Чтение онлайн

– Я не хипстер, - отвечаю ей.
– Просто иногда люблю почитать.

Эмерсон пытается скрыть смешок за кашлем. Я смотрю на него в изумлении. Я что, на самом деле только что заставила моего порицателя по совместному проживанию смеяться?

– Неважно, - щебечет Кортни, таща Эмерсона обратно к компании.
– Присоединяйтесь или нет.

– Давай убираться отсюда, - бормочу Райли, когда Эмерсон уходит.

– И упустить шанс оказаться в шкафу с твоей ЕНЛ? – усмехается она в ответ.

– Моей, что? – непонимающе спрашиваю я.

– С твоей Единственной Настоящей Любовью, очевидно же, - говорит она, оборачивая руку вокруг моей талии и толкая меня к компании.

– Ох, пожалуйста, - шепчу я.
– Это было просто увлечение! И, кроме того, теперь все кончено.

– Ага, - говорит она, закатывая глаза. – А-то я не видела, как ты ласкала его шесть кубиков пресса в течение долгого, жаркого мгновения совсем недавно.

– Я ничего не ласкала, - шиплю.
– Я просто…

– Ладно! – щебечет Кортни, потирая руки и оглядывая собравшихся гостей.
– Давайте сделаем это. Все знают правила игры «Семь минут на небесах»? – ее глаза находят меня.
– Эбби?

– Ха-ха, - бормочу, испытывая сильное желание превратиться в лужицу. – Да, я знаю правила. Я когда-то тоже училась в восьмом классе.

Все хихикают, удивленные, что я возразила их королеве. Кортни - не та девушка, которой часто что-то говорят в ответ. На мой взгляд, именно поэтому ей почаще нужно давать отпор. Даже Эмерсон склоняет голову, выглядя немного восхищённым. Или, по крайней мере, там что-то лтличное от обычного выражения презрительной скуки, которое стало его отношением ко мне «по умолчанию».

– Ладно. Так кто хочет первым выбрать двух жертв? – спрашивает Кортни, ее зеленые глаза сверкают озорством.

– Чур, я!
– твердо говорит Райли, поднимая руку вверх, прежде чем кто-то другой получит шанс. Холодный укол паники пронзает меня, когда моя лучшая подруга злобно улыбается.

– Круто, - щебечет Кортни. – Райли, ты начинаешь. Кто первыми отправится в шкаф?

– Ты не посмеешь, - бормочу себе по нос.
– Райли, я серьезно…

– Эмерсон и Эбби!
– торжественно воркует Райли, посылая мне улыбку, ясно говорящую: «Ты знаешь, что хочешь этого. Однажды ты скажешь мне спасибо».

– Ох, - отвечает Кортни, уголки ее прелестных губ опускаются. – В смысле. Все в порядке. Если вы любители инцеста, или как там.

Наши одноклассники с восторгом смеются, когда запретное слово дрейфует по воздуху, как какой-то дым от одной из сигарет Эмерсона. Глубокий приступ стыда пронзает меня. Я провела много бессонных ночей, ругая себя за то, что меня до сих пор привлекает Эмерсон. Я отбрасывала слово на букву «Л» миллион раз, надеясь разрушить чары, в которые попала. Но это невозможно. Не важно, что может подумать весь остальной мир, но я схожу с ума по этому великолепному, классному, хитрому, интеллектуальному парню. И маленький роман наших родителей не может изменить этого.

– Супер, Райли, - смеется Эмерсон, скрестив руки. – Мне нравится.

В глазах Кортни вспыхивает ревность, когда она смотрит в мою сторону.

– Отлично, - хлопает она, раздражённая, поскольку сама не идет в шкаф с Эмерсоном. – Но вам двоим лучше хорошенько позабавиться. Не стойте там, сложа руки. Нам нужны какие-нибудь доказательства того, что вы там что-то делали. Все согласны?

Вопли одобрения разносятся вокруг. Я осматриваю своих одноклассников, озадаченная и униженная.

– Какие на хрен тебе еще доказательства? – спрашиваю ее.
– Я не собираюсь записывать секс-видео.

– Сама подумай, - шипит Кортни, толкая Эмерсона ко мне. – Можешь поблагодарить свою лучшую подругу Райли за предложение.

– Спасибо, подружка, - Эмерсон усмехается Райли, подходит и встает около меня. Он делает великий, широкий жест, предлагая свою руку, словно мы собрались на бал.
– Мадам? – дразнит он.

– Просто давай покончим с этим, - ворчу я, проносясь мимо него к шкафу.

Толпа имитирует звук поцелуев, когда я открываю дверь и вхожу внутрь с Эмерсоном, следующим за мной по пятам. Как только я захожу, то офигеваю. Я ожидала шкаф с пальто, где едва хватит места, чтобы двигаться. Но, конечно, гардеробная Кортни просто огромна, с рядами и рядами одежды, обуви и аксессуаров, занимающими немалое пространство. Ее гардеробная - мечта, и, возможно, она даже больше, чем моя спальня. Тут и золотые смесители, и блестящие люстры, висящие над головой, и даже декадентский, бархатный, умопомрачительный диван по центру.

Эмерсон подходит ко мне, и мы оба смотрим на диван. Украдкой одновременно глядим друг на друга, затем быстро отворачиваемся. Щеки пылают, пока пытаюсь избавиться от сексуального образа, возникшего в моем воображении: Эмерсон укладывает меня на этот диван, разрывает одежду, и гладкая, бархатная обивка ласкает мою обнаженную кожу.

А он, вероятно, считает минуты до окончания этой забавы.

– Видишь? Вот поэтому я никогда не хожу на вечеринки, - ворчу, скрестив руки под грудью.

– Серьезно? Я думал, все потому, что никто никогда не приглашал тебя, - с усмешкой говорит он, садясь на диван и растягиваясь во всю длину своего точеного тела. Такое мучение мне даже больше нравится.

– Я ожидала, что у тебя, по крайней мере, есть план получше, - отвечаю ему.
– Мы должны согласовать все между собой, так как этого не произойдет.

– Чего этого?
– спрашивает он, указывая на гардеробную, где проходят наши семь минут.

– Ну, в частности, - говорю я, закатив глаза.
– Я про то, что нам придется видеться чаще, чем нужно. Особенно теперь, когда ты и твоя мама... – замолкаю, качая головой.

– С тех пор, как мы что?
– Эмерсон вдруг переходит в наступление.
– Вторглись в твою драгоценную башню из слоновой кости?

Я закусила губу, испугавшись его разгоряченного тона. Мой отец и Дебора решили съехаться. Или, точнее, они решили, что Дебора и Эмерсон переедут к нам. Они планируют сдать в аренду свою квартиру на другом конце города и жить в нашем доме. Одна большая, совершенно странная и не такая уж и счастливая семья. Как будто увлечение Эмерсоном было недостаточно для меня, теперь же предмет моего несчастного желания будет спать со мной под одной крышей. Поскорее бы уже колледж.

– Ты должен признать, что это странно, - бормочу, отводя взгляд. – Я имею в виду папу и Дебору. Сколько они знают друг друга, два месяца? И они уже решили съехаться!

– Моя мама сумасшедшая, импульсивная сучка, - пожимает плечами Эмерсон.
– А твой отец выглядит как человек, кому не важно, кого трахать, лишь бы не задумываться о последствиях. Что тебя удивляет?

– Хороший вопрос, - глухо смеюсь, присаживаясь на край дивана рядом с ним. От близости его тела мой желудок скручивается в узел. Это были семь минут или что?

– Ну, - вздыхает Эмерсон, разворачивая свои ноги так, что теперь он сидит рядом со мной. – Ну, мы начнем или как?

– Умм, - стону я, толкая его.
– Ты не остановишься, не так ли? Ты испытываешь огромное удовольствие, выставляя меня жалкой?