Свободная как ветер
Шрифт:
Он снова посмеивался над ней, но она решила не обращать на это внимания.
Я вполне с вами согласна. Вы верно подметили, что жизнь часто к нам несправедлива. Мы рискуем гораздо большим, чем мужчины, если… покупаем неудачную лошадь. Подобно вам, я вовсе не желаю обнаружить беспородную или загнанную лошадь тогда, когда уже поздно что-либо изменить.
Тобиас расхохотался.
Да уж, это точно! Или хромую! А вы уверены, что у графа все в порядке? Я бы сказал, что стати у него неплохие, но каков он на длинных дистанциях? По- моему, не очень. Но я, возможно, несправедлив к нему.
Конечно, несправедливы. Я ведь знаю, как холодно, если не сказать, враждебно, его приняли здесь, хоть он и шотландец, — сказала она сухо.
Тобиас сразу же согласился с ней.
Да, мы не особенно любим шотландцев, которые забывают, на чьей стороне им следует быть.
Мне кажется, что у вас, шотландцев, еще больше предрассудков, чем у англичан, которых вы вечно обвиняете в этом грехе! Он не виноват в том, что отец увез его в Англию, когда он был еще ребенком, и в том, что он не тот беспутный молодой наследник, о котором все так сожалеют.
А, так вы слышали эту историю? Меня удивляет, что он счел нужным рассказать ее вам — в ней нет ничего поучительного или подходящего для женских ушей, если на то пошло.
Ему пришлось объяснить мне, почему его не любят в этих местах, включая его собственных слуг. Это ужасная несправедливость! Ведь несмотря на плохое к себе отношение (кстати, местным жителям тоже не мешало бы кое-что уяснить себе относительно преданности), он намерен сделать все, что в его силах, ради блага родного края и принимает благополучие местных жителей близко к сердцу. Но я уверена, что вы и над этим посмеетесь.
Нет, я не буду смеяться. Макгрегору крупно повезло — вы так его защищаете! А он, стало быть, рассказывал вам о своих планах благоустройства здешних мест?
Джейн насторожилась: Тобиас Маккарти не проявил пока слишком большого любопытства, но она не собиралась распространяться о планах графа, если они не были общеизвестны.
Ничего определенного, — ответила она. — Я знаю, что он в ужасе от нищеты, которую видит здесь, и собирается с ней бороться. Но, как я убедилась, рядовой шотландец настолько полон предрас- судков и упрям, что скорее отрежет себе нос, чем примет что-нибудь от чужого, даже помощь.
Он усмехнулся.
Вам хватило всего четырех дней, чтобы разобраться в шотландцах. Но вообще-то вы правы: наши гордость и упрямство нам часто мешают. И зная все это, вы согласились бы жить здесь после замужества? Или он будет бывать здесь еще меньше, чем теперь?
Понятия не имею. Пока мы лишь договорились с ним, что я приеду сюда погостить. Человек предполагает, а Бог располагает, так ведь?
Да, действительно.
Как и раньше, Маккарти не был ни разочарован, ни смущен ее нежеланием ответить прямо.
Но все же мне интересно знать, почему вы выбрали шотландца, да еще такого сомнительного, как Макгрегор, — продолжал он. — Я уверен, что с вашим обаянием у вас и дома было полным-полно поклонников. Конечно, столь древний титул, как у него, заманчив, но мне кажется, что моя страна вам не особенно понравилась.
Джейн пожалела, что давным-давно не прекратила этот дурацкий разговор.
Я еще слишком плохо знаю вашу страну, чтобы судить о ней, — ответила она сдержанно. — Что касается графа Макгрегора, мне кажется, что его многочисленные достоинства должны быть очевидны даже вам. Нет необходимости их перечислять. Любая женщина была бы счастлива с таким мужем.
Возможно, — согласился он. Только складка губ выдавала его истинные чувства. — Но просветите меня о его достоинствах. Я не женщина и, види- мо, не способен оценить многие достоинства графа. Он, конечно, довольно богат, а это веский аргумент для такой здравомыслящей дамы, как вы.
Несомненно, — отозвалась Джейн, с вызовом подняв голову. — Вы ведь уже решили, что мною движет исключительно корысть.
Но некоторые вещи не стоят той цены, которая за них заплачена, — заметил Тобиас. — Затем, разумеется, древний шотландский титул. Точно?
Особенно если учесть, что его обладатель — человек долга, добрый, великодушный и с прекрасным ровным характером. Не можете же вы отрицать, что любая женщина всегда будет высоко це- нить эти качества в своем муже?
Я пока воздержусь от оценок, но возьму на заметку то, что вы сказали, — серьезно ответил Тобиас. — Мы так редко видим его здесь, что мне трудно сказать, правы вы или нет. Но если да, я не могу понять, почему вы колеблетесь. Если граф такое совершенство, вам следует по- торопиться, дабы не упустить его. А кстати, он не возражает, что вы таким образом как бы рас- сматриваете его зубы?
Он, конечно, хотел поддеть ее, но Джейн не собиралась подыгрывать ему.
Разумеется нет. В конце концов, мы оба взрослые, разумные люди и не имеем ни малейшего желания бросаться в какую-либо авантюру очертя голову.
— Да, но не забывайте, что вы в Шотландии, — насмешливо сверкнул глазами Тобиас Маккарти. — Как бы не оказалось, что здесь самые тщательно продуманные планы могут обернуться против вас как раз тогда, когда вы этого не ожидаете.
Джейн посмотрела на него с благородным негодованием.
Не думаю, что со мной это может случиться.
Никто не думает. Сами говорили, человек предполагает, а Бог…
Джейн начала уставать от этого нелепого разговора.
Может, остановимся? Вы говорили, что хотели познакомиться со мной из любопытства. Я надеюсь, оно удовлетворено?
Да, вполне, — коротко ответил он, помолчав секунду.
Он явно не собирался ничего добавлять, а у Джейн не было никаких сомнений относительно его мнения о ней.
Тобиас усмехнулся.
Неужели вы не спросите меня, мисс Берроуз, о том, к каким заключениям я. пришел?
Нет уж, спасибо! Моя гордость вряд ли выдержит ваши откровения!
Вот уж не думал, что вы трусиха. Как это по-женски— задать вопрос, а потом отказываться выслушать ответ на него!
Я не трусиха!
Да, трусихой вас не назовешь, — отозвался он с неожиданной для нее мягкостью. — Однако вам не о чем беспокоиться, правда не так ужасна, как вы, кажется, думаете. Мне хотелось посмотреть на женщину, которая согласна стать женой Макгрегора, и попробовать понять, каких перемен нам следует ожидать, когда среди нас поселится англичанка.