Светлый Том
Шрифт:
Когда они вернулись к костру, все уже расходились спать. Только Игнат сидел и вздыхал у догорающего костра.
Тимур
Тимур нервничал перед поездкой, так как очень влиятельные люди заинтересовались судьбой Игната. Игнат был его лучшим другом, но карьера…
Мондраж не утихал, подходило назначенное время. Тимур перебирал в руках малу из рудракши, смотрел в огонь и на звёздное небо: « нужно лишь время, для адаптации» – думал Тимур – «как глазам после яркого света костра медленно отрисовывают менее яркие звёзды на ночном небе».
Опустив глаза к пламени костра, Тимур боковым зрением уловил уплотнение тени напротив себя, за костром. Все пришли в движение, заговорили, а Тимур ни как не мог сфокусировать свой взгляд на тёмной фигуре (крупные мурашки пробежали по его телу, от одной мысли, что он встретится взглядом с … гостем).
Тимур дышал: 12 ударов сердца – вдох, 12 ударов сердца – выдох. Сидел и смотрел на огонь, наблюдая и фиксируя действия других: Олеся налила воды в стакан; стакан пошёл по кругу; стакан оказался в центре костра. Вода в стаканчике горела слабым голубым пламенем. Но! Сам стаканчик (одноразовый) из белого пластика – не плавился!!!
Осознание невредимого пластика, выбило сознание Тимура из его физического тела и новым телом для Тимура стал голубоватый огонь над водой. Тимур физически ощущал свою отчуждённость от реального мира и сильное желание слиться с общим костром Жизни.
Ребята вели разговор о вегетарианстве; Миша поставил жертвенное блюдо на алтарь; Олеся, мнившая себя зайчиком, «прыгала» вокруг Игната; Игнат не хотел становиться «морковкой» для Олеси.
Маленький огонёк Тимура тянулся к большому огню (Тимур хотел оставить след в этой жизни, достичь значительных высот, а не гореть одинокой лучиной). «Я прочитавший так много книг» – думал Тимур (стремясь мысленно к свету) – «потративший больше всех (из здесь присутствующих людей) сил на поиски тайного…»
***
Яркая вспышка «выбросила» Тимура назад в его тело. Тимур сидел и моргал, просматривая всю свою жизнь: все повороты и перекрёстки. Когда зрение стало подвластно Тимуру, он заметил уплотнение воздуха над пламенем костра – овальную, вытянутую линзу-портал. В этой линзе появился худой старик, весь в белом, от макушки до кончиков сапог.
Тимур услышал голоса (кажется, Мишка говорил). В наступившей тишине мыслей Тимур задал вопрос тому, кого сейчас видел: – Жизнь вы нам ярко показали. А со смертью непонятно. Кастанеда говорит, что она слепа (Тимур попытался сдвинуть точку сборки – не вышло) физической субстанции.
– Всё относительно, Теймураз. – старец опустил посох (коричневый из живого дерева, так как на нём, при движении старца, шевелились листья у его навершия, на уровне рта старца). – Ты один заметил чудо, а твои друзья его проигнорировали (приняв чудо за горящий спирт), – старец опустил из линзы конец посоха в костёр, наткнул на него целый пластиковый стаканчик, поднял его в линзу.
– Ты видел свою прошлую жизнь, во всех возможных вариантах. В этом прошлом находилось рождение (твоё и твоей сестры), так и смерть (твоей бабушки и тёти). В твоём будущем много рождений (твоих детей, детей твоих знакомых, друзей, родственников), много смертей, но тебя интересует только твоя смерть и твой выбор, который ты должен сделать сегодня. Я могу показать последствия твоего выбора. Или могу ответить односложно. Что ты выберешь?
Тимур пожал плечами: – Вопрос не выбора, а справедливости. Мне всё равно прав я или нет. Главное что ему – Игнату всё достаётся легко, а мне приходится набивать шишки самому. И чтобы изменить сложившуюся для меня ситуацию, я должен выдернуть друга из его мира в розовом цвете и пойти с ним рядом.
– Ты думаешь, что жертвуешь другом?
– Справедливость, – Тимур сжал до боли в пальцах малу, – выше нет истины.
– Хорошо, – старец коснулся навершием посоха границы линзы-портала перед своим лицом (воздух в линзе стал терять свою прозрачность, наполнился, от низа к верху, белым дымом). – Я покажу тебе последствия твоего выбора и того кому ты помог, и кого наказал.
***
В линзе появилось изображение: Тимур видел всё своими глазами, свои руки (он их мог узнать «с закрытыми глазами», сколько смотрел на них, запоминая и представляя, закрыв глаза) с чьей-то одеждой. Тимур сделал шаг через порог двери, из душного предбанника в прохладу ночного двора.
– Тимур, – Семён Аркадьевич, раскрасневшийся, вытирал краем простыни пот со лба, – эти вещи закинь в багажник, и будь добр, захвати из холодильника банку тёмного для меня.
Тимур посмотрел на сидевшего рядом с Семён Аркадьичем Игната: «неужели мой покровитель?» – мелькнула мысль и пока Тимур шёл по двору (в линзе), сидящий у костра Тимур думал: «Жаль, хороший мужик. Много не хапает и дела делает».
Потом Тимур подошёл к мультивену из губернаторского гаража, открыл заднюю дверь, положил в белый пластиковый пакет одежду, закрыл дверь. Пошёл к дому. «Дом прабабушки Игната» – узнал Тимур. Через сени прошёл на кухню, достал из холодильника банку «Guinness», взял упаковку «L"owenbr"au», закрыл холодильник. На кухню зашла дочь председателя (Маришка).
– Зелени нарви в огороде, а то всё из магазина навезли, – Маришка стрельнула в него глазами, раскраснелась, – ни каких витаминов и минералов, один только вид свежести.
– Хорошо, – кивнул Тимур и вышел из кухни. Прошёл до бани, отдал банку «Guinness» Семён Аркадьичу, выгрузил бутылки их упаковки в ведро с водой. Семён Аркадьевич и Игнат сидели молча (ждали пока он уйдёт). Тимур пошёл в огород. Проходя мимо поленницы за баней, в самой темноте… Тимур почувствовал холод на коже: «дуновение как из преисподней» – подумал Тимур. И хоть его не пробирали ни какие ужастики ещё в эпоху видеосалонов, обратно Тимур пошёл в обход забора, не рискнув почувствовать на себе ледяное дыхание. На кухне сгрузив нарванный: зелёный лук, петрушку, салат, укроп, чеснок, Тимур стал мыть руки в умывальнике. На звук льющейся воды вышла Маришка.
– Сейчас, зелень в салат для вас нарежу, – повернувшись в сторону комнаты, говорила девушка, – и пойду домой. Чай сами управитесь, не маленькие. – девушка сменила Тимура на рукомойнике, обмывая зелень.
– А-а это ты, – на пороге дверного проёма в комнату стоял Семён Аркадьевич, – ты Игната сильно не задерживай, пусть, как помоется, к нам присоединяется. А ты сам после баньки к Свешниковым в дом иди. Там для вас стол накрыли и постели приготовили.
Тимур кивнул и выходя с кухни почувствовал на своём плече руку: – Ты, Тимур, не забудь через месяц проставиться. Бумаги подписаны. Будешь завгаром.
В эйфории от услышанного, Тимур дошёл до лавочки, на которой сидел Игнат, закурил, достал из ведра две бутылки пива. Одну бутылку протянул Игнату.
– Дела пошли, – слышал свой уставший голос, – мечемся, мечемся, ан просвет появился. Поздравь меня Игнатыч, – Тимур стукнул своей бутылкой пива по бутылке в руках Игната, – через месяц буду начальником гаража, – бутылки вновь дружно звякнули, – Хватит баранку крутить, пора рулить делами поважнее.
– Молодёжь, пиво есть? – из бани вышел губернатор. Тимур, вставая с лавки, достал из ведра бутылку пива, открыл, протянул губернатору. Потом он зашёл в баню, собрал одежду Евгений Борисовича и понёс её в машину (Игнат остался сидеть с губернатором): – птица большого полёта, – думал, глядя со стороны Тимур, – правильный выбор я сделал и сам не прогорю рядом с Игнатом.