Чтение онлайн

К какой категории отношусь я? Видимо, что-то среднее — не фанатик, но и не прогульщик. После переклички и приветствия преподавателя Сергея Николаевича, довольно приятного на вид мужчины, начинается лекция.

Не успеваю записать тему в тетрадь, как дверь аудитории открывается и входят три парня. Сразу видно — они тут хозяева жизни, и при каждом опоздании их обязаны ждать, не начиная лекции.

Никаких извинений, приветствия преподавателю или чего-то подобного. Они просто нагло вваливаются в аудиторию, хохоча, видимо, над шуткой одного из них, проходят на задние ряды и, также громко разговаривая, садятся справа от меня.

— А уважать преподавателя и тех, кто хочет получить знания, а не тупо купить их, вас никто не учил? — мой голос звучит эхом в образовавшейся тишине аудитории.

Троица мажоров, уставившись на меня, тупо моргают, будто не понимая, кто это посмел что-то вякнуть в их сторону.

В аудитории стоит звенящая тишина. Все взгляды устремлены на меня. Неловко получилось. Через несколько минут Сергей Николаевич отходит от шока и продолжает читать лекцию. Смотрю на преподавателя, но чувствую, что взгляды этих наглых мажоров прожигают во мне дыру.

Мда, Аня, только ты могла так лохануться — на первой же паре нажить себе врагов.

Дальше лекция проходит без неожиданностей. По окончании я специально долго складываю ручки и тетрадь в рюкзак, чтобы избежать встречи хоть с одним из одногруппников.

Следующая лекция по “Истории государства и права России”, и просочиться незаметно уже не получится. Увы. Поднимаюсь на третий этаж, смотря под ноги. Не хватало еще растянуться на лестнице с моим-то везением. И внезапно врезаюсь во что-то твердое. От неожиданности охаю и заваливаюсь назад. Меня хватают за талию и тянут обратно, иначе я полетела бы по лестнице на пролет вниз.

Перевожу взгляд вверх на своего спасителя и вижу одного из опоздавших наглых мажоров. Высокий, темноволосый, внимательно смотрит на меня своими серыми глазами.

Уголок его губ поднимается в наглой ухмылке, и я тут же спускаюсь на ступеньку ниже.

— Спасибо.

— Да не за что, красота. Не мог позволить переломать косточки в таком красивом теле.

— Это было не обязательно.

— Что?

— Твои дурацкие подкаты. На меня они не действуют.

— Неужели? — брови красавца ползут вверх. Явно не привык, что его отшивают. Да, ты красавчик, но даже не мечтай.

— Для ухаживаний есть много других вариантов. Но тебе и твоим друзьям этого не понять.

У парня явно передоз мыслительного процесса, он молча смотрит, как я обхожу его, поднимаясь на свой этаж.

— Уверена?

— В чем?

— Что я не умею ухаживать за девушками?

— А ты хочешь доказать?

— А ты хочешь проверить? — ухмыляется красавчик.

— Не горю желанием. Извини, опаздываю, — с этими словами быстро поднимаюсь на этаж, прохожу мимо толпящихся у лекционной аудитории одногруппников и встаю у двери.

Подошедший почти одновременно со мной лаборант открывает аудиторию, и я захожу туда первой, устремляясь на последний ряд, ближе к окну, чтобы наблюдать за остальными и одновременно видеть, кто пялится на меня.

Мажорчики, конечно же, занимают места на соседних партах, слева от меня, оживленно что-то обсуждая. Невольно бросаю взгляд на парня, спасшего меня от падения с лестницы. Он смотрит в ответ.

Не отвожу взгляд, пусть не думает, что прогнусь. Не на ту напал. Хотя у самой поджилки трясутся. Но если отведу взгляд — покажу слабость. А этого допустить нельзя. Тем более в первый день.

— Нравлюсь? — от неожиданности округляю глаза. И просто молча в недоумении продолжаю пялиться.

— Нравлюсь, спрашиваю? Смотришь, как будто съесть хочешь. Могу это устроить. Сегодня вечером.

Дружки красавчика начинают громко ржать. Отмираю:

— Ты не в моем вкусе. Терпеть не могу самодовольных хамов. Так что не мечтай. Ты в пролете.

Краска сходит с лица красавчика, видно, как бешено пульсирует венка на шее. Он бесится. Задела его самолюбие. А нечего провоцировать.

В эту минуту заходит преподаватель, и мы все усаживаемся по местам слушать нудную лекцию о причинах возникновения Российского государства.

Аня

После окончания пар выхожу на крыльцо университета, подставляя лицо позднему осеннему солнышку. Конец осени в этом году выдался на удивление теплым. Люблю это время года за буйство красок, умиротворенность в душе, наступающую во время долгих прогулок по улочкам города, за хорошее настроение, что дарит неспешность — ведь нет жары, что стоит летом, но еще и нет холода зимы.

Обожаю гулять в каком-нибудь парке, когда под ногами шуршат опавшие листья, есть о чем подумать и о чем помечтать. Вот и сегодня перед тем, как идти домой, я решила разведать местный парк. Множество каруселей, лавочки и ларьки с попкорном и фастфудом — все, как и в других обычных парках, но везде своя атмосфера праздника и ощущение, что именно здесь жизнь бьет ключом. Летом здесь, наверное потрясающе.

Уже направляюсь в сторону дома, как слышу входящий на свой телефон. Мама. Чёрт! Не позвонила сразу после окончания занятий и теперь выслушивать. Мама у меня хорошая — добрая, заботливая, но иногда чересчур контролирует свою уже взрослую дочь.

— Да, мам? — стараюсь придать голосу радости.

— Ань, ты где? Задержалась? Не предупредила. Я же волнуюсь! Город незнакомый. Мало ли… — замолкает, она часто перегибает в своих переживаниях, но я уже привыкла.

— Мам, прости! Зашла в парк по пути, увлеклась. Ну бывает, — оправдываюсь, чтобы заглушить собственное чувство вины. — Обещаю, не повторится!

— Давай домой. Илюша приехал, ждем тебя и Алекса, он обещал подъехать. Познакомитесь. А вдруг подружитесь? Вы же одногодки, все легче освоиться на новом месте будет.

— Да, уже иду, мам. Пока.

Алекс. Сын дяди Ильи. "Хороший мальчик и большая папина надежда", как говорит мама. Не знаю, что этот Алекс за фрукт, но если ему с рождения дули в попу, представляю, что из него выросло.

Эгоизм, папины деньги — да тут есть где разгуляться. Небось, весь из себя и на сраной козе не подъедешь. Из разряда тупых мажоров, типа сегодняшних, которые привыкли, что все падает к их ногам, и напрягаться не надо. Ненавижу таких. Сами по себе, без родительских денег и покровительства ничего из себя не представляют, зато гонора! А такие, как я вынуждены пробиваться сами и уступать бюджетные места тупоголовым болванам с толстым кошельком.