Чтение онлайн

— Ты так говоришь, как будто он инвестирует в какое-то дело, а не дает тебе деньги на шмотки.

— Шмотки? – ахает он. – Милая, посмотри на меня. Шмотки – это только малая часть. Косметолог, стилист, визажист, маникюрша… А сколько курсов я прохожу, чтобы соответствовать, ты себе представляешь? Когда мы в первый раз пришли в ресторан, я чуть со стыда не сгорела. Передо мной выложили десяток приборов, а я не знала, какими надо пользоваться! Я почувствовала себя деревенщиной. А если бы мы были на ужине с его деловыми партнерами? Нет, милая, поверь, деньги, которые он дает – это ерунда. Мне приходится делать намного больше!

Я только офигеваю от услышанного. Неужели это правда? И без всего перечисленного мама для этого Юрия уже не такой соблазнительный объект?

— А его жена тоже всем этим занималась? – зачем-то спрашиваю, мама сразу злится.

— Регина, мне это начинает надоедать. К чему ты постоянно сравниваешь меня с его бывшей женой? Я не она. Я не его обслуживающий персонал, который ждет дома и растит детей, я – украшение его жизни, чувствуешь разницу? И пожалуйста, давай больше не будем возвращаться к этой женщине.

Ничего удивительного, что дальнейшая атмосфера хождения по магазинам становится просто угнетающей. К тому же мы с мамой долго ругаемся из-за выбора обуви для меня. Я хочу кроссы и балетки, но не за те деньги, что она предлагает. Конечно, обувь крутанская, но для меня это слишком. Это не мои деньги, и я не украшение жизни Юрия, так что…

Так что в итоге мама покупает то, что присмотрела она, не спрашивая меня. Домой мы едем в тяжелом молчании на такси, благо днем пробки не такие устрашающие, как утром и вечером.

— Ты пойми, – тихо говорит она в машине, – ты моя дочь, ты должна соответствовать.

Я устало вздыхаю.

— Мам, а можно я буду просто собой?

Она растерянно хлопает глазами с нарощенными ресницами, но ничего не говорит. Правда, губы поджимает и к окну отворачивается, значит, и на это обиделась. Когда мы выгружаемся с пакетами возле подъезда, все же замечает:

— Я знаю, что не лучшая мать. И знаю, что не стану таковой. Я могла не настаивать на твоем переезде сюда, ты бы осталась в Казани, жила бы в нашей квартире, училась, потом устроилась на зачуханную работу, как это было со мной. Я же даю тебе реальный шанс вырваться из этого нищенского мира, Регина. Не будь дурой, воспользуйся им, чтобы потом не жалеть.

Держа пакеты, она пытается вытащить ключи, я со вздохом прикладываю таблетку к домофону и пропускаю ее вперед. Ну что, зато честно. И мамины мотивы понять можно. По-своему, она желает мне лучшего, просто наши представления о лучшем не очень сходятся. Хотя сам по себе переезд в Москву и жизнь тут – действительно большой шаг вперед, на который я сама бы не решилась.

— О, Слав, ты дома, – мама, стянув туфли, тащит пакеты к себе, а я, не глядя на вышедшего в прихожую парня, разуваюсь.

— Классные кроссы, – замечает Слава. Напрягшись, поднимаю на него взгляд. – Купила на деньги моего отца? Смотрю вкус у тебя есть, как и у твоей мамы.

Я вспыхиваю, эти слова словно удар под дых. После тяжелого похода по магазинам мне только и недостает, чтобы Слава меня назвал меркантильной.

— Вообще, я не удивлен, – хмыкает он, – примерно того и ожидал. Быстро ориентируешься, молодец.

— Регина, идешь? – голос мамы из комнаты позволяет мне не отвечать на выпад Славы. Да и по существу, что я могу сказать? Я действительно трачу деньги его отца на дорогие вещи для себя. Отстой.

— Иду, мам, – откликаюсь я, прохожу мимо Славы, и он вытаскивает из заднего кармана брюк мой телефон. Я поворачиваюсь с непонимающим взглядом, пока Слава крутит его в руках.

— Прости, просто проверить хотел, не успела ли ты купить айфон.

Я вспыхиваю от злости и протягиваю вперед руку.

— Отдай телефон, – наш разговор идет на пониженных тонах, и мама в комнате ничего не слышит, тем более там постоянно шуршат пакеты, видимо, она разбирает вещи.

— Забери, – Слава поднимает руку вверх, предлагая отнять телефон.

Да что за детский сад такой! Если он думает, что я буду прыгать собачкой или расстилаться перед ним, то заблуждается. Может, он терпеть меня не может и всячески это демонстрирует, но я тоже не очень-то стремлюсь с ним дружить. Я не буду вечно пасовать перед ним из-за вот таких дебильных выпадов.

С непонятно откуда взявшейся храбростью я толкаю Славу в грудь. От неожиданности он делает пару шагов назад и упирается в стену. Я хватаю телефон, но он держит его крепко, так и не опустив руку.

— Отдай телефон, – шиплю я, задирая подбородок.

— Хочешь войны? – щурится Слава, наклоняясь ко мне ближе. Хочу ли я войны? Нет, не хочу, но он начал ее и так без объяснений и переговоров.

Мы смотрим друг на друга, практически прожигая взглядом, я только спустя пару секунд понимаю, насколько близко мы стоим. Наши ладони сжаты на телефоне, руки вытянуты вверх, и мое лицо прямо напротив его. Я сглатываю, потому что по телу пробегает странное волнение: от того, как меняется взгляд Славы, как проникает в ноздри аромат его туалетной воды, как соприкасаются наши руки…

— Я хочу… – шепчу я и, кашлянув, заставляю себя говорить громче: – Хочу, чтобы ты просто оставил меня в покое.

Слава разжимает руку, я отскакиваю в сторону с мобильным. Его взгляд снова привычно холодный, совсем не такой он был несколько секунд назад, но об этом я думать ни за что не буду. Поправив топ, иду в сторону комнаты мамы, ловя в спину слова Славы:

— И не рассчитывай, Регина.

***

— Ну ты расскажешь мне что-нибудь или нет? – Ленка сгорает от любопытства, шагая рядом со мной. Я позвала ее закупиться письменными принадлежностями к первому сентября.

— А что ты хочешь услышать? – пожимаю плечами.

— Слава обо мне спрашивал?

— А должен был?

— Ну… Мы с ним очень мило общаемся в директе. Знаешь, флирт, немного пошлостей, но без похабства. Черт, даже не верится, что я заигрываю с Яром!

Значит, они общаются. Интересно. Конечно, Слава бы не стал мне сообщать об этом, даже если бы действительно хотел что-то узнать о Ленке. Мы не в тех отношениях.

— Не думаю, что тебе стоит с ним встречаться, – говорю честно, Ленка вопросительно вздергивает брови. – Я так поняла, он не особенно стремится заводить отношения.