Своё место
Шрифт:
И тут меня пронзило осознанием — я видела его до всей этой ситуации! Там, в лесу, жутковатый, но завораживающий какой-то нечеловеческой красотой монстр, на глазах преображающийся в человека с Кастианом — одно лицо. Сама того не осознавая, я умудрилась запечатлеть его образ, когда он снял балахон. Как в живую видела высокую подтянутую фигуру, иссиня-черные волосы, забранные в косу и утончённые черты. По-эльфийски изящное, но одновременно хищное лицо. Невероятно смазливый, но даже одень Кастиана в платье, вряд ли бы кто принял его за девушку. Яркая, запоминающая внешность. Не удивлюсь, если после сегодняшнего у него завелся ряд поклонниц, падких на красивую обёртку.
Озвучивать своё открытие не стала. Ни к чему. Возможно, он и так это понимает. А нет, так ему же спокойнее.
— Пришла вернуть тебе твою вещь, — произнесла я, стараясь чтобы голос звучал ровно. — И сказать спасибо, пусть тебе это и не нужно.
Хотелось добавить, это был благородный поступок, и я ценю это душой, да не решилась. Не хотелось снова выслушивать, как он ни в ком и ничём не нуждается. Потому стоило шодену забрать свой балахон, развернулась, собираясь уйти.
— У тебя сердце воина, — послышалось вдруг, заставив меня замереть. — Сильные даже больно упав, вновь поднимаются и идут вперёд с гордо поднятой головой, а слабые сдаются. Ты сильная и храбрая девушка. Моё уважение.
Всё это Кастиан произнёс привычно тихим шелестящим голосом, а потом убил на повал неожиданно слегка поклонившись.
А ещё с его слов мне хотелось горько рассмеяться. Сильная и храбрая? Ах, если бы! Я всего лишь дикая лесовичка, которую не научили признавать авторитеты и общаться с людьми. Из-за чего я постоянно совершаю глупые ошибки и нарываюсь на неприятности.
— Ошибаешься, — обронила я, невесело усмехнувшись. — У меня всего лишь нет выбора. Я или буду бороться, или очень скоро погибну.
— Многие предпочли бы сдаться, — мне послышалось, или он усмехнулся.
— Я не многие, — ответила, ощутив укол тоски.
Чужая в этом мире аристократов, лишняя везде, кроме родного леса. Есть ли где-то место, где я буду своей? Встречу ли я людей, что примут мен такой, какая есть?
— И этим выгодно отличаешься, — прошелестел Кастиан.
Ничего отвечать на это не стала. Ещё раз поблагодарив на автомате, поспешила уйти. Странный разговор. Саму себя я не считаю какой-то особенной в хорошем смысле слова, скорее я чужеродный элемент в здешних реалиях.
В дверях столкнулась Шаоном. Чудом не налетела на него всем телом. Он кинул на меня такой мрачный, полный ярости взгляд, что я чудом не шарахнулась в сторону. И в целом он выглядел как человек полный бессильной злости и обречённой тоски. Похоже, властный отец был сильно недоволен и хорошо пропесочил заигравшегося отпрыска.
Не моё это дело, своих проблем хватает. Не до выяснения причин недовольства братца. Выжить бы… А ему полезно, иногда получить трёпку.
***
Этот день явно решил, что мне мало досталось. Иначе я не знаю, как ещё расценивать вызов к ректору, поздно вечером. Ужин остался позади, я спокойно готовилась к завтрашнему дню, заканчивая переписывать конспекты Джали, как раздался стук в дверь. Открывать пришлось мне, так как Анноли отсутствовала, Талина с Денизой намазали на лицо какую-то вонючую дрянь коричневого цвета и скорее выпрыгнут в окно, чем покажутся кому-то в таком виде.
Там обнаружился апатичный слуга, который передал мне распоряжение явиться к начальству. Неужели снова проблемы? Не хочет ли, ректор выставить меня виноватой во всём произошедшем? А что, удобно и снимает львиную часть ответственности — девица вела себя вызывающе, постоянно оскорбляла и провоцировала достойных людей, а значит и наказывать надо её. И вся недавняя ситуация уже не кажется такой мерзкой и жестокой. Если он думает, что я с подобным соглашусь, то сильно заблуждается. Когда я ходила к нему в поисках помощи и поддержки, меня выставили вон, даже слушать толком не стали, пусть теперь пожинает плоды своего наплевательства. К тому же, если верить леди Камелии, он за него получал не мало монет.
Впрочем, что гадать, нужно идти. Вздохнув отложила бумаги в сторону и направилась за новыми неприятностями. В том, что ждут меня именно они, не сомневалась ни минуты.
А переступив порог кабинета невольно изумилась. В ректорском кресле меня поджидал не ректор Корган, а сам герцог Эрвейский.
— Илейра Олсин, — то ли поприветствовал, то ли констатировал он.
— Ваша светлость, — опомнившись, попыталась сделать реверанс, но вышла откровенно жалкая пародия.
— Присаживайся, — кивнул герцог на диванчик для гостей, сам при этом поднялся на ноги.
Подойдя к окну, он с минуту созерцал открывшийся ему пейзаж. Я не рисковала первая начинать разговор. Не по чину. Если местных аристократов я изначально не воспринимала авторитетами, то в присутствии этого мужчины робела и чувствовала неуверенность.
— Не буду ходить долго вокруг да около, — наконец заговори он. — Я велел позвать тебя сюда, чтобы сообщить, что ты моя дочь.
Как должна реагировать на подобное заявление простолюдинка? Испытать шок, радость, надежду, или на худой конец — испугаться. А я банально застыла. У меня разом кончились не то что слова, мысли и те разбежались в разные стороны от такой прямоты. Такого развития событий я никак не ожидала. Даже помыслить о нём не могла. Пусть и побледнел герцог в нашу прошлую встречу, наверняка вспомнив мою мать, но чтобы вот так утверждать? И ведь вряд ли он стал бы кидаться такими словами без полной уверенности. Проверил? Но как и когда? Пока в лазарете валялась — пришёл быстро ответ.
— Ты знала, — не вопрос, утверждение.
Всё это время, герцог внимательно следил за моим лицом и от него не укрылась моя реакция, а в проницательности ему не откажешь…
— Знала, — решила быть предельно прямолинейной. — Уже несколько месяцев. Перед смертью дедушка открыл мне тайну моего появления на свет.
Возможно, это глупо. Стоило попытаться как-то отовраться. Только мне ли тягаться в искусстве лжи с главой имперской службы безопасности?