Сводные. Любовь на грани
Шрифт:
Меня спасает звонок в дверь: приехал Андрей и привёз вещи. Быстро же баба Нюра собрала их, всего-то прошло два часа.
Остаток дня проводим на диване, посмотрев несколько фильмов, в промежутках отвлекаясь на ласки. Делаем второй заказ в ресторане: только десерты и на ужин устраиваем чаепитие. Маленькая девочка во мне визжит от восторга и через раз не верит своему счастью: Матвей окружил меня заботой и вниманием по максимуму, вижу: и ему кайфово здесь и сейчас со мной…
ГЛАВА 50
АРИНА
Это самый счастливый понедельник за последние годы, я летаю вместе с бабочками в моём животе. Проснувшись, собираюсь и готовлю на скорую руку завтрак.
— Доброе утро, — заспанный, помятый Царёв, лениво потягиваясь, проходит в кухню. Сексуальней парня я не видела, закусив губу, любуюсь им. — Давно встала? — окидывает меня внимательным взглядом с похотливым огоньком в глазах. — А у тебя есть одежда, которая не обтягивает так тело?
— А что не так? — включаюсь в игру, — обычный боди и джинсы, — улыбаясь, дразню его.
— Все так, — рыча, подаётся ко мне, подхватывает со стула и сажает на краешек стола, вклиниваясь между моих разведённых ног. — Фигурка у тебя аппетитная, не хочу, чтобы на неё слюни пускали, — склоняется и прикусывает за губу, понижая голос, продолжает, — и меня выводит из себя сей факт.
— Паранджа в моем вероисповедании не предусмотрена, — отталкиваю и соскакиваю со стола, напрягает немного такое поведение, я не его собственность.
— Куда ты? — удивлённо спрашивает.
— Садись завтракать, я кофе сделаю, — подхожу к кофемашине и нажимаю кнопку, подставляя две чашки.
— Эй, это совершенно неправильное утро, — тянет меня за руку на себя, противясь, стою на месте. — А заняться сексом?
— Мы на лекции опоздаем, — говорю сдержанно, — я на сборы час потратила. А ты сейчас меня всю помнёшь!
— Может тогда минет? — ухмыляясь, настойчиво предлагает.
— Обойдёшься, — беру чашку с кофе и делаю глоток, меня что-то тревожит, но не пойму, что именно.
— Фуу такой быть, я в душ, а потом завтрак, — бросает и выходит из кухни.
Рассердил, что-то в его словах резануло и фальшивым показалось… Может, я себя накручиваю и тороплю события? Надо хорошо подумать над моей реакцией. Наверное, жду его признаний, я не понимаю, что между нами… Конечно, осознаю, что секс — тоже своего рода отношения, но мне хочется большего.
От грустных мыслей меня отвлекает вернувшийся собранный Матвей: что бы он ни надел, всегда выглядит как модель с обложек журналов.
— Что у нас на завтрак?
— Оладушки с вишнёвым вареньем и бутерброды, — перечисляю свои кулинарные шедевры.
Завтракаем, Царев с жадным аппетитом наворачивает мои оладушки с вареньем. Мне приятно: млею и довольно улыбаюсь.
— Мордашка от радости лопнет, — поддевает он.
— Сейчас отниму оладушки, — ехидно стреляю глазками на тарелку.
— Эээ, противная девчонка, я ещё не наелся, — ближе пододвигает тарелку к себе.
Остаток завтра проходит в лёгкой атмосфере, утреннее напряжение спадает, и мы, шутя и дурачась, выходим из квартиры.
В машине слушаем музыку: говорить не хочется, всё кажется идеально правильным, с ним даже молчать комфортно. Заехав во двор универа, увидели Дениса на парковке. Он подмигнул, вгоняя меня в краску.
— Мелкая, ты прикольная, — говорит, смеясь, подмечая мою растерянность. — Не волнуйся, никто кроме нас и твоих друзей не узнает, что вы не мультики смотрели.
— Мультики бывают разные, — подхватывает прикол, рядом вставший Матвей.
— Дураки, — фырчу, смущаясь.
— Беги на лекции, мне поговорить с Дэном надо, встречаемся после пар на парковке, — говоря, подталкивает меня в направлении главного входа.
— Хорошо, до обеда, — улыбнувшись, вижу, как через турникет во двор универа входит подруга.
Машу Полине и торопливым шагом направляюсь к ней. Надо поболтать, а времени до первой лекции осталось мало.
— Привет, крошка, — с ходу привлекаю в объятия подругу. — Нам бы поболтать…
— Приветик, — чмокает меня в щеку. — Поболтать было бы хорошо, — смущённо улыбается Поля.
— На лавочку в парк?
— Давай, — соглашается и поворачивает в сторону парка подруга. Поравнявшись с ней, беру её под руку.
Находим лавочку под кипарисом, стоящую в отдалении от других лавочек: в самый раз для нашего откровенного разговора. Садимся и я поворачиваюсь к подруге, заботливо изучая её подавленный вид.
— Что у тебя случилось? — узнаю тихо.
— Сама не знаю… — часто выдыхает и сдерживает всхлип, — я вроде не влюбилась, я вообще в этом плане разумная, — смолкает, уходя в свои мысли.
Сижу молча, не подгоняю и не наседаю. Я в первый раз вижу Полину такой. Обычно она самая неунывающая, всегда открытая и честная. А сейчас — колючий ёжик: подавленная и растерянная одновременно. Глядя на неё, все мысли про меня и Матвея вылетают из головы.
— Мне стыдно, — прекращает молчание, — но у нас с Тимофеем было ещё раз. — Понимаю, у нас несерьёзно, но тянет к нему. Какая-то безнадёжность, ему не нужны отношения, и будущее уже решено, но мне очень больно, понимаешь?
Молча беру её за руку и стискиваю в поддерживающем жесте, кажется, моя подруга влюбилась, но не хочет сознаваться. Мне знакомо поведение Тимофея, усмехаюсь своим мыслям, у Матвея такое же.
— Ладно, что мы только обо мне, тебе сильно досталось? — хитро смотрит на меня. — Дракон прям злющий был, я за Егора испугалась.
— А я как испугался, — на наши плечи опускаются руки друга.
— Блин, ты чего так пугаешь, — шиплю на Егора.
— Совсем, что ли? — рычит Полина.
— Месть за ваших мужиков, меня чуть не прибили в клубе, — хмыкает друг.
— Извини, пожалуйста, — делается неловко за агрессивное поведение сводного.
— Проехали, сама то не пострадала? — заботливо-серьёзно интересуется у меня.
— Если только гордость, — краснею, — и попа, которая подбила на приключения, — друзья взрываются смехом над методами воспитания Матвея.