Сводные. Дерзкие игры
Шрифт:
Скрещиваю ноги и пытаюсь отстраниться от Руслана. Не знаю даже, где беру силы для этого. Но нельзя терять оставшиеся крупицы разума.
– Нужно идти на завтрак. Или мама вернется… Ты же знаешь.
– Знаю… И всё равно не могу оторваться от тебя, - Борзов, словно заведенная игрушка, продолжает атаковать меня своими поцелуями.
– Рус… - пытаюсь мягко воззвать к его благоразумию. – Борзов!!! – шепчу более настойчиво, когда он снова пытается добраться до моего тела под одеялом.
До брата наконец доходит. Он шумно выпускает из себя воздух и опускает голову.
– Ты за это еще расплатишься…
Вижу, что он дерзко улыбается.
– Посмотрим, на твое поведение! – закутываюсь в тонкое одеяло, под которым уже невыносимо жарко, и спускаю ноги на пол. – Иди в душ первый…
– Иди ты… - он поднимается с корточек. – Мне нужно немного успокоиться, - он с ухмылкой смотрит на свидетельство своего возбуждения.
Тоже опускаю туда глаза и… Быстро направляюсь в душ!
*
Дорога убегает вверх всё круче. Идти становится всё тяжелее. Но мама с папой словно не замечают этого. Вместе со своими друзьями они прут вверх, как маленькие танки.
– Можно я здесь умру? – стону в воздух, не обращаясь конкретно ни к кому.
Родители, обернувшись на миг, улыбаются, а Рус приближается сзади почти вплотную.
– Давай я поднесу твою попку… - его рука скользит по моим ягодицам.
– Только попку?
– Не только… - смеется, глядя на шагающее впереди старшее поколение. Брат предельно осторожен. Понимает, что родители не одобрят нашу связь, если узнают.
– Поднеси меня всю… - снова стону. Но, честно, не могу идти дальше. Выдохлась совершенно. Где те чудесные виды, ради которых мы премся на самую вершину горы? Уже не хочется никаких красот. Хочется на ручки… К Русу.
– Всю? – озорные огоньки мечутся в его глазах. Поворачивается ко мне спиной. – Запрыгивай!
– Шутишь??? Мы вообще то в гору идем, а не обратно.
– Не боись, малая, - смеется. – Запрыгивай!!!
Заливаюсь громким смехом и, обняв Руслана за шею, закидываю ноги на его талию.
– Юля… - тут же вспыхивает мама, увидев происходящее. – С ума сошла???
Наверное, сошла… Внутри меня полыхает пожар. Боюсь лишь одного: чтобы родители не прочитали обо всех чувствах к брату по моим глазам, по моему поведению.
– Тише, Алла… Это я сам предложил. Нужно же помогать маленьким девочкам!
– Помогать – да!!! Но не садить их себе на плечи… Привыкнуть могут, - поддевает его мама.
– Юляшке можно, - присоединяется к смеху папа. – Она не успеет привыкнуть. Рус быстрее уедет, чем сформируется привычка.
После этих слов моё хорошее настроение растворяется словно дымка. Папа прав… Борзов скоро уедет! Нечего строить в голове непонятные воздушные замки!
Спрыгиваю со спины Руслана и без слов устремляюсь вперед. Негодование придает сил. Брат не догоняет. Наверняка, понял, почему я так резко изменила своё поведение.
Конечно, он не давал мне каких-то обещаний… И я знаю, что он уедет… Но, когда ты стараешься не думать об этом… А потом кто-то резко окунает тебя в эту реальность…
Блин… Лисовская… Может, вообще всё это зря??? Не нужно было, может, вчера допускать случившееся???
Хотя что же теперь убиваться… Назад не отмотаешь. Да и тело не хочет забывать, как ночью было хорошо. При одной только мысли об этом по коже словно мороз бежит…
Еще… Еще…
??????????????????????????
Глава 25.
Вот мы и дома.
Усталость после долгой утомительной поездки дает о себе знать. Ухожу в свою комнату и устраиваюсь на кровати. Голову кружит не только физическая усталость, но и понимание того, что у нас с Русланом остался, грубо говоря, один день. Один день… Завтра… А уже послезавтра утром у него самолет.
Не мигая, смотрю на стену, пытаюсь разобраться в том, что чувствую. Хочется плакать… Руслан уедет, а я уже не представляю себя без него. За это время, что мы были вместе, особенно на отдыхе, я неимоверно привязалась к нему. Как и он ко мне. Я уверена. Это чувствовалось в каждом его тихом слове, предназначенном только для меня, в каждом нежном прикосновении, в каждом взгляде.
– Юль, - дверь открывается и предмет моих размышлений оказывается рядом. Вместе с братом в комнату вбегает Арчи – тоже бедняга соскучился по всем нам, будучи больше недели у друзей родителей.
– М-м? – смотрю на Борзова, одновременно прижимая к себе своего питомца. Если бы я могла так открыто проявлять свои чувства и к Руслану… Могла в любой момент обнять, поцеловать его. Но это только мечты. Сбыться которым, судя по всему, не суждено.
– Ты плачешь? – брат присаживается рядом, аккуратно вытирает одинокую слезу, которая успела незаметно скатиться из уголка глаза.
Молчу. Да, я плачу. Разве в этом есть что-то удивительное? Или что мне делать? Может, смеяться?
– А тебе разве безразлично то, что послезавтра мы расстанемся? – на отдыхе я старалась по мере возможности не поднимать эту болезненную тему, но теперь откладывать разговор нельзя. Нужно четко расставить все точки над «и».
– Нет, конечно, - он опускает голову, тяжело вздыхает. Потом трет пальцами переносицу. – Небезразлично. Как ты можешь так говорить…
– Иногда думаю о том, что лучше бы этого всего не было… - злюсь от его дальнейшего молчания. Я как будто надеюсь на какое-то чудесное решение, которое предложит Руслан, а он ничего не предлагает. Не оправдывает моих надежд.
Только ведь такого решения и не существует на самом деле. Или…
Признаться родителям в своих чувствах? Я, наверное, схожу с ума, но иногда допускаю в мыслях подобное. Вот только допускает ли это для себя Борзов??? Готов ли он на такой серьезный и ответственный шаг? Или такое ему даже в голову не приходило?
Пришло время, чтобы выяснить это.
– Не говори так… - он берет меня за руку, гладит центр ладони.
Но меня это касание лишь раздражает.
– Ничего ведь не изменится? Да? Ты послезавтра улетишь… Я останусь здесь… И всё будет, как прежде… ДА? – с надеждой заглядываю в его глаза, но опровержения там не вижу.
– А что ты предлагаешь?
– Я думала, это прерогатива мужчины решать подобные вопросы и что-то предлагать, - еще больше злюсь я, понимая, что Рус просто на просто трусит. Или недостаточно глубокие чувства испытывает ко мне. – Ты меня любишь? – спрашиваю в упор.
– Юль… - брат начинает сильно волноваться. Пытается сесть удобнее. Отбрасывает чуть дальше телефон, выпавший из кармана.
– Просто скажи… «Да» или «нет»?
– пытаюсь говорить как можно спокойнее. – Я ничего не требую и не собираюсь требовать. Просто скажи… Мне нужно это знать…