Светлый пепел луны
Шрифт:
Девушка не опасалась того, что он ее обманет. Юный Чжан был странным, но не глупым и прекрасно понимал, что шутить с феей опасно. Су Су взяла у него метку. От неё веяло демонической энергией. Такой магический предмет сложно создать за пару секунд, но жемчужина тысячи лиц, скрытая в теле наследника семейства Чжан, наделяла простого смертного невероятной силой. Неудивительно, что при первой встречи, все они заметили в этом ребенке что-то необычное.
Оказалось, что пока Су Су и Тан Тай Цзинь были в пещере, Яо Гуан не бездельничала — она разузнала кое-что.
— Полгода назад трехглавый поселился в Нинхэ, чтобы красть здесь детей. В его колдовские сети едва не угодил Чжан Юань Бай, но его кот, который всегда следовал за своим хозяином, стащил у демона жемчужину тысячи лиц и сделал так, чтобы мальчик её проглотил. Трехголовый в ярости хотел убит кота, но тот улизнул в пещеру и больше оттуда не вышел. В результате монстр, потративший все свои силы на ловушку пожирающего колдовства, остался без сил, ибо пополнить их за счет волшебной жемчужины больше не мог. Трехглавый с ума сходил от злости, но ничего не мог поделать с мальчишкой, заладившим: «Где мой кот! Верни мне моего кота!»
Чжан Юань Бай крепко держал ремешок с колокольчиком в руках. Цан Хай умилился было от мысли о том, как же сильно мальчик любил своего питомца, но тут, вспомнив кое-то, с тревогой спросил:
— Собрат сказал, что видел, как ты кого-то убил?
Но мальчик и бровью не повёл, погружённый в собственные раздумья.
Цан Хай вздохнул. С этим странным ребёнком невозможно общаться.
Су Су повернулась к Тан Тай Цзиню. Он хранил молчание с момента выхода из пещеры и сейчас стоял, сосредоточенно глядя в землю. Возможно, он сообщит им подробности о том, что именно сделал юный Чжан, но передумала его спрашивать, решив, что это — дело смертных, а у них сейчас есть и более срочные дела.
— Мы с сестрой собираемся проникнуть в царство демонов. Вы с нами?
Цан Хай ответил за двоих:
— Конечно! Наш наставник всё ещё там! Мы не нашли его на земле, но лампада его души всё ещё горит. Скорее всего, он там.
Остался только один вопрос: что делать с колдовской жемчужиной в теле юного Чжана? Трехглавого они так и не убили, значит и жемчужину отбирать у молодого господина пока нельзя.
Яо Гуан предложила:
— Давайте сначала проникнем в царство демонов, а после возвращения разберемся здесь.
Она волновалась, что с Гун Е Чжиу может случится что-нибудь ужасное.
Остальные с ней согласились.
Ночью юный Чжан внезапно проснулся. На его постели сидел мужчина, тот самый, что не послушал его и побежал в пещеру за девушкой. Мальчик сел и взял в руки кошачий колокольчик.
— Ты пришел, чтобы меня убить? — спросил он равнодушным голосом.
Тан Тай Цзинь коснулся рукой его шеи.
— Ты — дрянной мальчишка и этого заслуживаешь!
Тот скривил губы.
— Не убивай меня, я знаю, чего ты желаешь.
Демоническая жемчужина давала мальчику особую способность видеть все, что творится в душах людей. Он с легкостью узрел страх темноты красивой феи и страстное желание в сердце этого мужчины.
Юный Чжан раскрыл ладонь — на ней лежал сверкающий шарик.
— Ты боишься, что однажды она полюбит другого и бросит тебя одного барахтаться в грязи, — голос мальчика звучал плавно, словно он пел — С этой стеклянной бусиной ты сможешь убить своего соперника и занять его место. Подмены никто не заметит. Тебя устраивает такая сделка?
Глава 99: «Демон засухи»
Цан Хай заметил, что младший сам не свой, ещё в тот момент, когда тот вышел из пещеры. Вот и сейчас он несколько раз окликнул его, но молодой человек, скорбно поджав губы, продолжал смотреть в одну точку, полностью погрузившись в свои мысли. Даже у добродушного толстяка терпение не бесконечно, он не выдержал и толкнул своего подопечного в бок:
— Цзю Мин! Ты меня слышишь?! Что с тобой?
Собрат, очнувшись от раздумий, пробормотал еле слышно:
— У меня всё хорошо.
— Я не нашел тебя ни в комнате, ни во дворе. Где ты был?
— Вышел прогуляться. Мне нужно было развеяться.
Наставник внимательно посмотрел на своего ученика: что томит его душу? Но долго задерживаться на этой мысли не стал, а сразу перешел к делу:
— Знаешь ли ты, что завтра после заката наступит время Поклонения Луне, а затем последуют сто ночей демонов. Все это время врата тёмного царства будут открыты для нечисти, которая соберется, чтобы приветствовать своего правителя. У нас есть метка, и мы тоже можем войти туда.
Тан Тай Цзинь кивнул:
— Да, понятно.
Затем посмотрел со значением на винную тыквенную бутылку, болтающуюся на поясе собрата, и посоветовал:
— Ты бы не пил сегодня, вдруг случится что.
— Ох, — смутился Цан Хай, — обещаю, не буду. — Затем, искоса глянув на Цзю Мина, с обидой в голосе добавил: — Ты что, присматриваешь за мной?
Но младший уже впал в свою привычную задумчивость и на слова наставника не обратил ни малейшего внимания, а тот, оставив свою бутыль на камне, побрёл восвояси, бормоча себе под нос:
— Никакого почтения к старшим…
Как только ворчун ушёл, его подопечный достал стеклянную бусину. На его ладони она вспыхнула фиолетовыми отсветами, завораживая взгляд. Вдруг в сверкающей поверхности проявилось знакомое мальчишеское лицо и тут же исказилось жутковатой ухмылкой. Тан Тай Цзинь сжал горошину в кулаке и задумался: что такое этот младший сын семьи Чжан? Проглоченный им мощный магический артефакт, попав в тело ребёнка, слился с его душой и извратил её суть. Чжан Юань Бай вступил на тёмный путь развития. И хотя магическая жемчужина тысячи лиц прятала свою ауру, бессмертные все равно сразу почувствовали, что в мальчике есть что-то противоестественное. Тан Тай Цзинь своей демонической кровью ясно ощущал, сын семьи Чжан больше не человек.
Этой ночью он и впрямь собирался по-тихому избавиться от маленького монстра, но подумал, что было бы глупо отказаться от сделки с демоном, когда сам он в таком отчаянном положении. И вот в его ладони волшебная бусина, вызывающая иллюзию двойника.
Наступила ночь поклонения Луне. Ночное светило скрылось за кровавой завесой, и в сгустившейся тьме в небесную высь воспарили злые духи. Шквальный ветер с надсадным воем гнул и ломал деревья, гоняя по пустынным улицам ворох опавших листьев. Простые смертные в ужасе закрывали окна и двери, прятались под одеяла, дабы не слышать зловещих стонов бури.