Чтение онлайн

Мужчина. А я как раз хотел спросить: может, он еще и музыку сочиняет? А он как раз сочиняет!

Антония. Да. Музыку и слова… У него есть очень известные песни. (Смущаясь.) Одну посвятил мне. Ой, какая песня!.. Я бы спела, но петь мужу песню, которую сочинил в мою честь любовник… Ни за что! Мы лучше по-другому сделаем. (Включает магнитофон.) Песня – шикарная! Вот послушай!..

Мужчина. Хорошая песня. Похоже, ее не профессор написал, а телефонный мастер…

Антония (довольная). Ха-ха-ха! Это потому, что номер… и предохранители. Ты прав. Мне и в голову не приходило. Я ему обязательно скажу, когда увижу!

Мужчина (напряженно). А ты его когда увидишь?

Антония. Скоро уже, за обедом.

Мужчина. За обедом? Уже? (Нервно грызет ногти.)

Антония. Ага. Мы с ним вместе проводим выходные. Так что извини, дорогой, у меня всего час на одевание. (Уходит в ванную.)

Мужчина. Вот это да! Но если он тебе так жутко дорог, если тебе с ним так хорошо, чего ж ты не уйдешь к нему насовсем?

Антония (из ванной). Нет, нет, только не это… Снова связать свою жизнь с мужчиной? Никогда больше не повторю такой глупости.

Мужчина. Даже если… Я к слову… Даже если я сам тебе посоветую?

Антония. Никогда! Слишком много мучений. (Выглядывает из ванной наполовину одетая.) А ты чего нервничаешь? Целый час ногти грызешь. Гляди, полпальца отгрыз, родной ты мой… Выпей водочки, полегчает… (Возвращается в ванную.)

Мужчина. Гадость.

Антония (из ванной). Что, водка – гадость?

Мужчина. Нет, водка – хорошая. Гадость – это я про самого себя. (Наливает себе водки.) Сам ведь хотел… Сам предложил тебе жить открытой, свободной парой. Теперь поздно. Не могу же я теперь требовать, чтобы ты пошла на попятную, потому что мне, видите ли, не нравится. Распоряжаться собственной жизнью – твое священное право! (Про себя.) Боже, какую чушь я несу! (Обращаясь к Антонии.) Но ведь тебя всегда тошнило от рок-музыки! Ты же говорила, что эта музыка – для дебилов и психопатов. При первых же звуках – «бум-бам-дрынь-дум-дам-падам-бум»! – у тебя сводило живот! Разве не так?

Антония (выходит из ванной почти одетая. Причесывается. Волосы – торчком, с начесом). Конечно. И ничего удивительного. Обычная глупость: встречала в штыки все новое и непонятное… Я была точь-в-точь, как моя бабушка.

Мужчина. А теперь тебе нравится рок, потому что модно… Потому что он греет кровь, молодит и потому что его любит профессор. Новое увлечение – постмодернизм! Скажи честно: это он тебя перевоспитал?

Антония. Ну, ясное дело: раз женщина меняется к лучшему, преображается, то обязательно благодаря мужчине, очередному Пигмалиону… Что за примитивные понятия.

Звонит телефон.

Мужчина. Если кто-нибудь из моих женщин, скажи, что меня нет, я ушел.

Антония. Почему?

Мужчина. Так… Не хочу разговаривать.

Антония. Он отказывается от гарема! (Снимает трубку.) Алло! (С восторгом.) Привет!.. Здравствуй!.. Боже мой, что случилось? Как ты меня напугал! Я уж думала – опоздала… (Мужу, прикрыв рукой трубку.) Это он!

Мужчина. Кто – он?

Антония. Да пошел ты! (В трубку.) Да, почти готова… (Испуганно.) Сам придешь? Сюда, ко мне домой? Когда?… Через полчаса?… (В замешательстве.) Нет, я одна… в полном одиночестве… Скажу. (Совсем смутившись.) Очень…

Выпивающий в это время муж фыркает, разбрызгивая вокруг себя водку.

Хорошо, скажу от начала до конца. (Прячется от взоров мужа под низкий стол.) Я тебя очень люблю! Пока!.. Пока!.. (Сладким голосом.) Пока!.. (Швыряет трубку на аппарат.) Мог бы и не глазеть на меня, черт подери! На нервы действует! Минотавр какой-то!

Mужчина. А зачем врать, что ты одна? Трудно было сказать, что я тоже дома?

Антония. Нет… Да мне не хотелось.

Мужчина. Ах, вот оно что! Наш компьютер, оказывается, ревнивый!

Антония. Ревнивый! Не болтай ерунду! Допивай свою водку и уходи.

Мужчина. Уходить? Это еще зачем?

Антония (натягивая на себя юбку). А ты не слышал? Сейчас придет ОН!

Мужчина (запальчиво). Как? Поменялись роли? Теперь муж должен убегать, чтобы его не застал любовник? Значит, он действительно ревнует ко мне!

Антония. Ничего он не ревнует. Просто я не хочу, чтобы вы встречались.

Мужчина. Антония, я понимаю… Ты боишься показать мне его. Ведь тогда я увижу, что он совсем не такой «феномен», каким ты его обрисовала. Может, я в нем вообще разочаруюсь: «И это все? (Опускает руку, как бы показывая рост низенького человечка.) Я-то думал»…

Антония. Ты руку-то подними, он не карлик! И, по правде говоря, я боюсь, как бы он сам в тебе не разочаровался.

Мужчина (ошарашено). Что, что?

Антония. Ты пойми правильно… Я в моем возрасте нахожу молодого мужчину, который влюбляется в меня как сумасшедший! Ученый, атомник! Пять международных премий! Преподает в колумбийском университете, в нью-йоркском университете. Не стану же я говорить ему, без пяти минут Нобелевскому лауреату… дескать мой муж, инженер Мамбретти. Я изобразила ему твой портрет… ну, может, не слишком близко к оригиналу… Сказала, что ты у меня суперумный, суперостроумный, супердобрый…

Мужчина. А я, значит, по-твоему, не…

Антония. Ты?

Муж раздраженно поворачивается к ней спиной, идет к столу, наливает себе большую рюмку водки, пьет.

Не надо, мой дорогой… В тебе тоже много хорошего… Я тебя все равно люблю такого… Когда замуж шла, была еще глупой девчонкой, ничего не замечала… А теперь я другая. И кто знает меня теперешнюю, диву дается, как могла такая женщина, как я, прожить столько лет с таким мужчиной, как ты!

Муж снова «фыркает», забрызгивая водкой изо рта все вокруг.

Не брызгайся! Снова, что ли, гладить! (Уходит в ванную.)

Мужчина (потрясенный). Ты понимаешь, как ты меня оскорбила?

Антония (из ванной). Лучше ты пойми, дорогой…

Myжчина. Да кто ты такая?

Антония (выходя из ванной с парой сапог в руках). Я – другая женщина!

Мужчина (не в силах сдержать ярость). Да, другая, потому что свихнулась! А свихнулась, потому что твои друзья теперь – снобы, рок-гитаристы и всякое дерьмо! Дерьмо в шоколаде! ДЕРЬМОООО!