Свист на горе
Шрифт:
Выйдя из ванной несколько песен спустя, я понял, что изо рта, полного пены, торчит зубная щетка. Вернулся. Сплюнул. Умылся. И только тогда смог продолжить свое утро.
В спальне я застал занятую гимнастикой Риту, одетую в обтягивающий спортивный костюм, подчеркивающий все ее выразительные части. Параллельно на экране ноутбука какая-то баба модельной внешности вела счет.
Войдя, я привлек нежелательное внимание. Девушка из ноутбука сказала что-то на французском. По интонации это звучало как подкол. Возможно Рита получила небольшую порцию стеба на тему того, что у нее дома разгуливает жирная рохля. В любом случае тренировка прекратилась.
– А ты быстро…
– Ну, знаешь, обычно я этим не славлюсь. Я – рабочая лошадка.
– Я знаю, – с ехидной улыбкой сказала Рита.
– Одеваемся?
– Ты. Мне никуда не надо. Я работаю из дома.
– А зачем так рано встала?
– Я всегда так встаю.
Во время прощания девушка поцеловала меня в щеку и пожелала приятного дня.
События развивались быстро, рождая во мне страх, что в глазах девушки мы теперь пара, но это не так. Но Риту это бы очень задело. А мне как-то не хотелось разбивать ей сердце. По крайней мере, сейчас.
– Тебя ждать вечером?
– Да, – брякнул я и покинул квартиру.
ГЛАВА 7
Не знаю какой черт дернул меня согласиться на еще одну ночевку. В любом случае нужно было взять кое-какие вещи. Например, носки и белье. Поэтому я заскочил домой – хорошо, что от работы недалеко.
Утро выдалось безлюдным, поэтому, сидя за прилавком, я мучил писаниной блокнот. В итоге родил небольшой стих в пару строф, потратив не больше часа. Впрочем, этого хватило, чтобы устать и просто таращиться в зал. На одну бутылку, которую я не могу себе позволить. На другую.
Самое сложное на работе – невозможность работать, потому что работы нет. Но и заняться чем-то другим всерьез ты тоже не можешь. Потому что все еще на работе. Смотреть кино или читать тяжело, ведь полное погружение в произведение невозможно – нужно сохранять концентрацию, ведь в любой миг могут нагрянуть люди или, упаси, начальство. Тогда остается только что-то, что не жалко пропустить или выключить.
В общем, часов до двух я смотрел в интернете видео с животными и наконец-то проверил сообщения в социальных сетях. Ничего интересного. Совсем. Если не считать корги. Корги очень милые.
Потом приехала новая партия товара. Это подарило мне хоть какое-то занятие, которое я постарался растянуть. Поэтому пересчитал все лишний раз, расклеил защиту и начал выставлять. Неспешно, но очень досконально. Даже протирал бутылочки марлей. Получалось красиво.
Когда они вошли, было около шести. Мужчина и женщина. Вместе выглядели нескладно. Он – худой, длинный, с потерянным взглядом маленьких, почти рыбьих, глаз. Весь расчерчен морщинами по сальной коже. Одет в черное. И она – маленькая, шарообразная, с крашенными крапинкой волосами, спадающими на опухшее красное лицо. Оно выглядело настолько раздутым, будто ее ударила не алкогольная зависимость, а пара грубых мужских рук. Возможно, рук, расчерченных морщинами по сальной коже.
Впрочем, я выглядел, как что-то, что должно находиться между двух этих форм человека.
На мое приветствие они не отреагировали, и я продолжил выкладку новых позиций. Однако, согласно моим обязанностям, стал наблюдать за гостями, дабы в любой момент оказать помощь или препятствовать преступлению.
Боковым зрением увидел активную жестикуляцию. Сообразил не сразу, но оказалось, пара является глухонемой. А я стал свидетелем их аналога беседы. Напряженной беседы, потому что сильнейший алкоголический тремор действовал на мужчину, как своего рода заикание. Их мимику и жесты я понял приблизительно так:
– Абрабраблх. – Вытряхивал слова из рук мужчина.
– Что? Я не понимаю.
Мужчина начал двигаться медленнее, но почему-то более угловато и грубо.
– АБРАБРАБЛХ.
– Я все еще не понимаю. Попробуй медленнее.
– АБРА-БРА-БЛГХ!
– Я все еще не понимаю!
В этот момент мужчина просто отмахнулся рукой, как отмахиваются, смотря на горящий сарай. В его глазах мелькнула какая-то тяжесть. Сложно, когда тебя не понимают. И тяжело.
После мужчина пожал плечами и показал на одну из бутылок. Женщина отрицательно кивнула. Он показал на следующую. Снова отказ. Так они перебрали около пяти вариантов, пока не остановились на бутылке «БаринЪ». Хотя, я бы назвал ее «русская рулетка», потому что вероятность ослепнуть сохранялась в каждой рюмке.
Когда они покинули магазин, я продолжил работать с поставками. Не самый плотный, но постоянный поток выровнял мне кассу, а заодно обеспечил меня занятием до самого вечера. Последней покупкой была моя бутылка красного полусладкого. Смена кончилась. А с ней и хандра.
Убив в дороге пару рассказов Чехова, я был у Риты чуть более, чем через час. Чего не сказать о ней самой. Как оказалось, девушка ушла в магазин неподалеку. И попросила меня заскочить, взять пакеты.
Подойдя, я увидел любительницу французской культуры, втянутую в оживленную телефонную беседу. Из обрывков реплик стало понятно, что она обсуждает меня с кем-то по имени Марина. Приблизившись, получил поцелуй в щеку и указание рукой на три пакета, стоящих у моей спутницы в ногах. Дескать «вот, бери».
Стоило мне все это поднять, как Рита взорвалась разнесшимся по всей улице «ой!», и попрощавшись с Мариной, вернулась в магазин. Я остался стоять с пакетами. Закурил.
Рядом развернулась забавная на мой взгляд картина. Два парня вышли с бутылкой вина и направились к велосипедной парковке. Я решил их подслушать.
– Это че за вино такое?
– Не знаю, Сань. Красное, как ты и хотел.
– Я хотел пива! Катя хотела красное.
– А разве желание Кати не закон? – С усмешкой сказал парень покрупнее.
– Не начинай…
Здесь я решил вмешаться.
– О, «Ля Тур дю При». Хорошее вино, парни. Только дайте ему немного подышать, если не хотите, чтобы вас размазало.
– А ты разбираешься что ли?
– Вроде того. Короче, хорошее вино.
– Спасибо, брат. Бывай! – Ответил Саня и вместе с другом погрузился на велосипеды.
– Ага, удачи!
Парни скрылись за ближайшим поворотом, а из-за спины прозвучал голос Риты.
– Кто это был?
– Не знаю. Какие-то парни.
– Вы выглядели, как приятели.
– Правда?
– Да. Ты со всеми что ли можешь найти общий язык?
– Сейчас я хочу найти общий язык с тобой, – ответил я, сложив затем губы бантиком и намекая на поцелуй.
Девушка улыбнулась и вскрикнула:
– Дурак! – А после перешла на шепот. – Все дома.
Раздевшись, мы направились на кухню разбирать покупки. Я поставил музыку и начал послушно выполнять задания хозяйки квартиры. К концу вспомнил, что купил на вечер вина. Оказалась, что Рита тоже. Причем такое, как мы пили прошлым вечером. И как то, которое я взял сегодня. Ей оно очень понравилось. Для меня это было неожиданностью, потому что такие вина были совершенно не из ее социальной прослойки.