Сводные... Запрет на любовь...
Шрифт:
Мелкая, нервно оглядывающаяся по сторонам и машущая в объектив. Ее взволнованная улыбка... Требует от Егора условия гонки и смотрит на линию старта. Замирает испуганно, практически не дыша.
Давыдова переключает объектив на трассу.
Слежу за тем, когда этот гад решает меня подрезать, убеждаясь в который раз, что он это делает намеренно, и вздрагиваю от надрывного испуганного «Яр!» где-то за объективом!
Метание камеры на дорогу и девчонку в гольфах, испуганно зажимающую себе рот ладошкой. Торможение у обочины и снова девочка, слетающая вниз с машины и набрасывающаяся на Егора.
Хрупкая, разъяренная, метающая молнии и готовая выполнить все угрозы, в случае невыполнения условий. Не ради Горина. А ради своего идиота «братца», вечно выводящего ее из себя.
На что там Егор говорил ставили? На эмоции?
Кажется, их получили сегодня все, через край.
«Спасибо», – спешно отписываю Нике в чат.
«Я знала, тебе понравится», – присылает ответ вместе с подмигивающим смайликом, пропадая из сети.
Выбираюсь из кухни на балкон, закуривая сигарету.
Нервно затягиваюсь, глядя на часы. Час тридцать… а у мелкой в столовой до сих пор горит свет… Не спит?
Падаю в кресло лоджии, открывая снова телефон. Пролистываю контакты чата, отыскивая в настройках «Заблокированные».
Вожу пальцем над контактом «Подкидыш», решаясь.
Четыре года не позволял себе читать ее сообщения и не отвечал на звонки. Страшно безумно, и сердце колотится, как у подростка.
Для начала корректирую условия прочтения контактов на невидимый и после все же разблокирую мелкую, получая мгновенно прилетающее уведомление о более сотни непрочитанных сообщений…
Твою ж мать… А она не теряла времени даром…
Глава 11. Яр.
«Яйца, творог, сахар»
«Грибы, картофель, багет»
«Зелень, салатные листья, помидоры»
«Красная рыба, сливки, спагетти»
– Что за… – пробегаю взглядом по сообщениям в телефоне. – Устроила из моего чата блокнот со списком продуктов…
Засранка мелкая!
Смешно и грустно одновременно…
По крайней мере, точно знаю, что голодом себя не морила. Не в ее стиле.
Пролистываю практически в самое начало, пытаясь понять, как давно она это вытворяет?
«Смотри, шрам почти затянулся! Доктор обещает, что через пару лет его практически не будет видно!»
И фото того, что несколько месяцев назад казалось моим личным кошмаром. Не так все и плохо, для человека, у которого в бедре практически шесть месяцев были спицы и несколько металлических пластин.
Сглатываю про себя, читая наши последние переписки.
«Рад за тебя. Я на экзамене… Позвоню позже!»
«Ни пуха! У тебя все получится!»
Пробегаю взглядом ниже… Туда, где сначала стал слишком занят для того, чтобы ей ответить, а после и вовсе… заблокировал, боясь сорваться и вернуться домой от ее малейшей просьбы...
«Яр! Я поступила, представляешь?! Прошла по баллам! Даже экзамены сдавать не пришлось!»
«С Днем Рождения, сволочь!»
«У тебя ведь все в порядке?»
«Ненавижу этот город! Хочу назад к родителям!»
«Я скучаю, Яр…»
«Больше никаких операций. Мне даже разрешили вернуться в бассейн, правда только клиентом по абонементу. Это смешно, у меня КМС по фридайву!»
«Возвращайся домой. Все в порядке, правда.»
«Кажется, я вписалась в универ… Но все-равно терпеть не могу мегаполисы…»
«Я получила твой подарок на Новый Год! Подотри им свою задницу, говнюк!»
«У меня парень появился, прикинь! И меня от него даже не дергает… почти…»
«Яр, маме так плохо… Вернись пожалуйста домой… Мне тяжело без тебя!»
«Иди к черту, придурок! Не смей высылать мне деньги на лечение! Ненавижу! И без тебя нормально справляемся! Ты не заслуживаешь своих родителей.»
«Запомни, с этого дня мы друг другу чужие!»
«Если ты когда-нибудь все же прочитаешь мои сообщения, то просто знай, я давно тебя простила… И больше не злюсь, честно. Просто приезжай домой чаще… Мама с папой скучают.»
Внутренности скручивает болезненным спазмом. Плохо настолько, что становится трудно дышать.
Хорошо забытое старое чувство... Кажется, я за шесть лет настолько погрузился в работу, что совсем забыл каково это, чувствовать боль…
Листаю сообщения дальше… Сплошные списки продуктов…
Практически год сообщений с какими-то булочками, овощами и молочкой.
Достаю еще одну сигарету, пытаясь прикурить.
Дерьмо!
Руки трясутся, как у подъездного алкоголика.
Затягиваюсь, откидывая голову на спинку кресла и выпуская вверх сизый столб дыма.
Нужно завязывать курить. Если мелкая узнает – кастрирует.
Хмыкаю про себя… Отец сделает тоже самое, если поймет, что остаюсь в городе из-за нее.
Прикрываю глаза на мгновение, пытаясь собраться с мыслями.
Телефон вибрирует от приходящих в мессенджер сообщений. И я совершенно точно знаю, что это не Ника. А для сообщений от кого-то другого сейчас слишком поздно.
Устало поднимаю экран над собой, мгновенно просыпаясь.
Подкидыш.
Строчит очередной список продуктов на завтрашний день? Практически в два часа ночи?
«Идиотка…»
Отличное начало!
Пробегаю взглядом по набирающимся сообщениям, возвращаясь в сидячее положение.
«Разругалась утром с Гориным в пух и прах.»
«Не хочу иметь с ним ничего общего. Меня клинит от каждого его прикосновения, не то что к оголенной коже, но даже через ткань куртки или батника.»
«С Марком головняка на всю оставшуюся жизнь хватило...»
«Еще и тебя подставила…»