Чтение онлайн

Неудобных вопросов Яне не задают, Татьяна села дома с ребёнком. Идиллия для Михаила случилась. Две его любимые девочки рядом. Но всё же решили, что Яне потом наймут няню, и с детьми она будет заниматься, а не Татьяна.

— Ваня, мне бы надо в центр съездить на днях. С работы кто-то из вас отпросится, ты или папа?

— Да, я смогу тебя отвезти, давно не катались, — он поцеловал жену. Уже научились общению с младенцами, но своего сыночка ждут, не могут дождаться.

В четверг поехали в город и, как всегда, Новосибирск тормозит в пробках. Погода сырая и прохладная. Яна захотела в туалет.

Останавливаться на заправках не хочется. Погода ужасная, да и общественные туалеты сейчас не самое приятное место для женщины на последних неделях.

Недалеко микрорайон, в котором поселилась мама.

— Давай к маме заедем, у неё вроде выходной, я в туалет зайду и заодно проверим, как она живёт, — Яна озвучила свой план, давно собиралась проведать маму. Доверия её побег не вызывает, что-то во всём этом неладное есть.

— Хорошо, мы же в городе не опоздаем? Тебе к врачу назначено?

— Нет, там быстро, договор заключим, медкарту отдам. Через несколько дней лягу ждать там, чтобы по пробкам потом экстренно не метаться, сам знаешь, какой у нас тут трафик.

Яна спокойная, но это только внешняя иллюзия, на самом деле, внутри всё начинает бушевать. Есть какое-то нехорошее предчувствие.

Машина остановилась на парковочном месте, и она уже готова выпрыгнуть.

— Да уж. Приехали, подожди, помогу тебе выйти из машины. Куда ты все время спешишь? Ох, суетная у меня девочка, — засмеялся Ваня, у него предчувствий нет. Он даже не понимает, что что-то может пойти не так.

Подошли к подъезду, позвонили и мама, не спрашивая, впустила их. Молча поднялись на лифте на этаж, позвонили в квартиру и удивились до глубины души. Всё что угодно ожидала увидеть Яна, но не ЭТО!

Молодой парень в одних семейных трусах, открыл им дверь. Поджарый, очень коротко стриженный и кроме трусов на его теле несколько огромных и довольно красивых татуировок.

Надо признать, что вкус у него есть. Но вот со всем остальным?

Он осмотрел «гостей» с ног до головы, и завис на минуту, потом не пуская Яну, крикнул:

— Это не пицца! Лар, наверное, к тебе гости! Иди встречай! — ни здравствуйте, ни привет, не впустил, подождал, когда Лариса поспешно придёт к дверям, передал ей ручку двери, как нечто ценное, и ушёл в комнату.

Лариса, теперь жгучая брюнетка, совершенно другая женщина. Только что светилась счастьем, и неожиданно её настроение изменилось. Холод, неприятное, искаженное подобием улыбки лицо выдало злость. «Дети» своим внезапным появлением на пороге нарушили её любовную идиллию?

Перемены в матери неприятно удивили. Яна даже вздрогнула, когда мама подошла. Новому сожителю нравятся брюнетки?

— А что не предупредили? Заходить будете? — процедила сквозь зубы Лариса, её застали врасплох, а она этого терпеть не может.

— Вот потому и не предупредили, чтобы понять, что у тебя происходит. Что за мальчик? — строго спросила дочь.

— Муж, Павел. Живём вместе. Но вас это не касается, — теперь Лариса, не стесняясь, вошла в состояние агрессии, как в былые времена, когда дочь жила на её попечении.

Но сейчас всё изменилось. И у Яны есть весомые аргументы, и права предъявлять матери претензии. Девушка отступать не намерена.

— А мне кажется, что очень касается, ты на меня кинула сестру, захватила квартиру моего мужа и теперь у тебя Паша? — голос Яны выдаёт бешенство. Но всё же она не кричит. Ваня пока не смог справится с потрясением. Просто придерживает жену за спину.

Придерживает или удерживает? Боясь, что она не выдержит и кинется выгонять «постояльцев».

Но Яна сдержалась!

— Не ори, Яна! Потом приеду и поговорим, передумала, не стоит вам заходить, — Лариса дёрнула ручку к себе, но Яна успела сообразить первая и это позволило ей открыть двери быстрее, чем матери захлопнуть.

Лариса отступила, прикусила губу, понимает, скандал и драка вполне могут начаться в любой момент. Паша у неё горячий, и придурковатый. Лучше его в конфликт не втягивать. Иначе им тут не оставаться.

— Я в туалет дай пройти, мне не хочется с тобой разговоры вести пока, — Яна вошла, как к себе домой. Отдала мужу плащ и быстрее в туалет.

Паша, как был в трусах, так и сидит на диване, не обращая никакого внимания на происходящее. Уставился в телефон, похоже, что Лариса очень гордится им, одного взгляда достаточно, чтобы понять, она его любит и готова на всё, только бы он не сбежал. Странно, сама же критиковала дочь, провозглашала женскую независимость. А тут вот оно, счастье в трусах!

Устраивать разборки, доказывать матери, что она не права, занятие бесполезное и неблагодарное. Она на сто процентов уверена, что поступает правильно, и что её жизнь важнее всего остального и ошибки случаются. От детей она не отказывается, но раз уж у неё теперь трое, то они сами о себе могут позаботиться. Вот и всё. Яна это прекрасно понимает.

Мама упёртая и, если что-то решила, значит так и будет. Наглость её суперсила.

Но как эту новость воспримет хозяин квартиры?

Вот этот момент доводит до паники и Ваню и Яну. Как сказать отцу?

И только Лариса об этом не думает. Или уже все продумала на десять рядов, просчитала и понимает, что она всегда может выставить ответный ультиматум.

Марианну!

— Я уже не думал, что твоя мама меня ещё удивит, но она смогла, — признался Ваня, в квартире он ни слова не сказал, хотелось, но пока сложно подобрать адекватные выражения, потому что их просто нет. А материться этот Паша умеет гораздо лучше.

Да и при беременной жене всё это ни к чему.

— Мне стыдно, но реально, теперь понимаю наезд твоего папы на меня из-за труселей, — вдруг Яна начала смеяться.

— Точно, он терпеть не может, когда по дому раздетые ходят. Вот почему они с Ларисой не сошлись! — Ваня тоже смеётся, ну а что остаётся, не плакать же.

— Ага, нашла себе очередного таёжного валенка в труселях. Зато понятный, примитивный, чёткий пацан на районе. Боже, я ведь от всего этого сбежала, из бараков и таких маминых поклонников, но нет, они меня тут нашли. Не понимаю, что теперь делать? Квартира твоя, устроить скандал, выставить её, чтобы не повадно было. Так хочется всё это отменить.