Чтение онлайн

При подобном приливе и отливе пришельцев, обусловленном торговлей, каждый приносит нечто из своей страны: вскоре манеры, обычаи, правила поведения, верования и обряды смешиваются и сливаются. Понемногу мирятся со всеми государственными порядками и забывают те, при которых сами появились на свет. Торговец, привыкший общаться с иностранцами, начинает их глазами смотреть на своих соотечественников и кончает тем, что теряет с ними связь.

Торговля смешивает не только обычаи и манеры, но также и нравы всех стран: пьянство, роскошь, пышность, страсть к игре, распутство входят в моду, и каждый народ добавляет к своим порокам не один чужеземный порок.

Настоящий торговец – это гражданин мира. Алчущий богатств, он объезжает землю в поисках их, привязывается к странам, которые сулят ему больший барыш, и его отчизна всегда находится там, где лучше идут его дела.

У него, без конца занятого обогащением, голова полна лишь предметами торговли, доходными спекуляциями, расчетами, способами накопления золота и отнятия его у других. Его сердце, чуждое всему остальному, закрывается для самых благородных привязанностей, и любовь к свободе угасает в нем вместе с любовью к родине.

Даже у людей наиболее честных меркантильный дух принижает душу и разрушает любовь к независимости. Все подчиняя голому расчету, торговец постепенно начинает оценивать в деньгах каждую вещь: для него все продажно, и золото служит для него столь же мерилом добрых услуг, героических действий, талантов, добродетелей, сколь и средством оплаты труда, плодов земли и ремесленных изделий.

Непрестанно с точностью рассчитывая свои интересы, он объединяет в своем характере строгую справедливость с жадностью, враждебной всякому великодушию чувств, благородству поведения, возвышенности души – прекрасным качествам, имеющим своим источником принесение личных интересов в жертву счастью своих ближних и собственному достоинству.

Поскольку меркантильный дух заставляет считать богатство высшим благом, жажда золота овладевает сердцами всех; и когда честных средств к приобретению его нехватает, нет таких низостей и подлостей, на которые люди не были бы готовы.

Эти последствия бросаются даже в глаза наименее зоркие; но имеются другие, доступные лишь более пытливым взорам.

Спекуляции всякого рода неизбежно приводят к образованию привилегированных компаний в некоторых отраслях монопольной торговли – компаний, всегда создаваемых в ущерб торговле индивидуальной, мануфактурам, ремеслам и работникам уже благодаря тому, что они устраняют всякую конкуренцию. Так богатства, которые могли бы течь по тысячам различных каналов, оплодотворяя государство, сосредоточиваются в руках нескольких объединений, пожирающих самое сердце народа и жиреющих на его поте.

Вместе с привилегированными компаниями рождаются всякого рода монополии, скупка изделий ремесла и продуктов природы, особенно предметов первой необходимости, скупка, ставящая под угрозу самое существование народа и отдающая его на милость министров, обычно являющихся главарями скупщиков.

По образцу системы монополий постепенно строится и управление финансами. Государственные доходы закрепляются за откупщиками, которые затем становятся во главе привилегированных компаний и обращают в свою пользу источники общественного богатства. Вскоре народ становится добычей сборщиков податей, финансистов, ростовщиков, взяточников – ненасытных вампиров, живущих только грабежом, вымогательством, разбоем, разоряющих народ, чтобы завладеть его имуществом.

Компании негоциантов, финансистов, откупщиков, ростовщиков и скупщиков всегда порождают толпу посредников, менял и биржевиков – рыцарей индустрии, занятых лишь распусканием ложных слухов с целью добиться повышения или понижения курса ценных бумаг на бирже, опутать свои жертвы золотой сетью и обобрать капиталистов путем подрыва общественного кредита.

Скоро зрелище огромных состояний стольких авантюристов начинает прививать вкус к спекуляциям, и всеми сословиями овладевает неистовство ажиотажа, и вот уж нация состоит из одних только алчных интриганов, устроителей банков и учетных касс, из сочинителей проектов, из мошенников и плутов, вечно занятых изысканием средств для ограбления глупцов и строящих свое личное процветание на развалинах процветания общественного.

Среди множества интриганов, цепляющихся за колесо счастья, большая часть низвергается вниз: жажда золота заставляет их рисковать тем, что у них есть, ради приобретения того, чего у них нет. И нищета вскоре делает из них гнусных мошенников, всегда готовых продаться и служить делу господина.

В то время как богатства скапливаются в руках спекулянтов, несметной толпе торговцев, чтобы насытить свою алчность, не остается ничего иного, кроме их изворотливости. Между тем роскошь привила им много новых потребностей, а большое число ищущих счастья не позволяет найти средства для их удовлетворения. Поэтому почти все вынуждены изворачиваться и мошенничать. С этих пор в области торговли больше нет места доверию: чтобы разбогатеть или же избежать нужды, каждый старается обмануть других; торговцы предметами роскоши обирают граждан, расточительных сыновей, мотов; все сделки, даже на предметы питания, подложны, ростовщичество процветает, алчность не имеет границ, плуты не знают меры.

На смену добродетелям благим и сладостным, отличающим народы простые, бедные и гостеприимные, приходят все пороки отвратительного эгоизма, холодности, черствости, жестокости, варварства; жажда золота иссушает все сердца, и они замыкаются для сострадания, не внемлют голосу дружбы, кровные узы порываются, люди томятся лишь по богатству и способны продать все, вплоть до человечества.

Что касается политических связей этой орды спекулянтов, то в каждой стране компании негоциантов, финансистов и биржевых игроков, прожектеров, вымогателей, вампиров и пиявок общества, будучи всецело связаны с правительством, становятся его самыми ревностными приспешниками.

У народов коммерческих, где капиталисты и рантье почти всегда идут рука об руку с откупщиками, финансистами и биржевиками, большие города знают лишь два класса граждан, из коих один прозябает в нищете, а второй полон излишеств; один обладает всеми средствами угнетения, а другой не имеет никаких средств защиты. Таким образом, в республиках крайнее неравенство состояний гонит весь народ под ярмо горстки отдельных личностей.

В монархиях и богатые и бедные суть лишь слуги государя. Из класса неимущих он набирает легионы платных наемников, образующих сухопутную и морскую армию; тучи альгвазилов, сбиров, полицейских, шпионов и доносчиков, подкупленных, чтобы угнетать народ и держать его в узде.

Из класса имущих вербуются члены привилегированных сословий, титулованные особы, сановники, должностные лица и даже высшие чиновники короля; когда дворянство, земли титулованных лиц, высшие должности и звания продажны, то богатство гораздо скорее, чем знатность, приближает к трону, отворяет двери в сенат, возвышает на все почетные места – места, которые ставят низшие классы в зависимость от привилегированных сословий, тогда как те сами зависят от двора.

Вот каким образом торговля превращает граждан имущих и неимущих в орудие угнетения или порабощения.

Развращая всех своих агентов, торговля оказывает значительно более широкое влияние на общество в целом посредством роскоши, которую она влечет за собой.

С той поры как богатство становится мерилом всякого уважения и заменяет собой заслуги, способности, добродетели, каждый стремится к нему как к высшему благу. С той поры жадность наполняет все сердца своим смертельным ядом и, чтобы иметь золото, уже не боятся покрывать себя бесчестием.