Чтение онлайн

— Оружие? — вмешалась я. — Вы чего затеяли, ребята?

Ответил Бью:

— Мы устроим засаду. Если та штуковина вернется в дом, ей долго не жить.

Ну и дерьмо. Мне не нужнакуча котов-оборотней, рыскающих по моему дому. Необходимо спровадить их всех прямо сейчас, прежде чем они учуют Сару. Я бросила сердитый взгляд на Бью:

— Вы не можете этого сделать. Я не хочу, чтобы в моем доме было оружие. Более того, мне не нужна куча незнакомцев в доме.

Бью отвел меня в дальний угол гостиной. Другие, отведя глаза, начали тихо перешептываться.

— Позволь мне позаботиться об этом, Бетсэйби, — тихо попросил он. — Я не собираюсь позволять какой-то твари преследовать тебя, вламываться в дом и угрожать твоей жизни. Ты будешь в безопасности. Я отметил тебя как свою, и тебе придется принять мою заботу. — Его слова звучали все тише и тише.

Я открыла рот, чтобы возразить.

— Другие не тронут тебя. Они будут уважать тебя больше, чем любого другого человека, потому что я заявил на тебя свои права. — Когда я попыталась опять возразить, он продолжил: — Ты — моя. Я уже так решил. И если мне придется отметить все твое прекрасное тело, чтобы доказать это, я так и сделаю.

Мысленно представив эту картину, я почувствовала вспышку желания и с трудом сглотнула, порываясь обмахать себя рукой.

Его рот вновь скривила усмешка, и он провел большим пальцем по моей нижней губе, словно напоминая о поцелуе. Затем направился к своим людям.

— Нужно установить защиту. Принесите серебра и волчьего аконита — и поосторожней с этими вещами. Хочу, чтобы вы начали с верхнего этажа.

Они оставили меня в гостиной. Я ошеломленно стояла на месте, все еще ощущая на губах покалывающее тепло от его прикосновения. Пошатываясь, я подошла к кухне и заглянула внутрь. Дверь кладовки была открыта настежь и в ней никого не было. Это было хорошим знаком. Возможно, она перекинулась вновь в человеческую форму и отправилась в ванную, чтобы скрыть свой запах.

К моему локтю прикоснулась рука.

Спотыкаясь, я в ужасе резко рванула назад.

Большой, светловолосый мужчина с серьезным выражением лица стоял напротив меня. Он был огромен — по крайней мере на фут выше и шире Бью. У него были густые, длинные волосы, а черты лица — крупными. В одной руке он держал ящик для инструментов, в другой — в кулаке колоссальных размеров — бутылку воды.

— Выпей это.

Я уставилась на гиганта в тревоге:

— Кто… кто вы?

Грубые черты его лица исказило раздражение, как если бы он был раздосадован, что приходится отвечать на мои вопросы.

— Рэмси.

— Хорошо. — Бью упоминал Рэмси несколько раз. Его лучший друг и сотоварищ по Альянсу. — Нет, спасибо. Мне не хочется пить.

Он дотянулся до меня, схватил за руку и принудительно вложил в нее бутылку воды.

— Пей.

Не самый дружелюбный дядя. Я свирепо посмотрела на него.

Он ответил тем же.

Я отпила из бутылки.

Следующее, что он вручил мне, это блистерную упаковку с серебристыми пилюлями.

— Прими.

Я оттолкнула их.

— Я в порядке.

Проигнорировав мой протест, он снова ткнул в меня пилюлями.

Я взяла их у него и нахмурилась, увидев, что он продолжает смотреть на меня в ожидании, когда я проглочу лекарство.

— Ваш мистер Расселл немного нахрапистый.

Рэмси хмыкнул. Очевидно, красноречие — не его конек.

Я посмотрела на пилюли — разумеется, они для того, чтобы расслабить нервы. Видит Бог, они бы мне не помешали. Нам с Сарой нужно было убираться из Форт-Уэрта. Подальше от оборотней, подальше от всех. Мы бы могли собрать самые необходимые вещи вечером и к утру быть за пределами города, но не со всеми этими оборотнями, шастающими по дому и пытающимися быть полезными.

— Прими. Эти. Пилюли. — Рэмси навис надо мной; лицо суровое — ни тени улыбки. Скрестив руки на груди, он уставился на меня многозначительным взглядом.

Я ответила ему тем же.

— Я буду жаловаться твоему боссу, что ты пытаешься накачать меня наркотой.

Рэмси свирепо взглянул на меня сверху-вниз:

— А как ты думаешь, кто сказал мне дать их тебе?

О, вот значит как. Это мне за то, что я симулировала нервный срыв, чтобы отвлечь Бью от Сары. Пожалуй, приняв лекарство, я смогла бы упаковать вещи. Несмотря на свое нежелание делать это, я не сомневалась, что Рэмси заставит меня принять их — так или иначе. Не обращая внимания на нависшего надо мной гиганта, я неохотно приняла пилюли, запив их водой.

Они были ужасны на вкус, и оставили во рту неприятный осадок.

— Неужели все и всегда делают то, чего хочет Бью? — спросила я, показывая на мужчин, который копошились по всему моему дому, и услышала, как Бью рявкающим тоном раздает приказы на верхнем этаже.

— Да, — сказал Рэмси.

Я фыркнула и начала собирать осколки стекла двух разбитых окон. Мне нужно было проверить, как там моя сестра, но не с этим обросшим чудищем, маячившим у меня за плечом. Вскоре, я почувствовала сонливость и вялость. Все стало казаться разрозненным, голова начала кружиться.

Неожиданно возле меня появился Бью и, запрокинув мне голову, стал изучающе рассматривать выражение моего лица.

— Как она?

Я хотела запротестовать, чтобы он обращался ко мне напрямую, но мой разум обволокло туманом. Рэмси приподнял мне веко, и я увидела, что за его спиной стоит переодетая Сара с влажными после (быстрого?) душа волосами.

— Она приняла пилюли, — ответил Рэмси низким, грубоватым голосом. — Я бы сказал, что это на несколько часов.

— Зачем? — спросила я, с трудом держа глаза открытыми.

— Времени более, чем достаточно, — произнес Бью, и затем я взмыла в воздух. Перед глазами все закружилось, повсюду был насыщенный запах Бью, и я поняла, что нахожусь у него на руках и прижимаюсь к его голой груди. Он был таким теплым и так вкусно пах, что я уютно устроилась у него на груди и блаженно вздохнула. Я могла бы уснуть прямо так.

— Для чего достаточно времени?

Бью прижался губами к моему лбу, и мир немного пошатнулся, когда он пошел прочь из дому.

— Для того чтобы доставить тебя домой, Бетсэйби. Ко мне.

— Мы не можем, — запротестовала я, пытаясь сфокусировать зрение на сестре. Лицо Сары было мертвенно-белым от потрясения. Ее руки были скрещены на груди. — Мы уезжаем.

— Да, мы уезжаем, — согласился Бью.

Мы говорили о двух разных вещах.

Я не могла больше бодрствовать. Закрыв слипающиеся глаза и поудобней устроившись в руках Бью, я позволила тяжелому сну одурманить меня.

Когда я проснулась, неприятный привкус ворту превратился в дурной запах изорта. При движении головой в висках начинала пульсировать сильная боль.