Чтение онлайн

— Нет, — усмехнулся я. — Это гораздо ближе, и виза не нужна. Разве ты с таким богатым отцом не ездила по миру?

— Так это его деньги, а не мои, — ответила Нина. — Это ОН себе позволит может всё что угодно, хоть полёт на Марс.

— Неужели он никуда тебя не брал?

— Нет. Маленькую не хотел везти в самолёте, а потом уже и думать об этом было глупо. Спасибо, что кормил и кое-как одевал.

— Да уж, — хмыкнул я. — Отчим твой порядочный козёл.

— Что поделать? Родителей не выбирают.

— Почему же он тебя так одевает? Словно желает, чтобы к тебе на пушечный выстрел никто не подошёл близко.

Нина ответила не сразу, словно размышляя, что мне озвучить, а что нет. В разговоре с ней постоянно присутствует ощущение, что она что-то недоговаривает. Хотя зачем бы ей скрывать что-то от меня? Я и так уже слишком много знаю о её семье.

— Ну, он очень странный и консервативный. Такой у него вкус, считает, что нечего парням на меня заглядываться. Ну и про длину юбок и закрытые кофты ты и сам уже знаешь... Он перестал наказывать меня только с вашим приездом. А я уж думала, синяки никогда не сойдут.

Сжал руль крепче. Как же меня бесит эта скотина! Ну, как можно бить такую хрупкую, слабую девчонку? Она вчера ещё ребёнком была, ей только восемнадцать, а на вид и того не дать. Да и в принципе — как можно быть таким ублюдком, способным поднять руку на женщину? Одна надежда, что Нина согласится жить отдельно, и жизнь её хоть немного станет легче. Осталось только придумать, как вразумить маму на развод, чтобы все мы забыли о Геннадии как о страшном сне.

Мама так и не решила, что делать с ребёнком. Она бы хотела родить, но Гена-Крокодил настаивает на аборте. Якобы не желает на старости лет слушать вопли ночами. Маме это очень обидно. Ещё бы. Если любишь женщину, то как можно не хотеть от неё малыша, тем более, что средства позволяют нанять целый отряд нянек, чтобы воплей слышно не было вовсе. Просто он не хочет этого ребёнка, и это очевидно.

Прираковался у подъезда новостройки и, загадочно улыбаясь, повёл Нину в квартиру.

— Куда ты меня привёз, Ярик? — улыбалась она в ответ.

— Вот сейчас всё и узнаешь.

Открыл ключом дверь и пропустил её первой. Она вошла и огляделась по сторонам.

— Какая милая квартира, — сказала она. — И чья она?

Да, милая. Я здесь успел убраться к её приезду и кое-что докупить типа ковриков для ванной и коридора и штор в кухню.

— Моя, — ответил я и подтолкнул её в просторный зал. — Проходи.

Говорить "наша" я пока не рискнул. Пусть Нина расслабится здесь и привыкнет, а потом я приглашу её остаться совсем.

— Твоя? — удивилась она и повернулась ко мне. — Так ты от нас уходишь?

В её голосе я уловил нотки сожаления. Это приятно. Надеюсь, она грустит о моём возможном отъезде не только потому, что при мне её папочка ведёт себя потише?

— Пока нет, — почесал я в затылке. — Иногда я буду ночевать и у вас. Но в целом, да... Я съехал.

— А долг перед Алексом? Как тебе на все хватило?

— Ну, долг отдам постепенно. Что же мне, жить у кого-то на шее, если имеются долги?

— Что ж... Ты молодец, Ярик, — похвалила Нина меня. — Тебе, наверное, не очень приятно было жить под одной крышей с моим отцом и видеть все эти скандалы.

— Больше напрягало ,что я будто за его счёт живу, — ответил я, снимая куртку и заглядывая в холодильник. — Теперь я сам по себе. Но ты можешь проводить здесь время вместо библиотеки, а потом я буду отвозить тебя домой.

— Спасибо. — Смешно и очень мило она сложила руки вместе и с благодарностью смотрела на меня.

— Всегда пожалуйста. Колу будешь?

— Давай.

Нина скромно присела на край дивана и покорно забрала из моих рук красную жестяную банку.

— Сейчас закажу что-нибудь на дом, — сказал я, вынимая смартфон из кармана джинсов. — Готовить было некогда. Роллы любишь?

— Да-а, — довольно протянула она.

Отчим ей и роллы не покупал, что ли? Или карманных денег совсем не даёт, и она не может даже купить их себе сама?

— Выбирай, — протянул ей свой телефон, и она стала листать меню ресторана.

— Сладкое ты не любишь. А роллы — да. Всё-таки все вы такие, девчонки.

— Люблю, — пожала она плечами. — Что тут такого? Я нормальная, Яр. Такая же, как и все.

— Нет, Нина, — присел я рядом с ней и обнял за талию. Уткнулся в её шею носом. — Ты не такая, как все. Ты особенная.

Она посмотрела в мои глаза и застыла. Щеки порозовели от смущения. В неё ещё не влюблялись мальчишки, и мои слова ей непривычны, хоть и приятны. Я первый. И последний.

Телефон выпал из её руки, когда я повалил её на диван и накрыл её губы своими. Мы так и не оформили заказ, и чёрт бы с ним. Какие же сладкие у неё губы... Сто лет не получал такого удовольствия от простых поцелуев.

НИНА.

Мы целовались на этом диване как в последний раз. Его губы уверенно брали мои, умелый язык выводил во рту такие узоры, что я и представить себе не могла, что такое вообще возможно сделать. Поцелуи Яра сводят меня с ума, я готова целовать его целую вечность. В момент ласки я стараюсь ни о чем не думать, просто ощущать удовольствие и делить его вместе с ним. Я не могла и подумать ещё месяц назад, что именно этот задира и один из самых популярных парней универа станет моим первым мужчиной, и что мне с ним будет так хорошо...

Я и не думала сопротивляться, когда он потянул вверх мой свитер и снял его. Начал жадно целовать мои плечи, ключицы, грудь, которую открывало белье, обнажённый живот. Почти не отрываясь от поцелуев, Ярослав снял свитер и футболку с себя, а потом расстегнул мои джинсы и с нетерпением стащил их с меня. В глазах его я видела океан желания, огня, на который я отвечала ему так же страстно, опухшие от поцелуев губы возбуждали ещё сильнее, и когда он снял моё нижнее белье и коснулся ими моего клитора, я была на пределе, желание звенело внутри меня натянутой струной.

Я отвечала на его ласку, издавая стоны и выгибаясь к нему навстречу, желая, чтобы он пошёл дальше, чтобы снова оказался внутри меня. Хотела снова ощущать его мощные толчки и получить это крышесносное наслаждение, которое я вряд ли смогу испытать с кем-то другим. Это только с ним. Это навсегда останется в моей памяти, как лучшие моменты с моим первым мужчиной.

Он словно слышал меня или чувствовал по движению тела, а может, тоже извелся за эти дни, когда мы не могли повторить нашу первую ночь, и перешёл к действиям. Навис сверху и одним толчком вошёл в меня. Я прижалась к нему, тяжело дыша и ожидая, когда тупая боль, пронзившая опять меня с головы до ног, уступит место удовольствию. Боже, какая же это приятная боль! Я рада, что испытала её именно с ним. С ним я ощущаю себя девушкой — нужной, желанной, красивой, страстной.