Чтение онлайн

— Предлагаю тебе как можно меньше появляться у Вари на глазах. Со временем твоё очарование ослабнет, и потом мне не придётся объяснять ей, куда пропал наш Лёша и почему он теперь обнимается с другой тётей.

От мысли, что я могу обнимать «другую тётю», меня слегка передёрнуло. Почему-то сразу в голове вспыхнула картинка, на которой Юля и Варя играют на детской площадке в нашем дворе, а я веду в дом какую-то левую девку, и мои девчонки всё это видят, глядя мне прямо в душу огромными синими глазами.

На мгновение я будто стал куском дерьма в своих же глазах.

— Просто признайся, что заготавливаешь почву для того хрена из телефона, — так круто стрелки я ещё никогда не переводил.

— Ты про Андрея? — выронила Юля с насмешкой, а меня внутри что-то царапнуло по рёбрам при одном только упоминании этого имени. — Можешь быть уверен, с ним я тоже ничего кроме секса не планировала. А теперь мне и секс с ним уже не нужен. С этим отлично справился ты. Думаю, на несколько лет вперед мне хватит эффекта.

— Ну, ты сильно-то не терпи. Если что, заглядывай по-соседски, — подмигнул я, лукаво улыбаясь и радуясь тому, что появилась возможность съехать с этой темы о серьёзной несерьёзности наших отношений.

— К тебе? — скептически нахмурилась Юля. — Нет. Больше я ни ногой на узкий диван без постельного. Секс сексом, но нормальная постель — тоже часть удовольствия.

— Короче, я тебя понял: меньше появляться у Вари на глазах.

— Ну, в общих чертах — да.

— Ясно. Ну, я пошёл.

Выходя из квартиры и поднимаясь к себе, поймал себя на мысли, что мне дали пинка под зад. Тонко и изящно. Вроде и поел, и потрахался, а внутри как-то хреново. И всё тепло осталось этажом ниже, а я вновь очутился в темной квартире, пахнущей коробками.

И ни игрушек мне, ни пирогов с персиками…

Формат отношений, при котором мне в лоб сказали, что спим мы временно, начал больше напрягать, чем приносить удовольствие.

По сути, между нами с Юлей ничего не изменилось. Я всё так же прихожу к ней вечером после того, как уснёт Варя. Мы трахаемся, Юля меня кормит, и на этом расходимся. Я возвращаюсь к себе сытый и удовлетворенной, но с полным ощущением, что стал проституткой, спящей за еду.

Юля избегает личные темы, переводит всё в шутку и вообще ничего не хочет рассказывать о себе. Это напрягает. Очень сильно. Если изначально было даже круто осознавать, что я нашёл ту самую, которая не парит мозги и не лезет в голову, то всего за пару недель ненапряжного секса появилось ощущение, что хоть мы и имеем полный доступ к телам друг друга, но между нашими головами при этом толстая бетонная стена. Каждый сам себе на уме. С разницей разве что в том, что, в целом, я готов рассказать Юле обо всём, о чем она может спросить. Вот только она ни о чём не спрашивает. Вообще.

Да и по Варе я, честно говоря, скучаю. Редкие разговоры с ней в лифте — наверное, то единственное светлое, что есть в наших странных отношениях с Юлей. Я вижу их с балкона вечерами играющими на детской площадке и ловлю себя на мысли, что хочу побеситься с ними, но вынужден прижать свой зад, ибо обещал Юле пореже попадаться на глаза Варе.

Так и живём: вроде, что-то и есть между нами, но всё закрыто.

А с сегодняшнего дня мне ещё и к Юле нельзя, так как у неё начались «эти», чтоб их, дни. Поэтому сегодняшним вечером я кукую в своей квартире и слушаю, как внизу смеются Варя и Юля, как обычно, весело проводя очередной вечер.

У них не изменилось ничего. Со мной или без меня. Неважно. У меня же, какого-то хрена, перевернулось всё, и я не знаю, как вернуться в привычное русло.

Сидя на диване, вспомнил про переписку Юля с тем типом. И вспомнил её уверенность в том, что я тоже с кем-то переписываюсь.

А почему бы и нет?

Какого хрена я зациклился на одной мамашке-кучеряшке? Напишу кому-нибудь.

Взял телефон, открыл соцсеть и написал первой попавшейся, которой в сети на данный момент не было. Но, стоило мне отправить ей банальное «привет», как она тут же появилась и написала мне целую, мать её, поэму с кучей вопросов о том, куда я пропал и когда к ней приеду.

Проигнорировал. Написал другой. Реакция почти та же. Слово за слово, написал ещё и своим корешам, и вот я уже еду в клуб, где всего меньше трёх недель назад частенько зависал в веселой компании после работы.

Та же музыка, девчонки, похожие одна на другую — томно смотрят мне в глаза, касаются плеч, шеи, рук, свободно садятся на колени и трутся костлявым задом о мой пах. Мёртвый сегодня пах.

— Что с тобой, Лёш? — проблеяла одна из них, пытаясь перекричать музыку. Липкими губами коснулась мочки уха, из-за чего я рефлекторно поспешил отереть эту хрень о плечо.

— Что со мной? — спросил я без интереса, поставив бутылку с пивом на её колено.

— Ты какой-то скучный сегодня. Долго не появлялся и будто совсем не соскучился, — дула она обижено губки, водя ногтем по моей щеке и шее. А затем сменила голосок с писклявого на томный. — Может, уединимся где-нибудь? В машине или в кабинке туалета, как ты любишь?

— Я это… сру дома теперь, — выронил я и посмотрел в сторону своих ног, чтобы понимать, в какую сторону можно скинуть девчонку.

— В смысле? — не поняла она, когда я поставил её на ноги и встал, оставив недопитое пиво на столике. — Ты куда, Лёш?

— Домой. Устал, — бросил я, обходя её.

Попрощался с пацанами, которые тоже оказались недовольны тем, что сегодня я сваливаю раньше обычного, и, сев в машину, поехал домой.

Откинул идиотское желание припарковать свою машину поперек Юлиной, и припарковался, как положено.

Подался вперед, обхватил руль руками и положив на них подбородок, посмотрел на давно спящую многоэтажку. Свет горел лишь в нескольких окнах. В квартире Юли свет был погашен.

Вынул из кармана куртки телефон и залез на её страницу, думая, что бы такое написать, чтобы она ответила и позвала к себе.

В сети была всего двадцать минут назад. А время уже давно перевалило за полночь.

Волна злости прокатилась по коже от понимания, что всё это время она могла переписываться с тем типом. В конце концов, что ей мешает это делать? Ничего.

Полистал нашу переписку, вспомнил самые прикольные моменты и что было после. Поджав губы, обдумал, что ей написать, но ничего кроме того, чтобы напроситься к ней в гости, не придумал.

Я: «Покормишь? Обещаю не трахать»