и стреляете? И сколько же человек вы убили за восемь лет?

– Осуждаете, все-таки?
– Пороховницын усмехнулся.
– Я и сам себя осуждаю. Но иначе - не могу.

– А вы не пробовали с ними договориться?

Пороховницын посмотрел на Гошу долгим взглядом, потом задрал косоворотку и Гоша увидел на груди два старых шрама от пуль.

– Я кое-как выжил тогда. Больше попыток договориться я не предпринимал.

– Но вы хоть пытались выяснить - кто их посылает? Языка брали?

– Было дело, - хмуро ответил хозяин.
– Только от него ничего не удалось добиться. Молчал, как партизан. По-моему, он ничего и не знал.

– Вы его...

– Да. А что было делать? Да! Не смотрите на меня так!

Он закрыл лицо ладонями, принялся раскачиваться. Потом резко убрал руки.

– Пойдемте!

– Куда?

– Пойдемте, я покажу вам их трупы, увидите сами, что это не люди.