Чтение онлайн

На улице уже 5 декабря. Но морозы спали и только прохладно, и немного стремно. Но снег еще не успел, как следует выпасть и уже таял. И мальчишка по-прежнему сражался в плавках, надев мундир лишь на время награждения.

Что же пусть оно и будет так. Раз ты стал монстром, то уже иди по пути скорбей до конца.

Почему-то Гитлер не хотел с мальчишкой разговаривать, и его встречал наци два. Впрочем, не понятно еще кто из них хуже и более отвратителен. И тот и другой типы - весьма одиозные. Владимир Рыбаченко подумал - ну и проклятье. Когда воевал с англичанами и американцами прекрасно себя чувствовал. А сейчас словно паршивый и сильно побитый пес. И стыдно и паскудно...А главное ничего он с собой поделать не может, и повернуть против фашистов смелости не хватает.

Геринг встретил его достаточно тепло, но не слишком был разговорчивый.

Видимо у жирного заместителя фюрера голова слишком уж болела с похмелья. А мораль такова - знай себе меру.

Владимир тоже смертельно хотел спать.

И вот с трудом дождался окончания церемонии.

Плюхнулся в пышную постель и погрузился в объятия бога Гипноза

И тут Владимир-Фридрих наконец-то увидел долгожданное продолжение своего феерического и героического сна;

Вот он на ристалище, передвигаясь, словно цирковой гимнаст на носочках, представляя, что он ниндзя движется, перебирая пальчиками по тонюсенькому канату.

Надо взять булаву так он её и возьмет. Ведь он же воин, а не чертовое мурло. Или как это говорят во дворе: пацан, а не Чмо подзаборное. В чем тут проблема? В сильной охранной магии, которая заставляет пасовать ловкость и силу героического воплощения.

Но вот волшебная палица не слишком покорная, не дается в сбитые и ободранные пальчики.

А еще в голову не совсем к месту и времени, лезут различные философские рассуждения. Хотя почему, во сне, где время и пространство так сильно относительны, что не понять, что настоящее, а что мираж и не по рассуждать, о мировых проблемах.

Есть пахари от Рода, и наоборот прирожденные воины все они заслуживают уважение. Даже родился красивейший афоризм; Если никудышный тыл, не поможет ратный пыл, ну а если пыла нет - тыл пойдет врагу в обед.

Но во все времена лидирующей силой дающей победу стал именно тыл. И русская армия стала одерживать победу над шведами именно после создания соответствующей материально технической базы.

Владимир-Фридрих прикинул на глаз шансы четверки или вернее пятерки. В их арсенале прибавилось целых четыре коротких, причем возможно тоже заколдованных копья, несколько щитов, трехглавая булава и два больших да еще получившись, способность по мысленному приказу владельца сгибаться меча. Все вместе это опасно, как магоядерный заряд. То, что могло не только напугать! Да и растоптать кого угодно.

Рыбаченко-Бисмарк философствуя и далее, заявил:

– Этот бой совсем не первый, но... Первый блин может и выйти комом, а первый бой только победой, так как в противном случае, он не первый, а единственный!

– Может, юный демиург закончит нас карать?
– Почти с надеждой, видя колебания мальчишки, спросил барон. Прочие лишь оглянулись, рассчитывая на благоприятный форс-мажор. А может и на внезапную помощь, счастливого лотерейного билета. Недурно использовать и ловкое мошенничество. Вроде, например пятого туза в одной колоде, или припрятанного под козырьком кепочки джокера.

К ним и в самом деле подошла пятая карта и это была женщина, причем настолько большая, что её всегда приманили за юношу.

В данном случае гигант, разумеется, остался даже не в меньшинстве, а единственном числе. Тяжело ступая, но при этом, спокойно дыша, Маркиза демоном мадам де Сталиновская напомнила, то, что и так очевидно:

– Перед нами босоногий, исцарапанный сосунок, а против него лучшие воины мира!

Колдун-друид надсадно прохрипел:

– Хорош сосунок... Уложил целый отряд приличных, отборнейших солдат. Хотел бы я сам стать таким желторотым!

– Нас же пятеро против ребенка!
– Возмутилась могучая маркиза.

Гигант, ежась, и дергая плечами, отметил:

– Ну-ну и что? Это как раз именно тот случай, когда внешность лишь вводит в заблуждение.
– Вон тех, кто уже пал тоже было не меньше пяти, а вернее целая сотка! Где они соколики теперь? Везучие парни со стонами отползают с багряного ристалища.

Владимир-Фридрих, как бы подтверждая слова, даже не оглянувший, взмахом левой руки заставил пускать кровавые пузыри очередного сарацина.

– Потому и корчатся, - Вдруг стал наставлять воинственный всезнайка колдун-друид, - что ни на фунт изюма не ставили противника.

Владимира-Фридриха Рыбаченко-Карасева атаковал еще один наемник, на сей раз из числа монголов. Он попробовал застрелить пацана из лука. Мальчишка, уйдя от первых двух стрел, поймал рукой третью и заставил неприятеля принять острие в горло.

Но барон-гигант продолжал, что казалось для столь крупного человека странным, настаивать:

– Да я - то его как раз готов переоценить и сразу присудить святому ангелу победу. Не охота умирать в цвете лет или, что еще хуже становиться калекой.

Маркиза присвистнула через ноздри, и покачала головой.

– Нет, ситцевый товарищ!
– Жестко и категорически воскликнул генерал.
– Мы ведь тут самые сильные магические заряженные подобрались.
– Генерал просипел.
– Вот так, что мы решили!

За него закончил сам кастильский граф:

– Вот именно мы обязательно отколошматим нашего святейшего херувима.

Генерал переспросил:

– Ну, как, согласны?

Граф вместо ответа воткнул меч в грунт и тут же вытащил его, изобразив зверскую физиономию.

Маркиза и чародей отозвались нечеловеческим озлобленным рычанием, и барону ничего не оставалось, как заверить:

– Трусость прямо противоположна осторожности, так как первое по кривой выводит к разбитому корыту, а такое место слишком сырое, чтобы чувствовать себя в безопасности!

Маркиза буркнула:

– Ой, без пафоса, давай без пышных фраз!

– Да я тоже могу и без лишней мишуры. Просто поддаваться не буду!
– Заверил, ткнув кулаком себя в грудь барон.

Маркиза отдала короткие распоряжения;

– Ладно, зайца! Мы тогда доходим до того ромбовидного опорного задела и занимаем как бы оборонительную позицию.
– Женщина-великан пригнула веки и разъяснила.
– С одной стороны используем опорный пункт в качестве добавочного предохранения от его стремительных движений, а с другой нас надежно прикроет стена трибуны.

Граф с удовольствием прищелкнул языком:

– Вот это идея! Тут эту дурашку уже такой сюрприз ожидает....

Такой маневр видимо очень опытной воительницы из знатнейшего рода Владимиру-Фридриху Рыбаченко-Бисмарку до чрезвычайности воя пожарной сирены не пришелся к нутру. Приблизившись к сплоченной группе защитников, мальчик терминатор выдал: